Отвергнутая истинная, или Мыльное счастье попаданки (СИ) - Виктория Грин

я, видя, как король уверенной походкой направляется прямо к нам. Как он нашел меня?

Сразу вспомнила слова родных о его отце.

Король все ближе, а я все дальше. Мивлиан в недоумении.

— Вы что, знакомы? — спросил он, удивленно наблюдая за моим отступлением.

— Ага, — лишь ответила я и как дам деру.

Энсгар помчался за мной, а за ним, хмуря брови, Мивлиан. И вот бежит по полю вереница. Куда бежит, зачем? Ну раз я начала, то отступать нельзя. Пушистик в шоке. Вцепился в мое платье коготками, в глазах недоумение.

И тут до моих ушей доносится какая-то возня. Оборачиваюсь и вижу, как Мивлиан яростно машет кулаками, а Энсгар, невозмутимый, с легкостью уворачивается от его ударов.

Добежав до леса, я забралась на дерево. Тут-то меня он точно не увидит!

О, а вот и ужин! Сорвав с ветки ароматный, напоминающий яблоко, плод, с наслаждением откусила.

Вот так вкуснотища! Словно творожок с сахаром и сметанкой. Сюда бы еще блинов, и вообще сказка.

Наблюдая за жалкими попытками брата одолеть Энсгара, ощутила странное головокружение. Тело стало ватным и я, не в силах удержать ветку, полетела вниз.

Но вместо твердой земли, приземлилась в чьи-то объятия. Переведя затуманенный взгляд, увидела красивого мужчину. Он вопросительно смотрел то на меня, то на кого-то еще.

— Что это с ней? — донесся до меня бархатный голос, словно из глубины леса.

— Все плыве-е-ет, — протянула я, пытаясь коснуться щеки незнакомца. — Красавчик, а как тебя зовут? — игриво пропела я, смотря на размытый облик мужчины. — Знаешь, а я бы с удовольствием вышла за тебя замуж.

— Кажись, яблочки-веселушки съела, — засмеялся другой. — Надо ее вниз головой свесить, чтобы полегчало.

Меня тут же закинули на плечо, отчего я невольно сжала каменные ягодицы мужчины.

И вот меня тащат, не известно куда, не известно кто. Но я не сопротивляюсь. От незнакомца исходит теплая аура, которая вызывает доверие.

— А у тебя невероятно соблазнительная попка, — говоря я, совершенно не стыдясь своих слов. — Так бы и съела, аррр. — Принялась сминать ее и шлепать, словно это было самым естественным делом на свете.

— Когда говоришь яблочки перестанут действовать? — донесся низкий бархатный голос.

— Часа через два, — ответил второй, — нам туда.

Пока мы шли, мужчины беседовали о вине, об отборе женихов и о турнире «Золотая морковка».

Что еще за морковка?

— Эй, красавчик, — обратилась я, ощущая, как меня осторожно усаживают на что-то мягкое, а затем укладывают. — А угостишь меня морковкой? Что-то я проголодалась.

— Спи, голубка, — раздается в отдалении. — Угощу, и не раз.

Не замечая, как проваливаюсь в сон, я погружаюсь в мягкую и теплую подушку, словно в объятия сказочного леса.

* * *

Проснувшись ранним утром, я ощутила невероятную ломоту в теле и боль в голове. Словно после похмелья, только без веселья. Чья-то рука крепко сжимает мою талию, а горячее дыхание щекочет макушку.

Осторожно повернув голову, увидела спящего Энсгара. Темные ресницы слегка подрагивают, а на губах играет довольная улыбка.

— Да, вот так, моя девочка, — неожиданно, с невероятным наслаждением, прошептал он, — оближи мою морковку.

Облизать! Морковку? Это что же, ему эротический сон сни…

В памяти тут же всплывают фрагменты минувшего вечера: Энсгар, яблоко, мои слова о его попке и морковке.

О нет. Нет. Нет! Только не это! Вот же позорище… Как мне теперь ему в глаза смотреть!

В попытке бесшумно соскользнуть с кровати, ощутила, как король притянул к себе и зарылся носом в волосы. Теплое дыхание щекотно коснулось шеи, когда он крепче прижал меня к себе.

— Я не разрешал покидать мои объятия, — раздался над ухом хриплый, бархатный голос, от которого тело покрылось приятными мурашками. — Я все еще не поужинал.

Вспомнив его пошлости в гостинице, и его влажное тело в полотенце, низ живота стянуло тугим узлом.

Ну уж нет! Обойдется! Его отец был виновен в гибели моего отца, а я, путешественница во времени, таила в себе опасность для его семьи.

Почему же моя мать не выставила его за пределы? Почему он был здесь, в моей постели, рядом со мной?

— Сейчас время завтрака, — сухо произнесла я, пытаясь скинуть с талии его тяжелую руку, — к тому же, в десять начнется состязание моих женихов, поэтому мне пора.

Энсгар усмехнулся.

— Я тоже участвую, голубка, — прошептал он, горячо покусывая мою шею, — моя морковка будет самой большой и вкусной, — его пальцы скользнули ниже, и я задрожала, не в силах сдержать стон.

— Ну, узнаем совсем скоро, чья морковка окажется самой вкусной. — Усмехнулась я, хотя на самом деле было не до смеха. — К тому же, ты не подарил… м-м-м… подарок.

Я сжала подушку, чувствуя, как он проникает в мои намокшие трусики, отдаваясь невольному сладострастию.

— Поэтому, твое участие отме… а-а-ах… няется.

Чертов искуситель!

— Подарок уже ждет тебя, — прошептал Энсгар, покрывая поцелуями плечико, — хочу получить наивысший бал, — пальцы короля уже вовсю ласкали меня, осторожно погружаясь в мою глубину, надавливая на болезненно-чувствительный клитор и растирая соки.

Сумасшествие какое-то…

— Эни, — простонала я, — прекрати…

— Нет, — горячо прошептал он на ухо, слегка покусывая мочку, — не прекращу.

Его голос, его прикосновения, его близость… все это утягивало меня в пучину невероятного, порочного наслаждения.

— Но, Эни, — запротестовала я, закусывая губу, чувствуя, как волна наслаждения поднимается внутри меня, — я правда не хо… а-а-а, — крик вырвался из моих уст, когда меня накрыло мощной волной экстаза, заставляя тело выгнуться дугой.

И в тот же миг, когда сладкая истома разливалась по моим венам, обжигающая боль пронзила между лопаток.

— Жжется, — завизжала я, пытаясь дотянуться до болезненного места, — жжется.

Король мгновенно перевернул меня на живот и приник губами к спине.

— Потерпи, малышка, — прошептал он, покрывая поцелуями участок между лопаток. — Сейчас пройдет.

Его губы были мягкими и горячими, словно бархат, а поцелуи нежными и исцеляющими. Я расслабилась и отдалась его прикосновениям, чувствуя, как боль покидает мое тело.

— Что это, Эни?!

Глава 18. Турнир

— Что это, Эни?! — опешила я, не понимая, что только что произошло. Почему возникла эта боль и почему поцелуи Энсгара избавила от нее.

— Метка истинности, — уверенно, словно для него это не новость, ответил король.

— И что это значит? — непонимающе помотала головой, переворачиваясь на спину. — Как она выглядит? — Сползла с кровати, решая установить между королем дистанцию.

— Что ты моя истинная, Эли, — улыбчиво ответил Энсгар, сокращая дистанцию.

От услышанного, я так и застыла на месте. Даже рот разинула от недоумения.

— Не смешно, — возмутилась я, сбросив с себя оцепенение. — Я не та, кто способен