Сирийский марафон. В тени летучей мыши - Григорий Григорьевич Федорец

– Где вы так насобачились строчить комплименты?

– Практика. Большая практика в политике. А там без этого что без панталон в приличном обществе. Примут для пикантности, но один раз.

Ректор развернул карту.

Глава 7

В Уголовном кодексе под статьей ходили мы

– У меня есть знакомец. Не то что друг, скорее товарищ. Он живет в Бандоро. Это на север от столицы по авеню Независимости. Небольшой городишко. Товарищ далек от политики. Главное в нашем случае – у него есть пятиместный джип. По-моему, Mitsubishi Pajero. Я слабо разбираюсь в марках. Он не откажет отвезти куда надо. Если у вас есть телефон, звонить самое время. В республике не везде есть сотовая связь. Чем дальше от столицы, тем хуже покрытие. – Ректор вернул карту.

– Позвонить-то можно, а вот приятель – надежный человек? Не стуканет в полицию? – Кайда развернул карту.

Туадера размышлял пару минут.

– Не должен. К тому же у нас есть своего рода пароль, знак, что в данный момент могу говорить свободно.

Майор вопросительно посмотрел на ректора.

– Штука в том, что мы оба женатые люди. Иногда организуем совместные м-м-м… вечеринки с дамами легкого поведения, скажем так. Чтобы обсудить такое мероприятие по телефону, придумали использовать несложный пароль. Нейтральная фраза, – смущенно объяснил Туадера.

– Понятно. Дело житейское, – хмыкнул Александр. – Хорошо, звоните приятелю, назначайте встречу. Куда будете вызывать?

– Как раз напротив городка Вуи проселочная дорога подходит близко к реке. Убанги делает поворот на север, и если отпустить лодки, течением их прибьет к конголезскому берегу. Гипотетическая погоня решит, что мы ушли в Конго. Как идея? – улыбнулся ректор.

– Вполне. Держите телефон. Надеюсь, номер не забыли. – Кайда протянул мобильник.

Моторы пришлось снять и утопить на глубине. Носорог, облачившись в гидрокостюм, вывел лодки к фарватеру. Нешумный всплеск, течение подхватило и легко понесло опустевшие посудины.

– Постарайся, чтобы вынесло резинки на косу. – Майор подошел к Чупа-Чупсу.

– Яволь, герр офицер! – Морозов, выбрав позицию, приготовился к стрельбе из Mannlicher.

– Судя по карте, до точки рандеву шесть километров. Не будем терять времени. Гидрокостюм в реку. Готовы? – Кайда поправил лямки рюкзака.

Туадера согласно кивнул.

– Пять сек! – Носорог, запихнув в мешок с гидрокостюмом здоровенный камень, побежал к реке.

Спустя несколько минут вся группа была в сборе.

– Носорог, в головной! Чупа-Чупс, замыкаешь. Минут пять побудь здесь на предмет хвоста и догоняй. Все, выдвигаемся. – Майор посмотрел на свое воинство.

Они шагали сквозь густой лес, но зарослями назвать его не поворачивался язык. Почва под ногами была сильно увлажнена. Местами попадались болотца, практически полностью затянутые травой с небольшими блюдцами чистой воды в центре. Живность явно присутствовала, но на глаза не попадалась. Лишь пернатые резвились вовсю, отмечая накатывающийся день разноголосым щебетом.

– Господин ректор, у меня возникло стойкое впечатление, что мы двигаемся по какой-то тропе. – Александр немного сбавил темп, и Туадера поравнялся с ним.

– Аналогично, Алекс. И это погано, – мрачно изрек ректор. – Кстати, зовите меня по имени. В нашей ситуации титулы звучат, мягко говоря, нелепо.

– Хорошо. Тогда, Антуан, в чем скверность момента?

– Браконьеры и граница. На севере, куда мы стремимся попасть, в саванне проживает немало слонов. И носороги имеются. Пока.

– Незаконная торговля бивнями? И мы оказались на тропе контрабандистов? Не силен в здешнем уголовном праве. Что светит за такие шалости?

