Его Величество бомж (СИ) - Элина Градова

Она уже навстречу спешит с лотком и всем набором для инъекции,

— Пошла уже?

— У тебя найдётся клеёнка или пелёнка под ноги? Он постель в крови запачкать не хочет.

— На-ко, — отдаёт лоток, — лечи сама, сейчас принесу!

Возвращаюсь, в предутреннем полумраке схватываю первое мгновение его лица, не готового ни для кого, только для себя. Он хмур и задумчив, а ещё, устал. Тут же радостно встречает меня глазами, это понятно, но я всё, что надо, поймала — ему плохо!

— Ложись, Антонина сейчас пелёнку принесёт, а мы укольчик пока сделаем.

Послушно укладывается, ноги на весу и, уткнувшись в подушку, ждёт, я стараюсь не больно…

Потом приходит Тоня, мы устраиваем всё в лучшем виде, и я сижу с ним, пока не утихает боль. Просто держу его руку в своих, глажу, сплетая наши пальцы воедино, прижимаю к своей щеке. Его немного шершавая ладонь, теплее, чем моя кожа. И мне очень приятно её тепло.

Мы опять ведём немой диалог, в котором я успеваю сказать, что испугалась, за него испугалась, что он — мой герой, что я благодарна и, возможно даже, мои глаза говорят о любви. Взгляды — не слова, ими не солжёшь. В ответ получаю просто безусловное признание, читая в нём, что он и в огонь, и в воду, если надо! И что всё это само собой, и не стоит благодарности…

Постепенно замечаю действие укола и, поцеловав полусонного Костю в щёку, спешу вниз…

В отделении застаю интересную картину: уже все в сборе: наша смена, дневной персонал, старшая медсестра и заведующий. В центре внимания гвоздём программы выступает Никитична, в красках и лицах разыгрывая ночной спектакль, не забывая всё это сдабривать лёгким матерком, в основном, в адрес Василия, который жмётся тут же и всё ещё пытается что-то вставить в своё оправдание.

— Здравствуйте! — это я приветствую.

— Танюшка, как ты?

— Жива? Цела?

— Не пострадала?!

— Ну и сменка вам, ребята, выпала! — и всё в таком духе.

— Тань, давай такси вызову, — Ирина Геннадьевна предлагает, — ты уже чуть живая.

— Я не домой, — отказываюсь.

— А, куда?

— Мне надо одежду купить Косте, он как оборванец ходит.

— Хорошая идея! — подхватывает Никитична, — я добавлю!

— Да не стоит, — неловко как-то, но никто не желает слушать. Видимо моя напарница постаралась на славу, так что Костю заочно уже полюбил весь приёмник,

— И я!

— Налички немного, но всё, что есть сейчас отдам!

— Погоди, за кошельком сбегаю! — народ у нас на редкость отзывчив, хоть и небогат.

— А, ты, сукин сын, куда потёк?! — Никитична Васю зажала в углу, — он твою работу сделал, а ты в кусты?

— Не в кусты, а в туалет! — пищит охранник.

— Знаем мы твой туалет, всю жизнь в толчке не отсидишься! Гони бабки, а не то мы с Танюхой докладную напишем, как ты нас охраняешь, тогда работу просрёшь точно!

— Верно! Давно пора гнать лоботряса! — всеобщая поддержка…

И Вася чуя, что пришёл его смертный час, если не пересмотрит приоритеты, решает обойтись малой кровью, и супротив коллектива не идти. Нехотя вынимает из внутреннего кармана форменной чёрной куртки бумажник и начинает там что-то искать,

— Дай-ка, помогу, — Никитична бесцеремонно забирает у опешившего охранника его добро и недолго покопавшись, вынимает несколько тысячных купюр, охранник издаёт жалобный звук, на что санитарка выделяет ему одну бумажку, засунув её на прежнее место, — это тебе на дорогу, скупердяй, — а остальные деловито складывает в общий котёл…

— Тань, вот смотри, неплохая сумма набралась, — старшая подаёт файл с деньгами, — ты, что конкретно хотела купить?

— Бельё, может, тренировки, футболку, — перечисляю и не представляю, — где только на него продают? Он же великан!

— Это, как раз не проблема, — успокаивает, — у меня подруга старшим продавцом в «Гулливере», знаешь такой магазин?

— Кажется, слышала, — припоминаю.

— Пара остановок отсюда, я ей позвоню сейчас, она подберёт что-нибудь и скидки хорошие сделает. Там вечно какие-то акции проходят, авось на всё хватит.

— Я добавлю, — радуюсь.

— Можешь не спешить, они с десяти работают, но Галина раньше приходит, попрошу, чтобы впустила тебя…

После горячей ночки, утро кажется размеренно спокойным. Я в этот раз даже не спеша приняла душ на работе. Впервые за долгое время, не подгоняю себя, не мчусь на автобус, если уж решила приодеть кое-кого, то поеду домой обеденным рейсом, и сразу в амбулаторию, должна всё успеть.

Немного потеплело, январь на исходе, настроение, расслабленно-умиротворённое. Ночной негатив перекрылся утренним позитивом, и неспешно прогуливаясь пару остановок до «Гулливера» пешком, ловлю себя на том, что постоянно улыбаюсь и… думаю о Косте. Какой же он, всё-таик, классный! Тревожит только одно: его ноги! Надеюсь, ничего ужасного не случилось…

Не знаю, что Ирина Геннадьевна сказала своей подруге, но Галина встретила меня, как родную! Я сразу выложила перед ней файл с деньгами, которые мы собрали всем миром, и сказала, что надо всё!

И она собрала всё: спортивный костюм, две футболки на смену, тёплый джемпер, джинсы, трое трусов-боксёров и три пары носок. Рост максимальный. Думаю, не промахнулась. А по ширине, если сейчас, что-то повиснет, то через неделю — другую окажется в самый раз.

— Но, как? — не понимаю, — у меня на всё не хватит!

— Хватило, — успокаивает, — вот тут ниточку уберёшь, здесь шнурок вденешь, кстати, вот и шнурок, здесь подгиб немного поехал, прихватишь на два-три стежка, и так далее, по мелочи. Не кондиция, да ты не бойся, ничего зазорного, мы сами так покупаем. Своим Гулливерам девчонки оставляли.

— А Вы мне отдаёте?

— Они не против, я ситуацию объяснила. Как поправится твой герой, приводи, ещё что-нибудь подберём, — смеётся.

— Спасибо! — всё-таки, сегодня чудесный день!

Обувь? Сейчас неактуально, а потом? Пока сланцы, и то на будущее, заняли по высоте почти весь пакет! Для меня, как раз, расстояние от колена до пятки! Думаю, не должны быть малы? Галина