Навсегда в моём сердце - Егор Селявин

— Ты так быстро засобирался домой, что забыл надеть шапку? Да? — пристально глядя другу в глаза, спросила Надя. — И лоб расцарапал случайно? В какой момент?

— Сергей, пацаны, — окинув взглядом парней, продолжила она, — я знаю, что вы травокуры! Антон, не надо делать такие невинные глаза! Меня не проведешь. Но это ваши проблемы. Пирог, честно, между нами, может, вы еще что-нибудь проглотили? Может, вы по приколу ей тоже что-то дали, подсыпали, подлили… А?

Надя пристально всматривалась в глаза Сергея.

— Я вышел на улицу покурить. Шапку не надевал, — на ходу придумывал Сергей. — А потом… Потом внезапно захотелось домой. Пьяный я был, понимаешь? Пьяный!

Говоря это, Сергей смотрел на друзей, ища в их лицах понимание и сочувствие. И, естественно, находил: Антон и Витя слушали его, согласно кивая. А что? Обычная ситуация.

— Наркоту я не употреблял! Паша? Не знаю, во всяком случае, я не видел. Даша…

Сергей напрягся, вспомнив, как Паша химичил с шампанским.

— Не знаю. Может, мне показалось… Он зачем-то размешивал шампанское, говорил, что Даша не любит газированные напитки.

— Я так и знала! — Надя тяжело вздохнула, закрыв лицо ладонями. — Я так и знала.

— Я вчера, после того как мы проводили Дашу, домой не пошла, — после недолгой паузы продолжила Надя. — У Ксюши ночевала! — последнюю фразу она адресовала Вите. — Сами понимаете, после такого не уснешь! Так вот, она рассказала одну историю, которую ей, в свою очередь, поведала Даша. Не так давно, может, месяц назад, может, два, в одном из клубов милиция поймала трех студентов с наркотиками. Не с травой, а с тем, что покрепче. Так вот: на двоих из них уголовное дело завели, а третий свидетелем пошел! Двоих сразу отчислили, а третий как ни в чем не бывало на занятия ходит! А теперь вопрос: назовите имя и фамилию студента-счастливчика? Ну?

— Пашка Виноградов! — сразу догадался Антон.

— Молодец, Антоша, возьми с полки пирожок! — с ухмылкой сказала Надя и обвела взглядом троицу.

— Я почему-то не удивлен, — спокойно отреагировал Витя. — Мне он никогда не нравился. Что-то неприятное было в его физиономии. Приедет на своей колымаге, блин, и начинает свою философию о смысле жизни впаривать. И девчонку свою за собой таскал: смотри, мол, какие мы и какой ты!

— Ага, мне особенно его последняя фраза нравилась. Перед отъездом всегда говорил: «Эх, выпить бы с вами! Да дела-делишки!» А вот подружка его, Дашка, норм девчонка: никогда в наш разговор не ввязывалась. Постоит в сторонке, послушает… Кстати, водитель она, чувствуется, классный: как паркуется, как разворачивается в ограниченном пространстве — не у всякого мужика так получится! — поддержал разговор Антон, изображая рукой переключение скоростей и крутя невидимый руль воображаемой машины.

И чем больше в разговоре упоминалось имя Даши, тем горше становилось на сердце Сергея. Он тихонько в знак согласия кивал, а в душе возникал ее образ: вот она стоит в сторонке возле машины, вот держит его за руку на кухне, вот она спит на диване, вот он ее…

«Убей меня!»

Сергей машинально закрыл уши руками.

— Уже убил! — сорвалось у него с языка.

— Что? Кого ты убил? — не поняла Надя.

Сергей растерянно посмотрел на присутствующих:

— Э-э-э, Пашку, говорю, убил бы за это!

Гости согласно закивали.

Надя привстала со стула и наклонилась к Сергею.

— Покажи лоб, — велела она.

Друг послушно подался вперед. Девушка внимательно осмотрела его царапины, вертя его голову, выбирая подходящее освещение.

— Ничего, до свадьбы заживет. Если ничего нового не приключится, — констатировала она.

— Да, о чем это я… — задумалась Надя, вернувшись на место. — Ага, так вот, после того случая с наркотиками Владимир Генрихович, Дашин папа, запретил ей общаться с Пашкой. Не хочу, говорит, видеть его в нашем доме и с тобой рядом видеть тоже не хочу! А ведь до этого он ей ничего не запрещал. Ни разу! Она была вполне самостоятельной девочкой. Рассудительной, училась хорошо… Только наивная малость: все у нее друзья, все подруги. Она не видела в людях хитрости, лукавства, подлости. Так и в этот раз: «Паша не виноват! Раз милиция отпустила, значит, невиновен». Глупая! Я так поняла, это был как бы их последний совместный вечер. Видать, пока они готовились к нашему приему, у них разговор был. Даша вроде бы счастливая была, порхала по квартире, а Пашка хоть и улыбался всем, но видно было, что чем-то недоволен. Все: «Дашенька, Дашенька…» А в глазах… Не знаю, ненависть, что ли, типа: «Ну-ну, веселитесь!» И за стол долго не садились, между прочим, из-за тебя, Пирог! Даша говорит: «Давайте еще немного подождем, скоро Сережа прийти должен!» Я сперва не поняла, какого Сережу она постоянно упоминает. Это потом в разговоре я узнала, о ком речь! Даша нахваливала тебя: и какой ты мастер, и какой самостоятельный! Меня аж гордость взяла, что знакома с тобой! А Пашка сидит ухмыляется, поддакивает. Только взгляд у него какой-то недобрый был. Ну а потом ты пришел. Вот чего вы там, на кухне, уселись? Присоединились бы к нам, глядишь, и не было бы ничего.

Надя вздохнула. Посмотрела на совсем поникшего Сергея, на банку с пивом, на притихших друзей.

— Ну ладно, пойду я. Съезжу, загляну к Даше, возможно, отошла уже, дай-то бог! Может, расскажет что.

— Ага, привет ей от нас передавай! — попросил Антон.

— Хорошо, пацаны, передам!

Надя ушла. Парни какое-то время сидели молча: Антон тасовал карты, Витя маленькими глотками пил пиво, Сергей сидел с опущенной головой, безвольно сложив на коленях руки, и разглядывал пол. Не было у него ни сил, ни желания смотреть друзьям в глаза.

— Надо будет с Пашкой поговорить. Серьезно поговорить! — нарушил молчание Витя, ни к кому конкретно не обращаясь. — Может случиться так, что Даша переедет в «Сосновый Бор», а он, гад, будет жизни радоваться. Мститель хренов!

— Сосновый Бор? У нее там дача или дом? — спросил Антон, продолжая тасовать карты.

— Ага, дом. Психбольница там, вот что!

Сергей с испугом посмотрел на друга.

— Да! Ты же не знаешь, что он ей подсыпал! Всякое может быть, — пояснил Витя, отвечая на немой вопрос Сергея. — Бывает, после этого всю жизнь «мультики» смотришь!

Дальше разговор не клеился.

— М-да. Ты знаешь, Пирог, мы, наверно, пойдем. Пивасик тебе оставляем, лечись. Мы к тебе вечерком заскочим, — предложил Витя. — Может, Надюша чего нового узнает.

Сергей с подавленным видом смотрел в окно и молча кивал в ответ.

Стемнело. Но никто не пришел: ни Надя, ни друзья.

Сергей целый