Моя милая психопатка - Ки Юнсыль

видно, что Соломону тяжело даются эти воспоминания. Он подошел к автомату и опустил три монеты по сто вон. Я сам не понял, как мы оказались в здании полиции.  – У тебя есть мелочь? У меня только карта.

Соломон не носил с собой кошелек. В его кармане всегда лежала банковская карточка. Он заявил, что совершенно не умеет пользоваться наличными деньгами. Тогда зачем смотреть на автомат, где они обязательно понадобятся? Я дал ему триста вон. Я пожертвовал свои деньги человеку, которого видел впервые в жизни. Госпожа Нам часто говорила, что жизнь строится на обмене: давать – получать. Но в моем случае этот принцип работал только в одну сторону. Я всегда отдавал и ничего не получал взамен. Словно какие-то темные силы сжимали кольцо вокруг моего скудного имущества.

Всего лишь три монеты по сто вон, но я был ужасно зол на своего нового товарища. Соломон купил себе кофе с молоком, сделал глоток и продолжил свою историю.

Он рассказывал о старшем брате, который уступал ему в талантах и способностях. В то время как Соломон закончил юридический факультет, его старший брат был настолько посредственным учеником, что никто и не вспомнит, учился ли он вообще в школе. Сон Помин окончил среднюю школу и занялся сельским хозяйством. Здесь у него тоже не особо получалось, и он зря тратил время, пытаясь хоть чего-то добиться. Но в один прекрасный день он неожиданно заработал огромную сумму денег, купил лодку и отправился в море ловить креветок. Дальше события развивались очень трагично. Лодка разбилась во время шторма, а старший брат Соломона пропал без вести. Это случилось ровно пять лет назад.

Осознание того, что Сон Помин умер, пришло к семье в тот момент, когда они получили страховую выплату. Поминки провели в годовщину его исчезновения.

– А чем вы сейчас занимаетесь? – спросил я, сгорая от любопытства.

– Работаю управляющим в магазине «1000 мелочей», – тут же ответил Соломон.

Я подумал, что такому маленькому магазинчику управляющий особо и не нужен. А если ты управляющий, то непонятно, почему не на работе. Мне было жутко интересно послушать, что он ответит.

– Мы переоборудуем наш магазин. Пока в процессе.

– Переоборудуете?

– Да. На деньги от страховки мы решили сделать ремонт дома и в магазине. Мы всегда были бедными, а тут такие большие деньги – 500 000 000 вон [10]. Конечно, ничто не заменит нам Сон Помина и его жизнь невозможно оценить никакими деньгами. Была бы возможность его вернуть, я бы отказался от денег. Но случилось то, что случилось. Будем считать, что это его наследство, и мы должны найти ему достойное применение. Мы решили расширить наш дом и магазин. Хотим оптимизировать торговый зал, сделать его понятным и аккуратным. А дома надо заменить раковину, сделать нормальный туалет и наконец-то установить унитаз. Жду не дождусь.

Соломон умел находить счастье в мелочах. Маленькое, но очень настоящее счастье.

– А почему вы мне помогаете?

– Ну, как сказать. Во-первых, я тебя знаю. Во-вторых, у тебя зуб на следователя, как и у меня. В-третьих, я тебя видел раньше.

– Да? А когда мы с вами встречались?

– Я видел твое видео в Интернете.

В этот момент я понял, что тем единственным зрителем, который смотрел мою прямую трансляцию на YouTube, был именно Соломон.

– Как вы нашли мое видео?

Первое, что я додумался спросить, вместо того чтобы поблагодарить человека за просмотр.

– Я часто смотрю там видео и отслеживаю подобные ролики. Особенно те, что касаются нашего района, но их не так много. Ты сделал хэштег с названием нашей деревни. Я вбил в поисковик, нашел и стал смотреть. Но, если честно, получилось затянуто. Так уж сложилось, что люди, которые выступают на публику, должны обладать харизмой и энергией, чтобы притягивать аудиторию.

