Сирийский марафон. В тени летучей мыши - Григорий Григорьевич Федорец

что говорить? Срубили толстых веток с широкими листьями, плотно заложив сверху. Засыпали землей, воткнули деревянный крест. Кайда, достав из кармана мобильник, включил функцию навигации. Через сорок секунд на электронной карте появилась точка. Вот и все.

Остаток пути до проселочной дороги проделали молча. Майор два раза сверялся по навигатору. Вышли на опушку леса напротив дорожного столбика с числом 21. Тут же стоял Mitsubishi Pajero серого цвета. Кайда вопросительно взглянул на ректора.

– Это его машина. Идем? – Туадера прогулка порядком вымотала. На столичного интеллигента в настоящий момент он явно не тянул.

Александр отрицательно покачал головой:

– Один момент, Антуан. Береженого Бог бережет. Может быть засада. Парни проверят, а мы пока здесь побудем.

Глава 9

Распрекрасно жить в домах на куриных на ногах

Серый Pajero неспешно катил по выбитой, словно после минометного налета, дороге. До местечка с твердым именем Дамара дорога пышно именовалась авеню Независимости, потом плавно перешла в RN2. Дамара на деле оказалась местностью, где среди вырубленного леса торчали жилые постройки разной степени убогости. Справедливости ради, вдоль трассы было несколько строений не только из дерева, крытых чем-то вроде шифера, но и в камне.

– Макс, Банги по сравнению с Дамара – центр цивилизации и урбанизма. – Носорог переглянулся с Чупа-Чупсом.

Водитель глубокомысленно почесал затылок.

– Все относительно, дружище. Однажды, будучи во Франции, мы с ректором решили посмотреть, как живут пейзаны. Закатились в провинцию Бретань. Свернули с шоссе и заперлись в такую, я извиняюсь, задницу. Тут еще ночь обвалилась некстати. Если б не три литра красного вина, хоть на луну вой. Марсианский пейзаж. Россыпи камней, сухой, что проволока, кустарник, за холмом воет или поет какая-то скотина – и ни души. Помнишь, Антуан?

– Еще бы! Та еще ночка… – Ректор усмехнулся. – Не отвлекайся от дороги. Пробьешь скаты, и аллес капут, как говорят твои предки. Дед у Макса из Германии. С какого перепуга приперся в наши края, никто не ведает. У нас не принято расспрашивать, чем занимался в прошлой жизни.

– Это точно. Парни, дорога дальняя, пейзаж однообразен. Можете поспать. Будем подъезжать к Нделе, разбужу. – Макс одной рукой накручивал баранку, лавируя между ямами и колдобинами.

– Мысль здравая, согласен. Я-то выспался прошлой ночью, а молодежь наверняка поспит часок-другой. – Кайда с переднего сиденья обернулся вглубь салона.

Носорог понимающе кивнул:

– Эх, и храпанем от души минут сто двадцать!

– Командир, скоро Нделе. – Чупа-Чупс наклонился к уху Александра. Майор вмиг очнулся, хотя несколько секунд назад пару раз дернул ногой во сне.

– Да, камрад, подъезжаем. – Макс, закурив очередную сигарету, выдохнул дым в открытое окно.

Майор трижды открыл и закрыл глаза, окончательно сбрасывая сон.

– Господин ректор, мобильная связь здесь уже действует?

– Должна быть, Алекс. Но это ненадолго. Километрах в десяти вокруг города мобильник принимает, потом… Холодный кофе будете? – Туадера протянул металлический термос.

– С удовольствием, но чуть позже. Надо брякнуть по телефону мамочке. Потеряла, небось, блудного сына, – улыбнулся Кайда, доставая смартфон.

– Городишко большой? Надо бы в магазин попасть, запастись съестными припасами, – поинтересовался Носорог у Макса.

– Дельная мысль. Егерь, конечно, будет рад гостям. Денежка лишней для него не будет. Но вряд ли у него продуктов на такую ораву. Придется проехать в центр. Там есть пара-тройка супермаркетов и продуктовых лавок. Закупимся. – Водитель несколько раз поднял-опустил плечи.

