Семь небес Ньёрра. Судьба мира - Ника Нагорных

— И все же. Как ты узнал, где я живу?

— Не важно. — Хотел отмахнуться он.

— Нет, важно. Разговора не получится, если я не услышу ответов на свои вопросы.

— Оллин сказал.

— Зачем ему это? И тебе зачем было искать?

— Я спросил, он ответил. Не думаю, что ему есть до наших отношений какое-то дело.

— Отношений?

— Ну да. Я пришел выяснить отношения.

Этот ответ меня мягко говоря обескуражил.

— Я же сразу сказала, что не хочу принимать участие в ваших собраниях и дальнейшие ваши умозаключения мне не интересны.

— Да, но ты не можешь так просто уйти.

— Почему нет?

— Потому что ты не даешь мне объяснить главного. Давай зайдем, нальешь нам выпить и я все объясню.

— Нет. Мы не зайдем. — Я все еще ощущаю опасность от этого человека, такое чувство, что стоит впустить его за порог и больше я не смогу остаться в безопасности в эти стенах. — Можем прогуляться до бара или парка, если так уж нужно поговорить.

— Хорошо. — Неожиданно просто сдался Виктор. — Идем на набережную, там ночью особая атмосфера.

— Да уж точно…

Пока мы шли, Виктор не замолкая говорил, как и в прошлые разы. Он воодушевленно рассказывал о предыдущих собраниях их "кружка", о том, что посещать его стало уже почти полсотни человек, а в следующий раз обещали прийти еще дюжина новичков. Меня удивили эти цифры, даже не могу представить такое количество Лигурцев в одном месте, увлеченных единым делом. На самом деле теперь это еще больше напоминает мне секту.

Виктор уже успел перемыть заочно кости половине своих "прихожан", рассказывая о том, как усердно они работали над поиском истины. Он как и раньше, активно жестикулирует и мастерски орудует голосом. Когда мы дошли до набережной и нашли беседку, где можно присесть с напитками, захваченными в ларьке по дороге, я даже поймала себя на том, что слушаю с интересом.

— Ты должна прийти на следующее собрание, я уверен.

— Мне нечего там рассказывать.

— Познакомишься с кем-нибудь интересным, отвлечешься от работы.

— Мне хватило странных знакомств, теперь вот не могу отделаться. Зато я узнала, как сложно в Лигуре скрыть информацию о себе. Стоит хоть что-то сделать — об этом становится известно.

— Это просто у меня уши и глаза по всему городу. Не каждый может этим похвастаться.

— Не думаю, что этим стоит хвастаться. Рано или поздно таким поведением ты разозлишь своего покровителя.

— Да что ты понимаешь. — Виктор как-то по-детски нахмурился. — У меня нет покровителей, все, что я делаю, чисто личная инициатива.

— У меня сложилось иное впечатление, но да ладно. Зачем мы здесь?

— Я хочу, чтобы ты продолжила ходить на собрания. Я не привык, чтобы люди не слушались.

— Что, прости? — у меня в прямом смысле глаза на лоб полезли от этого заявления. — Ты не смог предложить того, что меня бы заинтересовало и решил взять измором? Угрожаешь тем, что не отстанешь, пока не сделаю как прикажешь? У нас не тот уровень отношений, чтобы подобный диалог в принципе мог состояться, ты переходишь границы, не находишь?

— Ты сама позволила установить ментальную связь, это не делает нас ближе? Была у меня дома, сама за руку шла со мной по городу, я подумал это значит, что у нас достаточно близкие отношения. Я решил, что мы пара. — Второе потрясение за минуту, как-то слишком. Я не смогла найти слов, чтобы ответить, настолько абсурдным кажется все происходящее. — На собраниях ты сидела по правую руку от меня, все восприняли это как свидетельство наших отношений. Каждый, кто видел нас, уверен, что мы вместе, у тебя на лице все написано. Я хотел тебе первой рассказать о следующем шаге.

— Погоди. Помолчи немного, дай мне отойти. — Смогла всё-таки вставить я, осознавая, что Виктор действительно позволяет себе периодически то приобнять меня за талию, то потрогать волосы. Я то считала это просто проявлением излишней тактильности и не одергивала его чисто потому что привыкла к чудакам в своей жизни. — Я не давала никакого, абсолютно никакого повода подумать, что мы пара. У меня и мысли не было в эту сторону.

— Хорошо, пусть так. Это многое объясняет, конечно, но ты не понимаешь, теперь ты не можешь уйти.

— Да почему? Почему не могу, я и не приходила, чтобы сейчас оправдываться или вырываться силой!

— Потому что я выбрал тебя и теперь ты будешь моей.

— Это все какой-то бред. Бредовый, идиотский сон. — Я даже замотала головой, будто пытаясь проснуться.

— Да ладно тебе, успокойся — резко сменив тон сказал Виктор с противной улыбкой. — Я пошутил. Хотел разрядить обстановку, а ты еще больше распсиховалась.

— Шутки, это когда смешно.

— А мне очень даже весело. Все, остынь. Для моего дела не нужны привязанности, я просто хотел посмотреть твою реакцию и вместе посмеяться. А у тебя такое раздутое самомнение, что даже юмора не понимаешь.

Это уже порядком надоедает. Неприятный собеседник, с ним не понимаешь, что чувствовать. Он выводит на эмоции, после топчет их. Знает ли он, что делает? Скорее всего да. Руслан рассказал, что так работают множество скрисов. Расшатывают психику, выбивая землю у человека из под ног. Заставляют чувствовать себя глупо, униженно, обескураженно. Пора поблагодарить Виктора за демонстрацию и разойтись.

— Думаю тебе стоит больше работать. Начал путать Землю и Лигур и не на ту напал.

— Разве?

Он снова так пристально смотрит, пытается поймать взгляд и, когда наши глаза все-таки пересеклись, на секунду меня охватил ступор, я почувствовала будто к вискам приложили влажные теплые руки и не сильно сжали. Все силы в этот момент я пустила на то, чтобы заблокировать мозг, соорудив мысленно черное зеркало, призванное поглощать постороннее воздействие

Этот прием мне также подсказал Руслан, когда мы последний раз виделись.

— Не выйдет в этот раз. — Уже по своей воле глядя в глаза этому человеку, твёрдо сказала я. — В прошлый раз ты довел меня до эмоционального всплеска и, воспользовавшись потерянной бдительностью, залез в голову и заставил слушать себя. В этот раз не выйдет. Не знаю, чего ты добиваешься, но я вполне готова померяться силами, если это понадобится. — Давление ослабло, видимо решил не идти в открытую конфронтацию.

— Не понимаю, о чем ты.

— Уверена, что понимаешь. Может на других твои приемы и действуют, но я не позволю себе второй раз попасться на тот же крючок.

— Сама с собой воюешь? Говорю же тебе, я не понимаю, о чем ты толкуешь.

— Пусть так. Можешь дальше играть в невинную овечку.