Возвращение Поллианны - Элинор Портер

Взгляд маленькой продавщицы погрустнел, чувствовалось, что она вот-вот расплачется. Когда она убирала лоток с розовыми бантами на место, у нее дрожали руки.

— За такую ерунду брать такие деньги! Возьмите ваши тряпки! — злобно зашипела покупательница.

— Хорошо, мэм, — тихо проговорила маленькая продавщица, а потом она обратилась к Поллианне: — Ну что ты теперь скажешь? Очень радостно быть продавщицей бантов?

Но Поллианну капризная покупательница тоже довела почти до истерики.

— Да, бывают, к сожалению, и такие дамы. Но давай порадуемся, что не все такие, как она.

— Порадуемся! — с горечью повторила девушка у прилавка. — Знаешь, малышка, я верю, что твоя игра, о которой ты мне рассказывала в саду, приносит тебе облегчение, но я… — Она не успела договорить, ее опять затормошили покупательницы. — Пятьдесят центов, мадам… Доллар… — отвечала она, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.

— И ты по-прежнему одинока? — спросила Поллианна у маленькой продавщицы, когда они на минуту остались вдвоем.

— Нет, у меня было пять званых вечеров и семь раутов! — Даже Поллианна почувствовала в ее тоне сарказм.

— Ну а хотя бы в Рождество ты смогла развлечься?

— О да! Я весь день пролежала в постели, закутавшись в разное тряпье, и прочла четыре газеты и журнал. А вечером я пошла в ресторан. Там снижают цены по случаю праздника. Так что я съела пирожок с курицей не за сорок, а за тридцать пять центов.

— Наверно, у тебя болят ноги оттого, что всегда надо стоять и ходить?

— Еще бы! Они все в волдырях. А уж в рождественские каникулы и говорить нечего!

— Милая! — с нежным сочувствием проговорила Поллианна. — И у тебя нет даже маленькой елочки? И тебя не пригласили на вечер?

— Какое уж там!

— Ой, дорогая моя! Я хочу, чтобы ты пришла ко мне на елку. У нас она такая огромная. Послушай, приходи сегодня или завтра вечером! Я тебе объясню, где я живу.

— Поллианна! — послышался вдруг ледяной голос миссис Кэрью. — Что все это значит? Почему ты все время от меня куда-то сбегаешь? Я уже три раза возвращалась в отдел верхнего платья…

Поллианна бросилась к ней с радостной улыбкой:

— О, миссис Кэрью! Как хорошо, что вы пришли. Вот… Я еще не спросила, как ее зовут, но мы уже давно знакомы. Я тоже с ней встретилась в Общественном саду. Она живет одна, у нее совсем нет знакомых. Она тоже дочка священника, как и я. Но у нее родители живы. У нее нет даже елки — только волдыри на ногах и пирожок с курицей. Пусть она придет к нам и посмотрит на нашу елку! Я ей сказала, чтобы она пришла сегодня вечером или завтра. Вы разрешите мне зажечь к ее приходу все огни?

— Ну если ты уже пригласила человека в гости, Поллианна… — начала говорить миссис Кэрью тем же отчужденным голосом.

Но девушка обратилась к ней таким же холодным и даже неприветливым тоном:

— Не утруждайте себя, мадам. Я не приду на ваш праздник.

— Ой, ну пожалуйста, — стала умолять ее Поллианна. — Я так хочу, чтобы ты побывала у нас в гостях!

— Но ведь от мадам я не получила приглашения! — ответила продавщица почти злобно.

Миссис Кэрью вспыхнула и поспешила отойти в сторону, но Поллианна взяла девушку за руку и стала успокаивать.

— Ну она же хочет тебя видеть! Она хочет! — уговаривала ее Поллианна. — Ты не знаешь, какая она добрая. Она столько дает денег разным благотворительным организациям и вообще людям…

— Поллианна! — опять позвала миссис Кэрью. Ей хотелось поскорее уйти отсюда. Но резкий, звонкий голосок маленькой продавщицы буквально приковал ее к месту.

— Да! И такие организации еще спасают заблудших девушек. Но ни одна организация не помогает бедным девушкам, которые еще не успели стать заблудшими. И хорошим бедным девушкам никто не дарит ни книжек, ни картинок, ни музыкальных инструментов, ни мягких ковриков. Им никто даже не скажет ни одного ласкового слова! Не будь так, может быть, меньше было бы девушек, сбившихся с дороги… Господи, что я такое говорю! — опомнилась она и обратилась к молодой покупательнице, разглядывающей синий бант: — Это стоит пятьдесят центов, мадам! — донесся ее звонкий голос до миссис Кэрью, которая уходила из магазина и уводила с собой Поллианну.

