Однажды Ты будешь Моя. Книга 2 - Альбина Кисова

уже давно разошлись по домам и спокойно спят по койкам. Редкие автомобили проносились мимо, рассекая ночную тишину короткими вспышками фар.

Группа быстрого реагирования и мои комрады наверняка уже на месте, недалеко отсюда. Ждут, и проследят за всем, что будет происходить.

Но ещё меня успокаивала мысль, что Мурат всё же не подонок. Возможно, он винит меня в том, что с ним произошло. В том, что он попал в плен, в своём ранении. Но Нину он мучить не станет, хотя его мерзкие слова резали по живому, разжигая во мне желание свернуть ему шею собственными руками.

При этом я прекрасно понимал, что Василий Муратов был не просто очередным врагом. Он знал, как мы работаем. И он знал меня слишком хорошо. Он знал, на какие кнопки давить, какие слова выбрать, чтобы взвинтить меня до предела. Он хотел вывести меня из себя, заставить действовать на эмоциях. Но я тоже знал его. И понимал: пока у него есть цель, пока он не закончил свою игру, Нина в относительной безопасности.

Главное, чтобы передача девушки прошла гладко. А я как-нибудь разберусь и не из такой жопы выбирался.

В отдалении я заметил свет фар. Чёрный, тонированный микроавтобус приближался ко мне, а я напряжённо вглядывался в тёмные окна, готовясь ко всему.

Пульс оставался ровным — теперь я держал себя в руках.

Машина остановилась рядом со мной, дверь отъехала в сторону. Из неё выскочили двое в камуфляже оперативно затолкнули меня внутрь. Водила дал по газам, машина взвизгнула, на ходу закрывалась дверь, а я упал на сиденье и приложился башкой.

— Не дёргайся! — произнес он с явной угрозой.

Вот п*дла — жёстко упёрся коленом мне в спину и с силой надавил, заставляя лежать.

Но я и не сопротивлялся. Пока не сопротивлялся.

Пока меня вязали, я отмечал детали.

Сработали наёмники технично: по-быстрому стянули мне руки за спиной пластиковой стяжкой, параллельно ощупывая на предмет оружия, прозвонили меня детектором для поиска жучков или передающих устройств. А потом перевернули на спину, но подняться не дали. Оставили лежать на полу в проходе.

В салоне их было двое. В черном камуфляже с брониками, а в руках у каждого узнаваемый Глок. Водителя я со своего ракурса почти не видел, но предполагал, что он экипирован не хуже, чем его напарники.

Оба наемника смотрели на меня сквозь прорези балаклавы будто в прицел снайперской винтовки — цепко, холодно, расчётливо.

А ведь именно эти трое уродов похитили Нину. Только машина у них была другая. Та тачка по базам значилась в угоне, и эта скорее всего тоже.

Раз наёмники здесь, значит, на стрёме остался Мурат. Ну, или у них там есть кто-то ещё.

— Ну что, бойцы, не западло у арабов деньги брать?

Я не спроста сказал то, что сказал. На совещании мы тщательно обговорили то, что я могу говорить наёмникам. Мне не нужно было опасаться сказать что-нибудь лишнее. Вариант, что им удастся уйти стремился к нулю. Чтобы они там себе не думали. Вопрос только в том — останемся ли мы с Ниной живыми в конце операции?

Но одно я знал точно — наёмников, сколько бы их там ни было, и Муратова никто из города не выпустит. Их приказано взять живыми, по возможности. И для себя я этот приказ понимал так — «значит, сойдёт и мертвыми».

— И как, хорошо вам заплатили?

— Завали своё еб*ло, — огрызнулся один из похитителей.

— Ооо, как смачно. Вижу русский язык вы не забыли, хотя и работаете на ублюдков. — заметил я, осознанно старясь их разозлить.

— Мы работаем на тех, кто платит. — ответил второй наёмник, который в отличии от своего напарника сохранял абсолютное спокойствие. Сквозь плотную балаклаву, в которой открыты оставались только глаза, его голос звучал глухо.

— Деньги не пахнут, чё, — усмехнулся я. — Слышал я много раз эту ху*ню. Самим-то не тошно за бандитские деньги своих же ребят валить?

— Ой да не п*зди… чем ты от нас отличаешься? Приказ поступит, и ты тоже пойдешь и кого скажут завалишь. Вся разница между нами в том, что мы сами выбираем какой заказ брать. — он звонко цыкнул, и с насмешкой добавил: — Ну, а главное — нам за работу больше платят.

— Рано или поздно вас поймают, затем или посадят или убьют. Смотря, кто поймает. Хотя даже если посадят, обычно исполнители долго в тюрьме не живут. Даже в такой, где особый режим. Вам ли не знать… — спокойно проговорил я, ощущая как взгляды наёмников становятся более напряжёнными.

Намекал я на то, что они проникли в Берег и там убили двоих заключенных. Даже не видя их лица, я был уверен, что наёмники меня поняли. Они знали, что я прав — стоит им попасться, то долго они не проживут. Но никогда это вслух не признают.

Те, кто подался в наёмники и проработал в этом «бизнесе» не один год, были далеко не глупыми. В этом деле глупцы долго не живут.

— Не знаю сколько вам заплатили, но вы слишком рисковый заказ взяли, парни. Знали же куда лезете. Такого спецслужбы вам не простят. — сказал я с исключительным дружелюбием.

Тот из наёмников, кто был более нервным, двинул меня ногой в живот. Однако места для замаха в машине было немного, поэтому хоть мне и было больно, но могло быть намного хуже.

— Заткнись уже, ты чё нас решил вербовать тут? Или чё, я не пойму?

Второй мужик в то же время равнодушно наблюдал за нами и молчал.

— Вы связались с террористами, проникли на охраняемый объект, убили заключенных и охранников, похитили девушку, а теперь везете меня явно не в ресторан. При этом благодаря этому психу Муратову отлично знаете кто я и где работаю. Вы реально думаете, что вам за это ничего не будет? Что выйдете сухими из воды? — со смешком спросил я, понимая что хожу по краю. Но что я теряю? Попробовать разговорить их нужно сейчас, до того как мы прибудем на месте.

— Знаешь в чём твоя проблема? — спросил Второй, и не дожидаясь моего ответа продолжил: — Ты так и не понял, что твои хозяева такие же продажные твари, не лучше наших заказчиков. Просто прикрыто это всё красивыми словами о службе на благо государства и прочим дерьмом. А по сути… — он хмыкнул и замолчал.

Я с интересом ждал, что ещё он скажет, и когда молчание затянулось и я было подумал, что продолжать он не будет, Второй вдруг сказал: