Чувствительная особа - Линн Грэхем

Как он сумел так глубоко заглянуть ей в душу? Как он понял то, что она сама лишь недавно о себе узнала? Ведь только после того, как Беатриса стала проводить целые дни с Парисом, Мило и Элени, она поняла, как ей нравится быть матерью. А совсем недавно, когда Беа выбирала одежду для Элени, она поймала себя на том, что рассматривает одежду для новорожденных с той радостью, которую не раз слышала в рассказах подруг, но еще не испытывала сама.

Но здравый смысл подсказывал — сейчас ей ни за что нельзя уступать Сержио. Если она с самого начала так просто позволит ему взять над собой верх, всего через пару лет она станет лишь его жалкой рабыней, слепо готовой повиноваться любому его слову. У Беатрисы даже голова разболелась, когда она поняла, что оказалась между молотом и наковальней, выйдя замуж за мужчину, к которому ее неодолимо тянет, но которого она никогда не сможет получить. Беа глубже погрузилась в воду, пытаясь расслабиться и отбросить тревожные мысли. Он ничем не отличается от обычного пирата, вечно бороздящего моря и океаны в поисках очередной наживы. Вот только когда дело касалось Беатрисы, у него были все шансы напороться на мель.

Когда Сержио вошел в спальню, Беа уже заканчивала одеваться. Длинное голубое платье сидело на ней как перчатка, полностью скрывая ее роскошное тело.

— Сексуально, — одобрительно отметил Сержио.

— Но и грудь, и ноги полностью скрыты, — защищаясь, огрызнулась она.

Но эти слова лишь вызвали слабую усмешку на его губах. Материя так плотно облегала ее изгибы, что больше сказать ему просто было нечего. Пусть кожа и была надежно скрыта, зато каждый изгиб был старательно подчеркнут. А изгибов у нее хватало.

Сержио слегка прикоснулся к распущенным волосам:

— Отрасти волосы, с длинными тебе было лучше.

— А ты привык, чтобы женщины по одной твоей указке сразу же менялись? — резко спросила Беа.

— Да, — нахально подтвердил он.

— Еще приказы будут?

— Улыбнись и расслабься. Нектариосу ты уже понравилась, он оценил, как ты повлияла на его правнуков.

— Мое влияние тут ни при чем, я же провела с ними всего пару недель…

— Но свою мать они видели намного реже, так что твое внимание очень много для них значит.

— А почему они редко видели свою мать?

— Она была известной телеведущей и редко появлялась дома, но Тимон ее обожал.

И Беатрисе сразу же захотелось узнать, обожал ли сам Сержио Кристу, но она просто не могла представить, чтобы он вообще бегал за женщиной, пытаясь ей угодить. Хотя, когда они поженились, ему был всего двадцать один год, так что тогда он наверняка еще не был таким циничным. И, вспоминая, как прошла их свадебная церемония, она решила, что Криста чем-то серьезно его ранила. Хотя с тем же успехом может оказаться, что он так страдал из-за смерти жены и их нерожденного ребенка, что поклялся никогда не влюбляться снова.

А потом Беа сама на себя разозлилась за свое непрошеное любопытство. Ей-то какое до этого дело? Он женился на ней исключительно ради детей Тимона, и не стоит об этом забывать. Пусть даже сегодня он и попытался затащить ее в кровать, не нужно заблуждаться насчет его мотивов. Ведь теперь, когда они оказались на этом крошечном греческом острове, разве у него есть выбор? Предполагается, что у них медовый месяц, и, если он хочет убедить деда в нормальности их отношений, он просто не может взять и оставить молодую жену, чтобы предаваться любовным утехам с другой женщиной. И об этом тоже бы неплохо все время помнить, чтобы не понять его действия превратно.

Ужин подали на веранде в лучах заходящего солнца. Беа с наслаждением отдавала должное мастерски приготовленным блюдам, а Нектариос развлекал ее рассказами об истории этого острова и о том, как он попал к их семье. Затем мужчины стали говорить о делах, и Беатриса вдруг поняла, что Сержио с дедом поразительно похожи. И, заверив их, что она не обидится, если они перейдут на греческий, она задумалась о том, что ей нужно как можно быстрее выучить язык, хорошо хоть языки всегда давались ей довольно просто.

Принявшись за десерт из свежих фруктов, Беатриса сосредоточилась на Сержио. Прямо над ним горела лампа, отбрасывая блики на его черные, коротко стриженные волосы и скрывая бронзовое лицо в тени. И Беа в очередной раз подумала, что он невероятно красив, а все его движения наполнены невероятной чувственностью, а потом она вдруг поняла, что Нектариос наблюдает за тем, как она наблюдает за Сержио, и покраснела. А еще через пару минут она сказала, что ей нужно проведать детей, и выскользнула из-за стола.

Проведав детей и пообещав Парису сводить его на пляж завтра утром, Беатриса прошла мимо главной спальни и поднялась в спальню на самом верху башни. Она чуть раньше нашла эту комнату и решила, что из нее получится отличное убежище. К тому же она где-то недавно читала, что многие известные пары, способные позволить себе достаточно просторные жилища, предпочитали, пожелав друг другу спокойной ночи, расходиться по разным спальням. Раздельные кровати еще не говорят о том, что между людьми плохие отношения. И именно это она и скажет Сержио, если он попытается оспорить ее решение.

Надев легкую хлопчатобумажную и совершенно не модную пижаму, потому что те шелковые и сатиновые комбинации, которые посоветовал ей персональный стилист в Лондоне, вызывали у нее отвращение, Беа залезла в большую удобную кровать и улеглась в позе морской звезды, пытаясь расслабиться. Когда-нибудь и этот дом, и вся эта новая жизнь станут для нее родными и привычными, а пока нужно держать себя в руках.

А потом дверь без стука отворилась, заставив ее резко приподняться и напряженно всматриваться в темноту. И в слабом свете, проникающем в комнату из коридора, она различила мужественные черты лица Сержио и его обнаженную волосатую грудь. Похоже что ничего кроме полотенца, обернутого вокруг бедер, на нем не было. Короткий отдых Беатрисы закончился, так толком и не успев начаться, и она резко сдвинула ноги, села и включила свет.

— Что ты здесь делаешь?

— Раз ты покинула нашу супружескую кровать, мне ничего не оставалось, кроме как последовать за тобой. Спать мы можем где угодно, но только вместе, — коротко ответил Сержио.

И Беа невольно оробела, когда рядом с ней оказалось столько обнаженной мускулистой плоти.

Широкие плечи, мощный корпус, подтянутый плоский живот — все это непреодолимо манило к себе ее взгляд.

— Даже не вздумай снимать полотенце! — слабо выдохнула она.

— Только не строй из себя недотрогу. Я всегда спал голым и не намерен теперь менять свои привычки, — небрежно отмахнулся Сержио.