13. ОЖИДАНИЕ И ПОБЕДА

У Поллианны созрел замечательный план. Она минут пять проговаривала его про себя, а потом изложила суть дела миссис Кэрью. Но миссис Кэрью не разделила ее восторга, о чем и сказала Поллианне.

— Но им это придется по душе, — переубеждала ее Поллианна. — И ведь все это очень просто проделать. Надо только купить подарки, а елка у нас уже есть. Мы позовем эту девушку на новогодний сочельник, и она с радостью придет к нам в гости. А то ведь подумайте, у нее никаких радостей, кроме волдырей на ногах и пирожка с курицей.

— Ты просто невыносима, Поллианна! — нахмурилась миссис Кэрью. — Ты же ведь даже не знаешь, как зовут эту юную особу.

— Но ведь это ничего. Главное, что мы уже давно знаем друг друга. — Поллианна улыбнулась. — У нас был такой долгий приятный разговор в саду. Она рассказывала, как она одинока, и говорила, что для нее лучшее место на свете там, где нет толпы, где никто не обращает внимания и не одергивает. Между прочим, один человек обратил на нее внимание, но, понимаете, сделал это как-то уж слишком. Он не должен был этого делать, потому что она хочет остаться хорошей и честной. И вот тогда он подошел к нам в саду и долго ее куда-то звал, но она не пошла с ним, хотя на вид он был очень хорош собой. Вообще мне казалось, что это настоящий джентльмен, пока он не рассердился и не стал ей выговаривать. Тут и мне тоже досталось. Люди сразу меняются в худшую сторону, когда они злятся, ведь правда? Вот и она, когда торгует бантами, не кажется такой красивой, как когда она гуляла в саду. Но позвольте мне позвать ее к нам на новогодний сочельник, миссис Кэрью! И потом еще давайте позовем Джейми. Ему теперь гораздо лучше, и он может к нам выбраться. Разумеется, его должен привезти Джерри, так что и Джерри нам надо пригласить.

— Ну да, еще и Джерри, — с иронией вставила миссис Кэрью. — Но почему же надо останавливаться на Джерри? Наверно, у него есть масса всяких дружков, которым тоже хочется увидеть большую елку.

— Ой, миссис Кэрью! — воскликнула Поллианна. — Как вы это замечательно все придумали! Какая вы хорошая, добрая! И мне бы еще хотелось…

Но миссис Кэрью выглядела удивленной и даже растерянной.

— Нет, Поллианна, нет! — запротестовала она.

Однако Поллианна, не понявшая смысла ее обращения, уже продолжала разрабатывать свой план:

— Не говорите «нет». Вы самая добрая, самая лучшая на свете! И пусть это будет всем вечерам вечер! Давайте позовем Томми Доулана и его сестру Дженни, и двух братиков Макдональдсов, и еще тех трех сестричек, которые живут в том доме, где Мэрфи, на нижнем этаже. И еще кого-нибудь можно позвать. Ведь у нас такая большая комната, там много поместится народу. Представляете себе, как они обрадуются! Миссис Кэрью, у меня еще никогда в жизни не было такого замечательного праздника. И это вы мне его устроили! Теперь я буду посылать приглашения и буду просить, чтобы они тоже приглашали всех кого захотят.

И миссис Кэрью, еще недавно и слышать не желавшая ни о чем подобном, покорно проговорила:

— Да. Делай все так, как ты хочешь.

Теперь она должна была принимать и угощать в новогодний сочельник дюжину детишек из переулка Мэрфи и какую-то продавщицу, которую даже не знала по имени.

Может быть, ее задели слова этой девочки: «Но почему никто не помогает хорошим девушкам, которые еще не успели сбиться с дороги?». Может быть, на нее произвела впечатление рассказанная Поллианной история о том, как эта девочка хочет отгородиться от городского столпотворения и как она отказалась пойти с молодым человеком, который «слишком уж обращал на нее внимание». Может быть, в ней проснулась надежда, что, сделав это доброе дело, она хотя бы ненадолго обретет душевное спокойствие. А может быть, повлияла Поллианна, которая не замечала ее сарказма и хотела видеть в ней только щедрую и великодушную хозяйку. Как было разочаровать это дитя? Словом, дело было уже сделано. Миссис Кэрью поняла, что она по уши втянута в водоворот планов и заговоров, средоточием которых были, конечно, Поллианна и предстоящий новогодний вечер.

В мрачных тонах она описала все обстоятельства сестре и завершила письмо такими словами:

Я, признаться, не знаю, что делать. Но все же надеюсь, что и это как-то обойдется. Ничего уже не поделаешь. Но только предупреждаю: все это до тех пор, пока Поллианна не взялась меня поучать. Если только она возьмется, я тут же отправлю ее к тебе, и моя совесть будет чиста.

Делла прочла это письмо вслух всему санаторию и в конце от души расхохоталась.