Микстура от попаданки (СИ) - Анастасия Александровна Гудкова

темнице. Я не сомневалась, что сестры и матушка Лафер сделают все, чтобы я задержалась там подольше. Зато сейчас они совершенно точно бесились от того, что никаким образом не могли повлиять не только на мою жизнь, но и на мое имущество. Так что я собиралась вернуться живой и здоровой, хотя бы ради того, чтобы им насолить.

За окном постепенно сгущались сумерки. До этого времени мы несколько раз останавливались на безопасных участках дороги, чтобы наскоро перекусить и отбежать по зову природы. Наш возница, угрюмый и молчаливый, предпочитал держать разумную дистанцию, так что целый день мы с Лаграндом провели в обществе друг друга.

Собеседником генерал оказался весьма интересным. Он рассказывал какие-то забавные случаи из жизни гарнизона, перемешанные с ужасными по его мнению историями. Каждый раз, когда он доходил в своем рассказе до особенно захватывающего места, я ловила на себе его взгляд, который словно оценивал, насколько я испугалась. Пугалась я ровным счетом ни насколько. Потому что опыт работы в неотложке отучит пугаться кого угодно.

В конце концов, запас военных историй иссяк. Я задремала, облокотившись на окно, а проснулась от того, что экипаж остановился около двухъэтажного дома, очень напоминающего какую-нибудь средневековую гостиницу.

- Мы приехали?

- Еще нет, - покачал головой генерал. - Остановимся здесь на ночлег.

Идея была здравой. От длительного сидения в отнюдь не просторном экипаже, я чувствовала, как затекла и болит каждая мышца моего тела. Выбиралась на временную свободу я тоже отнюдь не грациозно - вывалилась в подставленные руки Лагранда, не чувствуя ни капли смущения.

- Лирт, договорись об экипаже, - приказал генерал, бросая вознице мешочек с монетами.

Немногословный мужчина кивнул и ушел, заметно было, что останавливается он здесь не впервые. Мы же с Лаграндом вошли в парадные двери, открывающиеся с таким обиженным скрипом, будто каждый гость тут незваный.

- Выглядит не очень, но кормят сносно и постель чистая, - тихо сказал генерал, заметив, что я открыла рот, чтобы выразить весь свой восторг. - Не отходите от меня далеко, публика здесь... разная.

Вот в чем генерал не ошибся, так это в публике. Нас встретила девица, крайне похожая на подавальщицу пива из какой-нибудь Баварии. Две толстых золотых косы, пышная грудь, норовящая выпрыгнуть из белой блузки, стянутой тугим зеленым корсетом. Только юбка была достаточно длинной, до щиколоток, но и вида на декольте было достаточно, чтобы взбудоражить воображение присутствующих здесь мужчин.

Да, девушка, помимо подавальщицы, здесь была всего одна. Я. Неудивительно, что стоило нам с Лаграндом войти в огромный зал, уставленный деревянными столами и стульями, как все взгляды тотчас обратились на меня. Я почувствовала себя неуютно и интуитивно бросилась искать защиту у мужчины, который меня сюда притащил: самым наглым образом схватила его под руку.

- Не бойтесь, Аннабель, - с едва заметной улыбкой произнес генерал. - Вас никто не тронет. Идемте, нам нужно поужинать и поговорить.

Прозвучало странно. Но голодный желудок предательски сжался от аромата свежепрожаренного мяса с травами, так что я не стала возражать и последовала за своим спутником. На сытый желудок определенно думать будет легче.

Глава 27

Лагранд определенно тянул время. Нам уже принесли ароматного цыпленка с хрустящей прожаренной корочкой, огромное блюдо тушеных овощей, щедро присыпанных свежей зеленью, кувшин с чем-то, пахнущим сладкими ягодами, и пенящуюся кружку для генерала.

- Что это? - уточнила я, когда он наливал мне ягодный напиток.

- Легкое вино. Другого здесь не подают, так что выбор, на самом деле, невелик. Могу еще предложить эль, но он... как бы это сказать... не для дам.

- Пусть будет вино, - пожала я плечами.

Есть хотелось до безумия, впрочем, пить тоже. Так что единственное, о чем я беспокоилась - это о возможном отравлении и царящей вокруг антисанитарии. Хотя, если вспомнить о том, куда мы с генералом направляемся, стоило признать, что на время следует забыть о привычных фарфоровых тарелках и прочих атрибутах мирной жизни.

Тем более, что Лагранд вдруг решил изобразить максимально возможную в этих условиях галантность и, тщательно вытерев руки салфеткой, решительно отломил мне окорочок.

- Прошу простить, но привычной сервировки в этом месте нет. Птицу здесь принято есть руками. А овощи ложкой, - он кивнул на относительно чистый столовый прибор с гнутой ручкой.

- Надеюсь, хотя бы вино здесь пьют не из кувшина, - пошутила я.

Генерал поискал глазами что-то, напоминающее бокал, но не обнаружил. Так что пришлось снова звать улыбчивую и одаренную природой подавальщицу, чтобы она принесла посуду для вина. Оказалось, что пить его надлежало из медного кубка. Весело, ничего не скажешь.

- Я хотел поговорить с вами, Аннабель, - начал, наконец, мой спутник.

Правда, до этого замечательного момента я успела выслушать несколько новых армейских баек, рецепт запеченой в полевых условиях утки и краткий обзор местных достопримечательностей, которых было всего две. Небольшая церквушка и тот самый постоялый двор, на котором мы остановились на ночлег.

- Генерал, не тяните, иначе я подумаю, что вы собираетесь предложить мне руку и сердце, - фыркнула я.

- Упаси боги от такой супруги, - воскликнул Лагранд. - Ох, простите, Аннабель, я совсем не то хотел сказать...

- Да что уж тут, - веселилась я. - Я, может быть, только примерила на себя титул леди Лагранд, придумала имена нашим замечательным детям, а вы со мной так жестоки!

- Аннабель, я...

- Верно говорили лессы Лафер, вы известный покоритель женских сердец, вот только ни одно из них после вас не осталось целым! - я притворно всхлипнула, заметив, как поменялся в лице бравый генерал. Кажется, переборщила. Надо срочно исправляться. - Успокойтесь, господин Лагранд, вы интересуете меня только в качестве спасителя от королевской тюрьмы. Ну и я совсем не против быть вам за это полезной в приличных пределах: солдат ваших подлечить, в гарнизоне прибраться. Сами ведь говорили, женщин там не бывает, а от домашнего уюта вряд ли кто-то откажется. Так что вы хотели мне сказать?

Лагранд некоторое время молчал, будто прикидывая, правду ли я говорю. Наконец, справившись с нервным потрясением, он медленно произнес:

- Я бы хотел, чтобы вы остались здесь, Аннабель. Дальше я поеду один.

Глава 28

Он шутит? От удивления я чуть не подавилась очередным куском удивительно вкусного мяса. Это как это так. осталась здесь?! Вот прямо на этом постоялом дворе?!

- Вы удивлены,