Не знаю, что с остальными качествами, но энергия Соломона била через край. Спортивная майка позволяла разглядеть его когда-то спортивный торс, со временем заплывший жиром. Он был больше похож на мускулистую свинью, но упражнения с гантелями, очевидно, делал каждый день.

– В этом видео ты напомнил мне брата. Когда я смотрел трансляцию, я почувствовал себя так, будто брат выжил и вернулся. Есть же истории о людях, которые отправлялись в море в поисках травы вечной молодости. Увидев тебя, я на секунду подумал, что брат нашел эту траву, съел, помолодел и вернулся домой.

– Ваш брат наверняка был очень красивым.

Я сказал это без какой-либо доли сомнения, на что мой товарищ тут же ответил:

– Он навсегда остался таким, каким был в тот роковой день.  – Потом Соломон допил кофе, смял бумажный стаканчик и продолжил: – В свои шестнадцать лет я много времени проводил за книгами. Потом хорошо окончил школу, в отличие от моего друга, с которым ты сегодня познакомился. Он был изгоем.

Соломон очень хорошо помнил учебу в школе даже по прошествии двадцати лет, словно все происходило вчера. Это были лучшие годы его жизни, золотое время. «Талантливый к учебе младший брат и такой бестолковый старший», – именно так говорила о своих сыновьях их мать, хозяйка магазинчика «1000 мелочей».

Где же во всей этой истории господин следователь? Со слов Соломона, в школе тот был забитым ребенком, с которым никто не общался.

– Странно. Вообще на него не похоже!

На мои сомнения Соломон почти закричал:

– Да он идиот! Так гордился тем, что стал полицейским. Но люди не меняются. Как был изгоем, так и остался. Как не мог общаться с людьми, так и не может. Только внешне выглядит нормальным человеком. Работа у него такая, чтобы внешне все было в порядке. Что там внутри, никому не интересно.

Соломон ругал Ван Кочжина на чем свет стоит, гневно рассуждая и о современном обществе, где статус определяет твоя должность:

– Кто сказал, что каждый человек должен ходить на работу? Это же логично – если есть работающие люди, то могут быть и те, кто не работает.

В свое время Соломон тоже почти нашел работу. Должность в суде. Но даже после четырех лет на юридическом факультете он не знал, как сложится его жизнь. Время от времени Соломон повторял:

– Образование разве должно к чему-то обязывать?

8. Исповедь Соломона

Мы с Соломоном начали наше совместное расследование. Я рассказал ему, что моя приемная сестра невиновна и что единственное прямое доказательство ее вины, те самые следы на месте преступления, оставил я. Дослушав до конца, Соломон сказал, что он, как человек с высшим юридически образованием, может составить ходатайство об изменении меры пресечения.

На мой вопрос, что представляет собой эта процедура, Соломон дал подробное объяснение:

– Изменение меры пресечения возможно в случае с твоей сестрой, после того как открылись новые обстоятельства дела. Следы на месте преступления, которые стали решающим доказательством вины подозреваемой, как оказалось, были оставлены другим человеком. Значит, они ничего не доказывают. Тем более о том, что они принадлежат сестре, рассказал ты. Можно расценить это как незаконно собранные доказательства, если заявить, что тебя заставили в этом признаться. Согласно статье 308 Уголовно-процессуального кодекса Республики Корея, это так называемые незаконно собранные доказательства.

– А вы не могли бы объяснить все простыми словами?

– Твою сестру могут выпустить. Она будет дома. Пройдет суд, судья примет решение. Если окажется, что она невиновна, в тюрьму она больше не вернется. Например, если к моменту суда найдется настоящий преступник. Мы должны его поймать. Тогда мы утрем нос Ван Кочжину.

Я кивнул в ответ. После всех объяснений у меня сложилось впечатление, что Соломон умный и образованный