Свет в тёмной башне - Марина Ефиминюк

обвязанном вокруг шеи. В опущенной руке он держал, по-видимому, взятые напрокат коньки. Пару длинных лезвий и пару коротких, явно на изящную женскую ногу.

Словно почувствовав слежку, он повернул голову и безошибочно нашел взглядом меня. На лице вспыхнула улыбка, противиться которой было невозможно. Стараясь не поскользнуться на утоптанной дорожке, я быстро преодолела разделяющее нас расстояние.

— Ты приехала раньше, — мягко произнес он.

— Как и ты, — согласилась я.

— Поздравляю со сдачей экзамена, Чарли. Говорят, ты была неотразима.

— Мне повезло с репетитором. Он поклонник классической литературы и подкинул парочку таких впечатляющих фраз, что я мигом превратилась в отличницу, а мой акцент из деревенского стал самобытным, — коротко пересказала я, как проходила пересдача. — Ты успел взять коньки?

— Надеюсь, угадал с размером. — Он посмотрел на лезвия, свисающие на длинных шнурках. — Умеешь кататься?

— Никогда не пробовала, — ни капли не смущаясь, с честным видом покачала я головой. — Настоящих леди в Шай-Эре учат ходить на каблуках, а не кататься на коньках.

— Почему? — как будто искренне удивился северянин.

— На танцевальном паркете в коньках не попляшешь. Да и туфли быстрее изнашиваются, всегда есть повод купить новые, — пошутила я. — Ты меня научишь?

— Разумеется, — включился он в игру. — Я запросто научил сестер.

— У тебя есть сестры? — встрепенулась я.

— Да… были, — отрывисто бросил Ноэль.

Всегда считала, что лезть к человеку в душу и выпытывать личное, если он не желает этим личным делиться, — дурной тон.

Дыша на дубеющие пальцы, я зачарованно следила за тем, как северянин аккуратно подвязывает коньки к подошве моих сапог.

— Где твои перчатки? — не поднимая головы, спросил он и покрепче затянул последний узел.

— Оставила в экипаже, — вынужденно призналась в рассеянности.

Не комментируя типично девичью забывчивость, Ноэль взял со скамьи аккуратно сложенные кожаные перчатки и по очереди натянул на меня. Сначала на правую, а потом на левую руку. Обалдевшая, я сжала и разжала кулаки, пальцы согревались в теплых подбитых мехом коконах. Мысль, что вещь принадлежит Ноэлю, вызывала необъяснимый трепет.

— Неудобно?

— Прекрасно! — излишне поспешно выпалила я и немедленно почувствовала себя обалдевшей дурочкой с екающем сердцем.

Он справился со своими коньками быстрее, чем с моими. Ловко поднялся со скамьи и протянул раскрытую ладонь. Пальцы у него даже не покраснели, словно оказались нечувствительными к морозу.

— Идем?

— Хорошо. — Я схватила его за руку и поднялась.

Тут-то и стало понятно, что изображать неуклюжесть не придется! Если я кого-то и напоминала, то явно не королеву катка, а королевскую корову на катке, неспособную поймать равновесие и совладать с непослушными копытами. За несколько лет, что мне не удавалось встать на коньки, тело напрочь забыло, как следовало двигаться, чтобы не отбить филейную часть о лед или не припасть к нему губами… носом, лбом и вообще всем лицом, потеряв пару передних зубов.

— Все хорошо? — уточнил Ноэль, крепко придерживая меня за талию. — Не бойся, Чарли, я обязательно тебя поймаю.

— А если я все-таки упаду?

— Помогу подняться. Знаешь, как в восточном Норсенте говорят? — Он перешел на диалект: — Что не лежало три секунды, то вообще не падало.

— Очень смешно, — фыркнула я, действительно с трудом сдержав смех. — Ты заметил, что сказал обо мне в третьем лице?

— Это не я, а глубокая народная мудрость, — смеясь, парировал он.

