Скажи мне шепотом - Мерседес Рон

принялась внимательно изучать его профиль. Как и Тьяго, он обладал природным магнетизмом и харизмой, которые неминуемо притягивали к ним окружающих. Его большие руки уверенно лежали на руле. А волосы, чуть длиннее, чем короткие и вечно растрепанные волосы брата, падали на лоб каштановой волной, отчего голубые глаза казались еще ярче. Как же он был красив! И какое же счастье, что он снова разговаривал со мной.

– Чего это ты так меня рассматриваешь? – улыбнулся Тейлор и быстро покосился на меня.

– Ты красивый, – пожала я плечами.

– Кто тут красивый, так это ты, – немедленно отозвался он. – Я и представить не мог, что из тощей долговязой девочки вырастет девушка с модельной фигурой. А сейчас только посмотри на себя!

Я ткнула его локтем, и Тейлор засмеялся.

– Всего, что ты здесь видишь, легко добиться удачным выбором лифчика, – отмахнулась я, прекрасно зная, что модельного во мне мало, особенно в том, что касалось груди.

– Вот бы тебе взглянуть на себя со стороны. Тогда сразу бы прекратила болтать глупости, – спокойно возразил друг детства.

– Как скажешь. – Я с улыбкой уставилась на дорогу.

Когда мы подъехали к нашему коттеджному поселку, я попросила Тейлора припарковаться на небольшом расстоянии от моего дома.

– Не хочешь, чтобы тебя видели со мной? – нахмурился он. Интересно, это его расстроило или Тейлор прекрасно понимал причину?

– Помимо того, что я не хочу ничего объяснять матери… мне бы хотелось еще пообщаться с тобой. Хочу побольше узнать о тебе. Как жизнь в Нью-Йорке?

Улыбнувшись, Тейлор остановил машину за углом улицы, на которой располагались оба наших дома, и заглушил мотор.

– В Нью-Йорке жизнь довольно суматошная. Я скучал по спокойствию Карсвилла.

– Но ведь здесь супермегаскучно.

– Я тебя умоляю, не оскорбляй наш достопочтенный городок. Что бы мы делали без городского дня пирогов с клубникой, городского дня игры в лото или традиционного костра?

– Или городского дня кухни народов мира, – хихикнула я.

– А это что-то новенькое! – хмыкнул он. – Кухня народов мира в месте, где девяносто девять процентов населения родилось в штате Вирджиния?

От смеха у меня тряслись плечи.

– Они хотят сделать город более космополитичным.

Тейлор со смехом покачал головой и повернулся в мою сторону, чтобы лучше видеть.

– Признаюсь, что хоть тут все наполовину сумасшедшие, а нравы по-прежнему прошлого века, вернуться домой очень приятно.

Я кивнула.

В голове крутилось столько всего, что ему надо сказать, но Тейлор прервал мои мысли, тактично заметив:

– Тебе лучше вернуться сейчас.

– Ты прав, – согласилась я, хотя на самом деле хотела остаться и еще поговорить, узнать о нем побольше. – Спасибо, что подвез меня.

Тейлор лишь улыбнулся.

А потом подождал в машине, пока я не войду в дом. Я успела увидеть, что он не припарковал машину, а развернулся и куда-то поехал. Вернулся на вечеринку?

Я практически бесшумно поднялась наверх. Все уже спали, и перед тем как идти к себе, я заглянула к брату. Кэмерон лежал, свернувшись клубочком под своим синим одеялом с нарисованными зверушками. Ночник в форме дракона еще горел, а мой брат крепко спал.

Я направилась в свою комнату, которая располагалась рядом с его спальней и, к счастью, вдалеке от родительской. Закрыв дверь, я прислонилась к ней и зажмурилась. Несколько раз глубоко вздохнула, и на моих губах расцвела улыбка. Я помирилась с Тейлором. Закадычный друг больше не ненавидел меня или, по крайней мере, теперь мог общаться со мной и смотреть в мою сторону. Несомненно, мне следовало испытывать безмерную радость по этому поводу, только вот мозг дословно запомнил все, о чем сегодня говорили мы с Тьяго. Пусть он и грубил, пусть фактически мы все время ругались – меня это не беспокоило. На самом деле я к такому привыкла. Наши отношения с Тьяго всегда были такими, исключая короткие мгновения, которые я берегла запрятанными в самые укромные уголки души.

Одно из них случилось как раз накануне того, как все рухнуло. Это произошло после нашего поцелуя в подвале дома старого мистера Робина. Мы пару дней не виделись, потому что все трое заболели от огромного количества сладостей, которые запихали себе в рот. На третий день мне наконец-то разрешили выйти поиграть. Тейлор еще не выздоровел, поэтому тем вечером со мной гулял Тьяго. Мы впервые остались с ним только вдвоем, и я до сих пор помню, как сильно из-за этого переживала.

– Пошли, я хочу тебя научить кое-чему.

Тьяго схватил меня за руку и куда-то потянул. Я без малейших сомнений последовала за ним. Мы обогнули наши дома, позади которых раскинулся большой зеленый луг, и скрылись в лесочке за ним. Там мы обычно играли в джунгли или шалаш. Тьяго шел дальше, мимо деревьев, которые с каждым шагом становились все выше и все толще. И когда я начала опасаться, что мы потеряемся, он остановился перед поистине огромным деревом с раскидистой кроной. Ветки на нем оказались такими толстыми, что даже на самом верху точно не сломались бы, если на них сесть.

Тьяго остановился напротив ствола, на котором довольно неопрятно были вырезаны три имени – наши и Тейлора.

– Я месяц назад его нашел, – взволнованно признался Тьяго. – Посмотри наверх.

Я подняла голову и от неожиданности и радости широко распахнула глаза. Наверху были установлены доски. Хоть и кривоватые, но похожие на то, о чем мы уже очень давно мечтали.

– Дом на дереве! – воскликнула я, подпрыгивая на месте.

Тьяго взирал на меня с сияющей улыбкой.

– Он пока не закончен, есть только пол. Но, думаю, вместе у нас получится его достроить. Это будет здорово! И мы сможем хранить здесь все наши вещи и ваши игрушки.

От моего внимания не укрылось, что он сказал «ваши игрушки», а не «наши игрушки». Тьяго твердил, что он теперь взрослый, но я-то знала, что он рад этому домику не меньше моего, а может, и больше.

– Хочешь залезть наверх? – предложил Тьяго, и я догадалась, что он тоже немного нервничает.

Наверное, это был первый раз, когда мы столько времени провели вместе и умудрились не повздорить. Возможно, чтобы не ругаться без устали, нам с Тьяго требовалось время от времени целоваться. Улыбнувшись этой мысли, я подошла к нему и поцеловала в щеку. Мгновение он таращился на меня, а потом буквально раздулся от гордости.

– Давай, принцесска, – на этот раз в его голосе не чувствовалось желание подразнить, – позволь показать тебе твой замок.

Я засмеялась, и мы вдвоем залезли на платформу. Пол был дырявый и лежал криво, но мне он казался лучшей