Королева легенд - Фрост Кей

позволил сбежать, а потом пожалел об этом.

Глава десятая

Аррик

– Ты же не собираешься стоять там всю ночь, как сварливый старик, правда ведь? – Астрид надулась, ее полная нижняя губа выпятилась, как пухлый слизняк.

Два дня, проведенные в компании королевы, казались целой вечностью.

Аррик сохранил невозмутимое выражение лица, когда она провела своими острыми ногтями по его груди, и скрыл дрожь.

– Я здесь ради вашей безопасности, моя леди. И не могу быть с вами этой ночью. – Или любой другой ночью. Потакать своим желаниям – слабость, а слабость приводит к гибели. – Король поручил мне защищать вас. Что он скажет, если я не выполню свой долг?

Она закатила глаза.

– Этому человеку нет до меня никакого дела. Если я завтра умру, он устроит пир и провозгласит королевой одну из своих многочисленных жен.

Это правда. Сорен заботился только об удовольствиях и богатстве.

Аррик кивнул стражнику, стоявшему у двери, чтобы тот занял его место. Ему пора следить за порядком снаружи. Он далеко не всегда мог выдержать Астрид. Мачеха становилась эмоциональной, своевольной, а после и злой.

– Сорен заботится о тебе, – пробормотал принц, убирая руку королевы со своей груди. – Мне нужно проверить периметр. Приятного вечера, мама.

Аррик ненавидел называть Астрид мамой, потому что она не была ею, это всегда создавало стену между ними.

В глазах королевы появился сердитый блеск, она фыркнула, обернувшись морем шелка, и бросилась к своим противным подругам. Скатертью дорожка.

Аррик вышел из комнаты, спустился по лестнице и вышел на задний двор. Ночной холод и аромат моря и сосен окутали его.

Принц глубоко вздохнул, наслаждаясь ночной тишиной. Астрид всегда испытывала его терпение. Ее настойчивость вызывала у Аррика отвращение, но он не мог открыто, на публике, дать ей отпор. Все-таки она была королевой.

Это игра с тонкой гранью, в которую принц должен был включиться – быть достаточно твердым, чтобы она ушла, но не настолько резким, чтобы она обратила на него гнев. Эта женщина обладала силой, о которой король даже не подозревал, она была мерзкой и безжалостной. Не случайно Астрид стала его первой женой и правительницей Верланти.

Аррик видел, как королева разрушала семьи, пресекала преступные миссии «во имя справедливости», а на самом деле только для того, чтобы стать лидером преступников и совершить больше убийств, чем все сводные братья Аррика.

Астрид была сущим дьяволом, облаченным в одежды ангела.

Воздух прорезал громкий свист, за которым последовали более низкие звуки.

Это был сигнал Шейна. Он должен быть в замке. Что он здесь делает?

Аррик прищурился и осмотрелся вокруг. Между изгородями изысканного сада слева от принца стоял человек в капюшоне. Шейн растворился в листве.

Должно быть, все ужасно, раз он ушел из дворца.

Аррик двигался в темноте, следуя за своим заместителем. Принц убедился, что никто не заметил его ухода, и вошел в лабиринт из экзотических кустарников, деревьев и цветов.

Шейн слегка откинул капюшон, чтобы Аррик мог разглядеть его серые глаза, сверкающие в лунном свете.

– Что-то не так? – спросил он.

– Катал узнал о лагере повстанцев и послал туда людей.

Принц тихо выругался. У Катала тоже был шпион среди восставших?

– Насколько они близки?

– Достаточно, чтобы твоя жена и наш план оказались в опасности. Катал не должен до нее добраться. Лучше уж ей умереть, чем оказаться в заложниках у твоего брата.

Это не очень хорошая новость. Но у Аррика был выход: связаться со своим шпионом среди повстанцев и добиться переноса лагеря за считаные часы.

Принц посмотрел на Шейна. Была еще одна причина, по которой его друг находился здесь.

– Что еще? Ты бы не пришел сюда только ради этого?

Шейн вздохнул и откинул с лица свои длинные черные волосы.

– Я получил известие о том, что некоторые вадонские агенты проникли в Верланти и стремятся присоединиться к восстанию.

Черт подери. Это как раз то, что ему нужно.

– Мы должны поменять хронологию событий.

– Я тоже так подумал.

– Как думаешь, твоя жена согласится на это? – Шейн скрестил руки на груди. – Ты устроил настоящее представление, разыскивая ее повсюду. Она тебе не друг.

– У нее не будет выбора. Это больше, чем месть. Она примет правильное решение.

Он на это надеялся.

– Ты удивительно спокоен. Действительно думаешь, что Рен не прикончит тебя на месте? Ты так ей доверяешь?

Аррик усмехнулся.

Он никому не доверял, но очень хорошо разбирался в людях. У его дорогой жены было доброе сердце, она была милосердна, несмотря на вспыльчивый характер. Доверял ли он ей? Нет. Считал ли он, что стоит рискнуть и привлечь ее к делу? Да.

Если она его не убьет.

Шейн задумчиво посмотрел на друга.

– Рен тебе небезразлична, не так ли?

Больше, чем Аррик признавал. В свирепой принцессе было что-то такое, чего он желал и чем просто не мог не восхищаться.

Опасные мысли.

– Она средство, не более того. – Это было похоже на ложь.

– Не лги мне. Ложь среди союзников приведет к тому, что мы все погибнем.

Аррик хмыкнул.

– Я хочу ее.

– Нет ничего плохого в том, что жена для тебя настолько желанна. Совершенно естественно, если уж говорить об этом.

Здесь было нечто большее. Он хотел оставить Рен. Но не мог. Она в любом случае не хотела быть с ним. Принц казался ей монстром, и на то были веские причины.

Аррик ее не заслуживал. Все, что он мог сделать, это погрузить Рен во тьму, которую хранил внутри. Он не мог обладать чем-то настолько ценным, его руки были по локоть в крови.

– Принцесса скорее пырнет меня ножом, чем близко к себе подпустит. – Он покачал головой, серебряные бусины в волосах Аррика тихо звякнули. – Если я затащу ее в постель, это все испортит.

– Решение принято. Используй ее для достижения цели, и не позволяй желанию брать верх.

Аррик кивнул.

Это было мудро.

Таков был план.

Но почему же он колебался?

Глава одиннадцатая

Рен

Прошло три дня с тех пор, как Вьенн запретила Рен покидать лагерь, и принцесса была близка к тому, чтобы сойти с ума.

По совету Хосену часть повстанцев переместилась дальше в лес. Это было два дня назад; с того момента повстанцы ничего о нем не слышали. Такая ситуация еще больше разозлила Рен, потому что она не могла поговорить с Хосену наедине, когда он приходил предупредить