Бесноватый Цесаревич-4 (СИ) - Яманов Александр

—Для нас ваш визит — это великая честь, — на неплохом русском произнёс управляющий, — Меня зовут Збигнев Богданец и я местный управляющий. Высокородные паны, ваши комнаты готовы и слуги с радостью вас проведут.

Нас с Суворовым расположили в разных крыльях здания на втором этаже. У меня нет такого штаба, поэтому люди генералиссимуса заняли почти все прилегающие комнаты. Мне достались вполне себе приличные апартаменты, с шикарной койкой и комнатой для умывания. Дугин с тройкой егерей и ещё одна пятёрка заняла прилегающие помещения. В коридоре всегда дежурили пара парней. В общем, я не собирался расслабляться даже на более или менее союзной территории.

Неприятности пришли откуда их точно не ждали. Начиналось всё чинно и благородно. Привели себя в порядок после дороги, насладились отличным ужином и разошлись отдыхать. Сплю я чутко и проснулся от какого-то переполоха в соседней комнате. Игнатьев, вернувшийся из туристической поездки в Ирландию, сразу заглянул в спальню. Он совсем не спит что ли?

—Разберитесь, чего там происходит. Я пока оденусь, — приказываю своей тени.

Ситуация оказалась простая как лом. Бравый генерал решил удовлетворить свою похоть, благо подвернулась симпатичная служанка. Ну, приглянулась Милорадовичу девица, значит сразу нужно тащить её в койку, не спрашивая согласия? Так дай ты ей денег наконец, чай человек не бедный. Зачем насиловать? Два каких-то ухаря притащили сопротивляющуюся девицу, а далее начался бедлам. Девушка оказалась боевой и ложиться под русского генерала не захотела. Это мне быстро передал Михаил, когда я выходил в анфиладу. Мне плевать на поляков, но я насильников не люблю. Чин и происхождение значения не имеет, давить буду как танк.

В свете керосинок, которые егеря развесили на стене, обнаружилась интересная картина. Скрученный генерал с перевязанными простынью руками и кляпом во рту. Забавные кальсоны, волосатая грудь и ненавидящий взгляд чёрных глаз — это первое что бросилось в глаза. Рядом молоденькая девчонка, в изорванном платье и вся в слезах. Ну лет четырнадцать ей, может, и меньше. Чувствую, что из подсознания выползает злоба, полностью поддерживаемая моей второй сущностью. Прежнему Косте в принципе всё равно, он просто любит любое насилие.

—Найдите тех двух уродов, что похитили и притащили девушку, — сам не узнаю свой голос более похожий на карканье.

Богдан ухмыльнулся и кивнул двум егерям, которые быстро побежали на первый этаж. Всё-таки он псих, но это мой псих! Постепенно начали раздаваться шумы в других комнатах, думаю, скоро наше шоу посетит немало зрителей. Тут раздался топот и на этаж влетела дебелая тётка в переднике. Она попыталась подойти, но была остановлена егерем. Девушка бросилась в её сторону, и они совместно заревели, голося чего-то по-польски.

—Что здесь происходит? — Суворов был в штанах и рубахе.

—Да вот, Ваше Сиятельство, — киваю в сторону генерала, чью руку заламывал егерь, — Поймали похитителя и насильника, который пренебрёг законами гостеприимства.

Пусть Потоцкий делает со своими служанками, что хочет. В конце концов, они знали на что шли. Но я здесь в гостях и привык соблюдать некие элементарные приличия. И изнасилование служанок в моё понимание мира не вписывается. Количество зрителей тем временем выросло, полуодетые генералы тоже хотели знать, что за шум. Я же судорожно вспоминал, чем ещё запомнился Милорадович, кроме храбрости на поле боя. И понимаю, что воин он неплохой, но в дальнейшем показал себя полным дерьмом. Что-то ещё неприятное и связанное с этой фамилией крутилось в голове, но отвлекли новые действующие лица. Егеря привели офицера и нижнего чина в зелёных мундирах со странными красными отворотами на сапогах.

—А вот и подельники нашего благородного генерала, — произношу, усмехнувшись, но мне совсем мне смешно.

—Михаил Андреевич известный храбрец и просто герой! — воскликнул Суворов, — Это наверняка какая-то ошибка. И вообще, отпустите генерала, как можно так обращаться со столь высоким чином.

