Микстура от попаданки (СИ) - Анастасия Александровна Гудкова

Мой мозг лихорадочно заработал, просчитывая варианты, как можно изежать наказания и не попасть в еще больший переплет. Хотя, казалось бы, куда еще больше?!

- Случилось! - перебивая собиравшегося что-то сказать усача, выпалила я. - Генерал Лагранд, вам в гарнизон случайно не нужен целитель?

Глава 20

На мгновение мужчина опешил, покосился на меня с недоверием. Неудивительно, предыдущие наши встречи не отличались теплотой и взаимопониманием. В последний раз ему и вовсе тряпкой прилетело.

- Целители на войне на вес золота, лесса Лион, - осторожно ответил он. - Особенно те, кто не страшится вида крови и способен быстро оказать помощь. Почему вы интересуетесь?

- Давно мечтала послужить короне, - ехидно сообщила я, поглядывая на усача.

Тот под пронзительным взглядом Лагранда, кажется, попытался изобразить испуганную черепашку: втянуть голову в плечи, будто в панцирь. Ожидаемо не вышло, только шея бедолаги хрустнула.

- Дорн, что здесь происходит?

Генерал все-таки зашел в кабинет целиком, благоразумно прикрывая за собой дверь. Вдруг опасная преступница вознамерится сбежать. Или испуганный капитан.

- Генерал Лагранд, дело в том, что лесса Лион задержана за крайне опасное преступление! - возмутился мужчина. - Она обвиняется в целительстве без разрешительной грамоты.

- Кто донес? - нахмурился Лагранд.

А и правда, хороший вопрос. Вряд ли это кто-то из тех несчастных, кто наконец-то избавился от своего недуга. Выходит, не выдержал кто-то из сестричек или же сама старшая лесса Лафер. Так кто мой неблагодетель?

Кажется, капитан Дорн решил, что имя истинного доносчика нам лучше не озвучивать. Некоторое время он молча мял ни в чем не повинный лист бумаги, лежащий перед ним, а потом все-таки придумал ответ.

- Донос анонимный, генерал. Никак не можем определить, кто.

- А штат артефакторов вам на что? - рассердился Лагранд. - По ауре посмотреть?!

- Чисто, - притворно вздохнул Дорн, косясь на меня. Вот ведь гад. Я с трудом удержалась, чтобы не показать ему язык. - Я предложил лессе Лион выбор: отправиться в темницу в ожидании суда или послужить короне. Кажется, она выбрала второе.

- Кто-то всерьез выбирал темницу?! - искренне удивилась я. - Так что, генерал Лагранд, признайтесь, вы ведь мечтали заполучить меня в целители? Так я вся ваша!

Кажется, последняя фраза прозвучала несколько двусмысленно, потому что Дорн вдруг покраснел как рак, а генерал поперхнулся и принялся разглядывать свои туфли. Я решила, что надо бы уточнить, пока мужчин не хватил сердечный удар от чрезмерно разгулявшегося воображения.

- Я имею в виду, я готова служить в вашем гарнизоне. Крови не боюсь, сплю мало, ем тоже, проблем не доставляю. Решайтесь, генерал, вам понравится.

Вот черт. Опять что-то не то. Но мне было не до тонкой душевной организации окружающих меня мужчин, ведь речь шла о моей свободе. Лессам я обязательно отомщу чуть позже, я в этом уверена. Но из темницы мстить будет тяжеловато.

- Аннабель, послушайте, - хрипло произнес Лагранд, - вы точно понимаете, о чем меня просите? Я ведь не в загородное поместье еду, там настоящие бои идут! Раненным помощь нужна, а вы чем поможете? Обмороком?

- Во-первых, - сурово отозвалась я, - я уже сказала, что вида крови не боюсь. Я столько всякого видела, когда работала... - нет, про практику на "скорой" лучше не упоминать. - Когда работала. Что вряд ли меня можно чем-то удивить. А во-вторых, вам ведь нужен целитель? С ним всяко лучше, чем без него, так ведь?

На мужественном лице Лагранда отразилась самая настоящая борьба. С одной стороны он прекрасно понимал, что я права. И что лучше уж взять меня с собой, чем снова оставить позицию врачевателя вакантной. А с другой - он не верил в то, что я справлюсь. Ни на сколечко. Потому что одно дело - заваривать ягоды и травы в стаканчике, а совсем другое - обрабатывать боевые раны. И я понимала его сомнения.

Ситуацию неожиданно помог разрешить капитан. Отыскав чистый листочек он принялся что-то в нем писать, приговаривая себе под нос:

- Назначить судебное заседание... Поместить под стражу...

Генерал Лагранд снова посмотрел на меня, погрыз в задумчивости нижнюю губу, а потом, наконец, сказал?

- Хорошо, лесса Лион, вы поедете со мной. Целителем в гарнизон.

А он не из робких! Я-то уже отчаялась, думала, он позволит капитану бросить меня в темницу. А Лагранд оказался настоящим рыцарем!

Я радостно взвизгнула, чувствуя, как ужасное давящее чувство, стянувшее мою грудь и мешающее сделать полноценный вдох, потихоньку отступает. В порыве благодарности я сделала то, чего вообще-то, как воспитанная в нормальном прогрессивном обществе девушка, никогда бы сделать не подумала. Я. Его. Обняла.

Уже чувствуя, как сомкнулись на моей талии мужские руки, я поняла, какую чудовищную ошибку совершила. Но еще хуже стало, когда я услышала его тихий голос:

- Кажется, я об этом очень сильно пожалею...

Глава 21

Удивительно, но с формальностями мы покончили крайне быстро. Всего-то и потребовалось, чтобы генерал написал приказ о принятии в гарнизон целителя с завтрашнего утра, а я его подписала. После этой простой процедуры мы оба были отпущены от дознавателей. Я - в предвкушении насыщенной поездки, генерал - в состоянии крайней задумчивости.

- Как ваша матушка? - спросила я, чтобы немного разрядить обстановку.

- Благодарю, Аннабель, - сухо ответил генерал. - С ней все в порядке, ваш отвар помог.

Он помолчал пару мгновений, а потом вдруг резко развернулся ко мне и, прищурившись, спросил:

- Признайтесь, вы владеете ментальной магией?

- Что?! Я?! Нет, конечно, - засмеялась я. - С чего вы взяли?

- Поверить не могу, что я в здравом уме согласился взять вас с собой! Женщинам на войне не место, Аннабель!

- В тюрьме им тоже, знаете ли, плоховато будет, - парировала я. - Бросьте, генерал, я прекрасно понимала, на что иду. Подбросите новую сотрудницу до лекарского кабинета? Вы ведь не пешком?

Лагранд кивнул, зачем-то растирая ладонями виски. Мы действительно проследовали к экипажу, вудя по вензелям на боку - его личному. При этом идущий рядом генерал бубнил что-то о том, что "немыслимое дело" и "как он вообще до такого дошел". Мне хотелось чем-то его приободрить, но, честное слово, было нечем.

В экипаже было просторно, так что мы с комфортом разместились на обитых бархатом мягких скамейках напротив друг друга.