По идеально ровному льдистому полотну, похожему на черное зеркало, скользили люди. Катались парами, компаниями, держась за руки и поодиночке, умело и неловко. Кто-то выписывал коньками необычные пируэты, другие едва переставляли ноги, некоторые держались за бортики.

— Аккуратно, Чарли! — Ноэль легко оттолкнулся, увлекая нас обоих в людской поток, и начал давать инструкции, как не сковырнуться с коньков. Впрочем, очень скоро я почувствовала баланс, преодолела неуклюжесть и довольно уверенно двигалась, удерживая равновесие.

— И давно?.. — пробормотал он мне в макушку.

— Что? — с невинным видом уточнила я, от его близости ощущая щекотку под ложечкой.

— …ты научилась кататься на коньках?

— Весьма, — расхохоталась я и, хлопнув его по плечу, выкрикнула: — Ты водишь!

От неожиданности он выпустил меня из объятий, позволяя легко, точно не касаясь поверхности коньками, пролететь по льду и красиво остановиться.

— Салки, Ноэль! — обернулась я, расставив руки. — В Норсенте не играют в салки? Ты водишь!

— Что будет, когда я тебя поймаю, принцесса?

— Для начала поймай, — подзадорила я.

Вообще-то, как именно будет подведен счет, представлялось смутно, но в голове уже забурлили мысли, и даже самые скромные из них вызывали в животе предательский спазм. Признаться, я не сильно разгонялась, боясь, что не успею затормозить и влечу в бортик, перевернусь вверх тормашками, воткнувшись головой в сугроб… Но Ноэль мгновенно включился в игру и нагнал меня прежде, чем я успела в кого-нибудь или во что-нибудь врезаться. Крепкие руки сомкнулись вокруг моей талии, спина прижалась к теплой широкой груди.

— Поймал!

Ноги разъехались. Неожиданно даже для себя ужом я выскользнула из объятий и нырнула вниз. Некоторое время мы оба пытались вернуть мне вертикальное положение, но сила скольжения победила! Огни перед глазами затанцевали, шапочка свалилась с головы, перчатки разлетелись в разные стороны. Огласив каток бранными ругательствами, мастерски точной подсечкой я сбила Ноэля с ног и рухнула рядышком с ним. Отбитыми оказались бок, плечо и очень больно — чувство собственного достоинства. Филей в этой схватке за равновесие вообще не пострадал.

Улегшись на спину, северянин прикрыл глаза ладонью. Сильное тело сотрясалось от хохота.

— Ты точно не принцесса, Чарли Тэйр!

— Просто сделай вид, что ничего не слышал, — с трудом выдохнула я, переворачиваясь на лопатки. Пучок растрепался, волосы лезли в глаза и в рот. Свалились мы почти в центре, и рядом проносились люди.

— Господи, я не могу вспомнить, когда последний раз падал на лед! — продолжал от души веселиться парень. — По-моему, вообще никогда, особенно на катке!

— Только не надо выпендриваться, Ноэль Коэн! Если я немножечко покатаюсь, то ты меня не сможешь догнать! — Я села как получилось, не пытаясь принять изящную позу, и сердито пихнула его кулаком в плечо: — Прекрати смеяться!

— И когда смеялся в последний раз, тоже не помню, — вдруг признался он. — Сейчас кажется, что никогда.

— А? — очередной раз продемонстрировала я чудеса интеллекта и виртуозное умение облекать мысли в слова. Просто гений в искусстве флирта! Уровень: богиня.

Неуловимым движением Ноэль схватил меня за руки и ловко привлек к себе. Я фактически плюхнулась ему на грудь и, ошарашенная неожиданной близостью, немедленно попыталась отстраниться. Тяжелой ладонью он надавил мне на поясницу, заставляя одновременно и прогнуться, и прижаться к сильному телу. От властного жеста я даже притихла, а огромный мир, озаренный фонарями, гирляндами