– Минимум пятнадцать лет каторги, а скорее смертная казнь. Отчасти можно понять этих людей. Безработица зашкаливает. В северо-западных провинциях бедность граничит с голодом. Тяжко людям, не до животных. Самим бы выжить, – тяжело вздохнул Туадера.

– Терять им нечего. Свидетели ни к чему. Учтем, – подытожил Кайда.

Когда группа обходила очередное болото, к птичьему концерту добавилось кваканье местных жаб. Временами несостоявшиеся женихи Дюймовочки блажили так громко, что заглушали переливы птиц.

Очередная трель местного соловья особо не выделялась из общего концерта, но майор резко поднял руку со сжатыми в кулак пальцами. Замерев, он медленно согнул ноги в коленях. Туадера, заранее проинструктированный, повторил.

Носорог, низко согнувшись, появился из-за здоровенного куста с крупными листьями.

– Группа. Семь человек. Не силовики. Экипировка разношерстная. Два калаша, три карабина. У четверых револьверы в кобурах. Большие рюкзаки, явно тяжелые. Идут медленно. Будут здесь минут через пять, – быстро прошептал капитан.

Кайда думал недолго.

– Попробуем разойтись миром. Чупа-Чупс, затаись. Работаешь по ситуации. Капитан, выбери место для рандеву.

– Уже, командир. Метров сто впереди и правее тропы.

– Двинули. Всем держать ушки на макушке. – Майор распрямил ноги и, чутко ловя звуки, двинулся за Носорогом.

Они успели расположиться на краю небольшой полянки, сымитировав бивак. Кайда с ректором сидели на рюкзаках, попивая чай из кружек. Термос стоял между ними. Носорог и Чупа-Чупс растворились в окружающих зарослях. Пичуги на противоположной стороне поляны неожиданно всполошились. Ветки кустов качнулись, и появился высокий мужчина. Камуфлированная панама с москитной сеткой, автомат Калашникова на правом плече стволом вниз, большой рюкзак за плечами.

Он успел сделать несколько шагов, прежде чем заметил сидящих майора и Туадера. Антураж был настолько мирным, что мужчина явно опешил и, сделав по инерции несколько шагов, остановился. Ветки качнулись, вышел второй, третий, четвертый… Вся семерка, образовав полукруг, молча взирала на продолжавших чаепитие майора и ректора.

«Серьезные ребята. Уверенно ведут себя, дисциплинированно…»

Кайда потянулся к термосу, прикрывая полой куртки «Глок» на коленях.

– Контрабандисты. Кажется, я узнал вожака. – Голос у Туадера не дрожал.

– Внимание, Антуан, они определились. При первом же выстреле валитесь за рюкзак и не шевелитесь, – улыбнулся Александр.

Семерка, стараясь не сокращать расстояние с сидевшими, двинулась противоположным краем поляны. Казалось, тишина звенела от напряжения. Контрабандисты шагали неторопливо. Оружие никто поднимал, но руки держали рядом. Кайда из-под козырька кепи следил за каждым движением группы, держа в левой пустую кружку, правую положив на «Глок». Секунды тянулись резиновым жгутом.

Последний контрабандист скрылся в зарослях, даже не сделав попытки оглянуться. Туадера шумно выдохнул.

– Милейший, не расслабляться. Ничего еще не кончилось. Собираем пожитки и уходим. Главное сейчас – слушать.

Александр старательно вытряхнул из кружки оставшиеся крошки заварки. Потряс термос, определяя по звуку оставшееся количество напитка. Плотно закрутил пробку. Все делая не торопясь, майор напряженно слушал свои ощущения. Опасность не исчезла, она удалилась, подсказывали чувства.

– Антуан, выдвигаемся. – Александр поднялся в полный рост.

– А парни? – тихо прошептал ректор.

– За них не беспокойтесь. Они знают, что делать.

Кайда надел рюкзак, поправив лямки, скрепил их между собой. Оглядев поляну, двинулся к выходу на тропу. Туадера не отставал. Ощущения, что целятся в спину, нет, мысленно отметил майор.

Не разговаривая, они пересекли открытое пространство