Невеста поневоле, или Доведи дракона до бешенства! (СИ) - Линкси Браун

так было нельзя, поэтому пришлось собственноручно перестелить половину кровати чистым постельным бельем, чего я прежде еще никогда не делал, полностью раздел Айрин и, переложив ее на сухую половину кровати, застелил оставшуюся часть постели.

Даже с этими жуткими ранами ее тело было просто божественным. В забвении я бесстыдно разглядывал ее формы и не мог налюбоваться. Но потом, конечно, отругал себя за то, что воспользовался беспомощным положением Айрин и разглядывал ее. Осторожно прикрыл ее обнаженное тело легкой простыней, чтобы не смущать ее слишком сильно, когда она придет в себя, и устало рухнул в кресло.

Глава 19

Айрин

Пробуждение давалось с трудом. Отяжелевшие веки, будто налитые свинцом, всё никак не желали подниматься. Сквозь сон я слышала мужской голос, но все еще непроснувшийся разум воспринимал лишь отдельные слова:

— …несносная… Сложно представить, как без тебя… И что я в тебе нашёл?… Такая легкомысленная и такая…

Спустя время я всё же заставила себя открыть глаза, которые тут же резанул яркий свет, и я сощурилась. Повернув голову, увидела Риэлиса, который спал в кресле и тихонько посапывал. Тело его было расслабленно, а вот лицо казалось напряженным.

— Ты храпишь, — хрипло пробормотала я, но Риэлис не проснулся. — Эй, не храпи, Ри-ри! Спать мне мешаешь! — уже громче рявкнула я.

На сей раз он встрепенулся и, сонно протирая глаза, пробормотал:

— Я не храплю. Сама храпишь.

Затем сфокусировал взгляд на мне, будто убеждаясь, что это я с ним разговариваю, а не кто-то еще, и облегченно выдохнул:

— Айрин, ты так напугала меня вчера. Как себя чувствуешь?

Риэлис поднялся с кресла и приблизился ко мне. Мужская прохладная ладонь легла на мой лоб, приятно охлаждая кожу. В синих глазах плескалось неподдельное беспокойство. За меня? Я слегка улыбнулась, ощутив тепло, разливающееся в груди от мысли, что он по-настоящему за меня переживает.

— Когда ты вот так держишь ладонь, мне хорошо, — пробормотала я, напрочь забыв о своей роли сумасбродной Айрин, ведь в такой момент было как-то не до игр.

Прикрыла глаза, наслаждаясь этим приятным контактом с мужской ладонью. Его пальцы соскользнули по щеке, и я крепче прижалась, даже тому не смутившись.

— Айрин, — чуть хрипло произнес Риэлис.

Я распахнула глаза, ожидая продолжения его речи, и наши взгляды пересеклись. Его лицо оказалось так близко, что я ощущала теплое дыхание на своих губах.

— Риэлис, — мягко произнесла я, слегка потянувшись к его губам и прикрыв глаза.

Вчерашний поцелуй был таким внезапным и несвоевременным, что я с трудом его могла вспомнить. Припоминала лишь чувство, что он побудил, которое не заглушила даже нестерпимая боль от ожога настоем. И сейчас, чувствуя себя значительно лучше, я готова была повторить этот опрометчивое действо. Вот только дракон почему-то не торопился припасть к моим губам с поцелуем. Вместо этого он задал вопрос, который встревожил меня не на шутку:

— Так что ты сделала?

Я вопросительно взглянула на Риэлиса, одним только видом давая понять, что не понимаю, о чем он ведет речь, и Ри пояснил:

— Вчера ты сказала, что сожалеешь о том, что сделала. Что ты имела ввиду? — его синие глаза, сощурившись, хитро взирали на меня.

— Я… Я не понимаю, о чем ты говоришь, — незамедлительно отвела взгляд, чтобы не выдать свое волнение, а сердце бешено заносились в груди.

Что ещё я вчера ему наболтала?!

— Ты что-то скрываешь от меня, дорогая невеста? — с нескрываемым подозрением произнес он.

Теперь мужские пальцы сомкнулись на моем подбородке, удерживая мою голову так, чтобы я не смогла отвести взгляд. Голос сочился ехидством, будто Риэлис уже и так знал всю правду, и просто хотел сейчас услышать от меня подтверждение.

— Да ничего я не скрываю, — пролепетала я, сконфуженно улыбнувшись. — Я вообще смутно помню, что вчера происходило. Но наверняка я говорила о том, что игралась с реагентом, ну и…проиграла. О чем я еще могу жалеть?

Риэлис убрал руку, отстранился и сел на кровать возле моих ног. Я деланно рассмеялась, приподнимаясь на локтях, но по-прежнему ощущая тяжесть в голове. И только сейчас поняла, что нахожусь в постели абсолютно голая, прикрытая лишь тонкой простыней.

— А что с моими ранами? Лекарь их обработал? Боль уже гораздо слабее, — решила переключить его внимание на другую тему.

— Не лекарь, а я, — хмыкнул он. — Раны уже заживают, но мазь наносить придется еще долго.

Ты?! — изумленно воскликнула я, ощутив невероятное смущение. — Но я ведь голая! Ты видел меня голой?! Ты… Ты воспользовался мной?! — Риэлиса нужно было увести от возникших подозрений как можно дальше, поэтому я не ограничивалась со вздорными вопросами, тем более, что они по-настоящему меня тревожили.

— Айрин, что за вздор?! — его недавнее беспокойство сменилось напряженностью. — Ты залезла в ванную в белье! Что я должен был сделать, уложить тебя в постель в мокрой одежде? И, да, я видел тебя голой!

— Риэлис!

— Это так вы выражаешь благодарность?! Я полночи с тобой провозился, не спал, обрабатывал твои раны. А ты еще посмела думать, что я воспользовался тобой?!

— Прости, Ри-Ри, прости, — виновато ответила ему и отвела взгляд в сторону. — Мне просто очень неловко от того, что ты видел меня обнаженной, пусть и в такой странной ситуации.

— Ничего, — отмахнулся он. — Понимаю твое смущение, но это была необходимость. В конце концов, я ведь не первый мужчина, увидевший тебя без одежды, так что отнесись к этому проще.

— Вообще-то первый, — смутилась я и ощутила, как жар приливает к щекам.

— Ты это серьезно? — он изумился так ярко, словно я сказала ему что-то сверхъестественное.

— Да. А почему ты так этому удивляешься?

— Ну, я думал, что у тебя уже был…

— Ничего у меня не было!

— У тебя не было ни одного мужчины?!

— У меня были кавалеры, мы встречались! Но это не значит, что я им показывала свое обнаженное тело! Я девушка из приличной семьи, и хранила себя для своего мужа! И подобные вопросы меня оскорбляют!

— Прости, просто…

— И вообще, — перебив его, продолжала гневаться я. — Где мой завтрак в постель?! Я вообще-то болею и мне нужно есть, чтобы скорее поправиться! Я хочу омлет и пудинг! Шоколадный! И цветы еще! А ещё… Еще я хочу небесных журавликов из оригами! Они меня бы порадовали!

— Ага, — пролепетал он, подрываясь с постели. — И снотворного. Спящая ты гораздо милее.

— Что ты сказал? — нахмурилась я.

— Ничего-нечего. Говорю, что как раз собирался идти за завтраком.

Риэлис покинул комнату, а я тяжело вздохнула.

И зачем я продолжаю это делать? Может, пора остановиться?