Тем временем майор, набрав текст, нажал на безобидный значок на сенсорном экране. Смартфон муркнул, подтвердив, что сообщение ушло.

– Это еще что за хрень? – выругался Макс. – Сколько езжу, впервые вижу патруль жандармерии здесь! Не по вашу душу, герр ректор?

– Не уверен, хотя все может быть.

Туадера вгляделся через лобовое стекло. Впереди, метрах в двухстах, на обочине стоял грузовик с откинутым тентом в армейской раскраске. В кузове кроме нескольких полицейских в полевой форме высился крупнокалиберный пулемет, закрепленный на раме.

«За пулеметом стрелка нет. Пехота явно разморена жарой. За рулем водилы нет, только боец на пассажирском. Сержант скучает в тени», – мысли бежали телетайпной строкой. Александр не отрывал взгляд от патруля.

– Похоже, давно здесь паркуются. Рутина, но будьте готовы, если что. Макс, наличка есть? Вдруг придется откупиться.

– Маловато. Обычно просят сто евро. Но могут и до пятисот заломить. Все по ситуации… – Водитель сбавил скорость, приближаясь к патрулю. – Блин, останавливает.

– Держи пятьсот евриков купюрами по десять. – Майор сунул рулончик, перетянутый резинкой.

– Толкаете на скользкий путь коррупции, – вздохнул Туадера.

– Вот станете президентом, все поменяете, – осклабился Носорог. – Если получится, опять же.

Пискнув тормозами, джип остановился, и Макс вышел наружу. Дожидаясь подхода жандарма, он успел сделать несколько разминочных движений. Изобразив на физиономии улыбку долгожданной встречи, эмоционально жестикулируя, он вступил в диалог. Кайда внимательно наблюдал за обстановкой.

– Будут досматривать машину, все к тому. Сержант зовет капрала. Внимание, вариант «пьяная компания». Носорог, введите Антуана в курс дела.

– Запросто. Господин ректор, это как сценка в студенческом спектакле. Мы едем на пикник и немного выпили лишнего. Но не до остекленения. В пропорции. Взгляд мутный, пластика размытая. Слюну пустить из рта. Не мне вас учить, добавьте местного колорита. – Лицо капитана размякло, и на нем зависла пьяная улыбка.

– Для убедительности, как только двери откроют, можно газы стравить… – Чупа-Чупс растекся на сиденье.

Туадера оторопел:

– В каком смысле стравить? Пернуть предлагаете, молодой человек?

– Ну, пернуть, как вы выразились, это с громким звуком. В данный момент уместнее менее агрессивный вариант. Бздануть, что ли.

– Вообще-то я ректор столичного университета, уважаемый человек и…

– И чтобы вы стали президентом республики, потребуется выжить для начала, а не такая малость. Делайте, что просят, уважаемый Антуан. Патрульные подходят. – Александр увлажнил взгляд.

Макс продолжал жестикулировать, но сержант оставался непреклонен. Он кивнул капралу, и тот, повесив автомат на плечо стволом вниз, распахнул заднюю дверь Pajero. Сунув здоровенную, будто перезрелая тыква, голову, рявкнул на французском:

– Документы!

За миг до этого майор понял, что ректор – очень дисциплинированный человек. Амбре в салоне и до того не благоухало свежестью, а после участия Туадера могло ввести в ступор даже бегемота.

– Fuck! – Капрал выдернул голову наружу.

– Что там?! – Сонное выражение лица сержанта смыло, и он лапнул кобуру.

Капрал затрещал, что палкой по забору, тыкая рукой в сторону Pajero. Сержант вернул пистолет в кобуру и заржал, продемонстрировав отменные зубы. Жестом отправив капрала к грузовику, он повернулся к Максу. Водитель быстро сунул в лапу жандарма рулончик, и стороны разошлись в полном удовлетворении.

– Алекс, у вас светлая голова! Гениальная идея – пернуть перед досмотром. Беру на вооружение. Все же откроем окна. Не то что дышать, смотреть