Возвращение Поллианны - Элинор Портер

Сделав отчаянный жест, миссис Кэрью опять обратилась к мальчику:

— Ну попытайся вспомнить, не называл ли тебя кто-нибудь не Джейми, а по-другому.

Мальчик покачал головой, но по лицу его было заметно, что он напряженно думает, пытаясь припомнить.

— Нет, никто меня не звал по-другому.

— Нет ли здесь чего-то, что принадлежало твоему папе и, может быть, им подписано. Или его письма?

— Мы ничего не сохранили, за исключением его книг, — вставила миссис Мэрфи. — Может быть, вы захотели бы на них взглянуть? — Она указала на ряд потрепанных книг на полке. Потом она невольно полюбопытствовала: — Вам кажется, что вы знали его отца?

— Я не уверена, — сдавленным голосом прошептала миссис Кэрью, потом встала и подошла к книжной полке.

Там было всего десять или двенадцать книг: драмы Шекспира, иллюстрированное издание «Озерной девы», антология стихов, Теннисон с оторванным переплетом, обветшалый «Маленький лорд Фаунтлерой», несколько книг по истории древности и Средних веков. Миссис Кэрью листала и перелистывала каждую из книг, но ни на форзацах, ни на полях не отыскалось ни одной надписи. Тогда она с отчанным вздохом вновь обратилась к мальчику и женщине, все это время нетерпеливо наблюдавшими за ней.

— Я бы хотела, чтобы вы поподробнее рассказали о себе — вы оба, — сказала она, вновь присаживаясь на стул перед кроватью.

Они стали рассказывать, но это было все то же самое, что слышала от Джейми Поллианна в Общественном саду. Миссис Кэрью задавала много наводящих вопросов, но не услышала ничего нового или важного.

— Вы думаете, что знали отца? — спросил теперь Джейми. Миссис Кэрью закрыла глаза и обхватила ладонью лоб.

— Ничего не могу тебе сказать, — ответила она. — Вероятно, нет.

У Поллианны вырвался горестный возглас, но она тут же умолкла, покорная строгому взгляду миссис Кэрью. Почти с ужасом она стала рассматривать тесную комнатку.

Джейми, отведя взгляд от миссис Кэрью, вспомнил о том, что ему надо занять гостей.

— Как здорово, что ты пришла, — исполненный признательности, обратился он к Поллианне. — Как там сэр Ланселот? Ты кормила его все эти дни, да? — Девочка не отвечала, и тогда он показал глазами на что-то розовеющее на подоконнике в бутылке с отбитым горлышком. — Видишь, какой букет. Это Джерри нашел. Кто-то его бросил, а Джерри подобрал. Красивый, правда? И пахнет приятно.

Но Поллианна как будто не разбирала его слов. Она продолжала оглядывать комнату, нервно сжимая и разжимая руки.

— Как ты можешь, живя здесь, играть в радостную игру? Я еще не видела такого ужасного места! — Ее просто передергивало от негодования.

— Ну разве тут так уж плохо? Ты бы посмотрела, что делается на нижнем этаже у Пайков! В тысячу раз хуже! А здесь столько хороших вещей. Два часа в день в окнах бывает солнце, а иногда видишь из них большой кусок голубого неба. Главное, чтобы только нам удалось сохранить за собой эту комнату.

— Сохранить?

— Ну да. Мы задолжали немного, — голос Джейми стал грустным, когда он заговорил об этом. — На этот раз, правда, нас выручила мисс Доулан. Это та дама, у которой я оставляю кресло. Но она тоже не всегда может. Так что вся надежда на Джерри. Если он не разбогатеет — придется съезжать.

— А не можем ли мы… — начала было Поллианна.

Но в этот момент миссис Кэрью встала со стула и поспешно заговорила:

— Пойдем, Поллианна. Нам пора. — Потом она повернулась к женщине: — Я обещаю вам, что вы не съедете. Я теперь же пришлю вам деньги и еду. И потом я поставлю вопрос о вас в какой-нибудь из благотворительных организаций — я имею к этому отношение…

Она не успела докончить фразу, как вдруг маленькая женщина вздрогнула и резко выпрямилась, насколько позволяла ее сутулость. Лицо миссис Мэрфи буквально пылало, а глаза пламенели.

— Спасибо, миссис Кэрью, ничего не надо, — она говорила взволнованно, но гордо. — Богу известно, что мы бедные люди. Но мы все же не состоим на попечении у благотворительных обществ.

— Ну это вздор, — повысила на нее голос миссис Кэрью. — Мальчик только сейчас сказал, что вы задолжали женщине на нижнем этаже.

— Это правда, — все так же взволнованно спорила миссис Мэрфи, — но это не имеет отношения к благотворительности. Миссис Доулан — наш друг. Она знает, что при случае и я смогу ее так же выручить. Помощь друга — это не подачки от благотворительных организаций. Благотворительность — это обида и унижение. Спасибо вам, но мы не можем принять ваших денег.