Вроде не вчера родился наш генералиссимус, но рассуждает так наивно. Никто не мешает храброму воину оказаться форменным подлецом. Это вещи абсолютно не взаимосвязанные. Рыцари без страха и упрёка обычно встречаются исключительно в книжках. У остальных героев хватает недостатков. Кто-то более-менее вменяем, а есть откровенные скотины. Порадовало, что на приказ Суворова мои парни никак не отреагировали. Только после моего кивка, Милорадовичу расслабили путы и вытащили кляп. Генерал сразу с рычанием попытался вскочить, но быстро был взят на захват егерем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

—Думайте, что делаете и перед кем вы находитесь, господин Милорадович, — говорю максимально сухо, — Вы не в своём полку и ситуация весьма сомнительна, чтобы усугублять её далее.

Какие-то зачатки разума и чувства самосохранения у лихого героя всё же были. На этот раз он встал молча и с вызовом долго буравил меня взглядом. Затем сделал раскаявшееся лицо и перевёл взгляд на генералиссимуса.

—Вот, договорился с местной девкой, Александр Васильевич. Сама на меня бросалась, а тут вдруг налетели эти башибузуки. Нападать и вязать русского генерала! Да я вам ещё устрою! Под трибунал, в Сибирь!

Может, это его присутствие Суворова так распалило или бесился от собственного бессилия. Ведь его спокойно скрутили два каких-то холопа, в его понимании, конечно. Или он просто боялся того, что мои парни смотрели на него как на пустое место, а Богдан так вообще искал место, куда воткнуть кинжал. Тут в дело включилась мама-полячка, которая рухнула, обняв колени генералиссимуса и начала что-то быстро верещать про Агнешку, какая она хорошая, перемешивая польские и русские слова, ещё обильно заливая всё слезами. И здесь Васильич явно растерялся. Дураком и ханжой он не был. Он провёл на войне почти полвека. Знает чего обычно делают с женщинами солдаты, тем более с низшими сословиями. Не думаю, что при подавлении восстания Костюшко наши воины особо стеснялись, особенно казаки. А здесь такая двусмысленная ситуация, ещё и я занял вполне жёсткую позицию.

—Да чего вы слушаете эту тётку? — подал голос наш мачо, — Торгует дочкой и мне тоже предложила. Я и не смог отказаться.

По щекам молоденькой польки потекли слёзы, а руки бессильно повисли. Вот ей-богу, зря он это сказал. Настоящий Костя Романов проста жаждал крови, а я хотел справедливости и нас не остановить. Киваю егерю держащего ближнего офицера и тот производит какую-то манипуляцию с рукой солдата-апшеронца. Дикой крик заставил вздрогнуть всех присутствующих.

—Ааааа…. Его превосходительство приказали притащить девку. Денег не взяли, вот мы и приволокли эту курву. Но ведь явно шлюха. Отпустите, — заскулил

—Да как ты смеешь, — попытался возмутиться Милорадович, но нарвался на мой бешеный взгляд и замолк.

—Как вы считаете, Александр Васильевич, что о нас подумают в Европе? Русский генерал из свиты Суворова, находясь на территории союзника, изнасиловал практически ребёнка? Новости моментально дойдут до всех столиц. Особенно рады будут это услышать в Англии. Там такие мастера карикатур, что через месяц девочка превратится в целый гарем, который приказал создать русский командующий для себя лично. Мне рассказать вам, какой это будет урон чести русского воинства?

Я специально нагнетал ситуацию, чтобы решить вопрос максимально жёстко. Если разобраться, то ничего особого не произошло. Для нынешнего времени ситуация рядовая. Вот только для меня нет, да и надо вывести из игры одного неоднозначного персонажа, который непонятно как поведёт себя в будущем. Цинично, но это политика.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Генералиссимус некоторое время молчал, и все присутствующие смотрели на него. Он действительно думал, а не ломал комедию. С одной стороны его боевой товарищ, проверенный во множестве битв. А с другой весьма поганая ситуация и очень злой сын Императора, который точно не пойдёт на уступки. Цугцванг, однако. Но Суворов выходил и из более сложных ситуаций, Массена не даст соврать.

—Думаю, как старшему из присутствующих здесь благородных людей, вам и решать, Константин Павлович.