Миссис Кэрью совсем спала с лица. Она была разочарована, опустошена, ее надежды были разбиты. Она была раздражена и крайне озадачена.

— Хорошо, пусть все будет, как вы скажете, — холодно заключила она, а потом гневно добавила: — Но почему вам хотя бы не пойти к домовладельцу и не попросить, чтобы он тут все обустроил? За что вы ему платите? За пробоины в окнах, забитые газетами и тряпьем? За лестницу, на которой можно попросту убиться?

Лицо женщины вновь приняло смиренное выражение.

— Мы пытались, но безрезультатно. Нас допустили только к агенту, а он сказал, что за ремонт мы должны платить дополнительно.

— Какой вздор! — выкрикнула миссис Кэрью, нашедшая наконец выход своему гневу. — Это позор! Это в конце концов просто беззаконие. Эти ваши лестницы! Я подам на него в суд, и он понесет наказание! Как зовут агента и кто владелец этих чудесных апартаментов?

— Кто владелец, нам не говорят. А вот агента зовут мистер Доудж.

— Вы сказали — Доудж? Это не Генри Доудж?

— Да, мадам. Его, кажется, зовут Генри.

Краска выступила на щеках миссис Кэрью, а потом она побледнела еще больше, чем прежде.

— Хорошо, я займусь этим, — сухо проговорила она. — Нам пора, Поллианна.

Джейми едва удержался от слез, прощаясь с ней.

— Но я вернусь! Непременно! — пообещала она, уходя следом за миссис Кэрью.

Они сошли с третьего этажа и с трудом протиснулись сквозь толпу галдящих и жестикулирующих мужчин, женщин и детей, окруживших вконец растерявшегося Перкинса и его лимузин. Едва только шофер захлопнул за ними дверцу, как Поллианна умоляющим голосом проговорила:

— Дорогая миссис Кэрью, ну, пожалуйста, признайтесь, что это ваш Джейми. Как было бы здорово, если бы он оказался тем Джейми!

— Нет, он другой Джейми, не мой.

— Вы совершенно уверены?

После минутной паузы миссис Кэрью закрыла лицо руками:

— В том-то все и дело, что я не могу быть уверенной до конца. Как будто бы это не он, это не может быть он. Но порой появляется сомнение, и это меня убивает.

— Ну а почему бы вам не согласиться с тем, что он и есть ваш Джейми? Дать ему как бы роль вашего Джейми? Потом вы взяли бы его к себе домой…

— Что? — в гневе перебила ее миссис Кэрью. — Взять его к себе домой, зная, что он не Джейми! Нет, Поллианна, никогда в жизни!

— Но если вы пока не нашли Джейми и ничем не можете ему помочь, то разве отчасти не утешительно помочь другому? — взволнованно настаивала на своем Поллианна. — Если ваш Джейми сейчас беден и болен, разве вам не хотелось бы, чтобы о нем кто-то заботился?

— Нет, нет, Поллианна, — миссис Кэрью зарыдала в ответ, — если бы мне сказали, что мой Джейми в таком же положении…

Она не могла договорить, потому что ее душили слезы.

— Но ведь я права! — торжествующе воскликнула Поллианна. — Если это ваш Джейми, то счастье, что он нашелся, а если нет, то ведь вы не причините зла вашему Джейми тем, что позаботились о другом мальчике. А потом, если вы найдете настоящего Джейми, то у вас будет два воспитанника, как бы даже два сына… Во всяком случае, вы сделаете счастливыми двух людей вместо одного!

— Поллианна, не говори мне больше ничего. Я хочу подумать. Понимаешь, мне надо подумать.

Какое-то время Поллианна молчала, наблюдая за тем, как меняется выражение лица у миссис Кэрью. Но вскоре она не выдержала и возобновила разговор:

— Ведь правда мы были в совершенно ужасном месте? Вот бы этому домовладельцу пожить самому в этом переулке. Интересно, каково бы ему было?

Миссис Кэрью вздрогнула и сразу переменилась в лице. — Она как будто бы загораживалась рукой от слов Поллианны.

— Нет, она скорее всего ничего не знала. Она просто не видела, что она приобрела во владение. Но теперь все выяснилось. Теперь выяснилось.

— Так это женщина? И вы ее знаете? И даже знаете ее агента?

— Да, — едва слышно проговорила миссис Кэрью, потупив взгляд. — Я знаю и ее, и ее агента.

— Ой, как я рада! — вздохнула Поллианна. — Теперь все будет в порядке!

— Да, теперь кое в чем можно будет помочь этим бедным жильцам, — уклончиво ответила миссис Кэрью, в то время как Перкинс останавливал лимузин у ее подъезда.

Миссис Кэрью не смогла признаться Поллианне в том, что дома в переулке Мэрфи недавно стали ее собственностью. Однако перед сном она успела написать письмо Генри Доуджу, требуя, чтобы он срочно принял меры и занялся ремонтом в жилых домах, во владение которыми она вступила. Промелькнуло и несколько резких выражений о тряпье вместо оконных стекол и лестнице, на которой можно убиться.