100 великих феноменов - Николай Непомнящий

Марии исполнилось шестнадцать, её обучение закончилось, и она вернулась домой. И вот однажды, когда отца не было дома, она случайно обнаружила колоду карт. Ей показалось, что они шевелятся. Мария стала перебирать колоду. Гладкая поверхность карт была так приятна на ощупь; при этом каждая ощущалась по-своему: одна была теплее, другая — холоднее. Потом всё более отчётливо мысленным взором она стала «видеть» образ каждой карты: живые лица незнакомых людей, в которых угадывались их судьбы… Что это было? Увлечение нумерологией, вспышки ясновидения, дар предвидения — все эти склонности Марии, дотоле неорганизованные и спонтанные, вдруг сконцентрировались и стали управляемыми при её контакте с колодой карт?

Юная гадалка постепенно становилась всё более известной, к ней уже приезжали из окрестных городов и поместий. Вскоре Мария решила отправиться в Париж. В столице она познакомилась с Эттейлой, оккультистом и каббалистом. Когда-то, страстно увлёкшись тайновидением, Эттейла оставил парикмахерское дело и сменил фамилию Альетте на псевдоним, представляющий собой ту же фамилию, прочитанную по каббалистически — справа налево. Он был младшим современником и учеником знаменитого Кур де Жеблена, языковеда и оккультиста, поставившего себе целью показать мистическую ценность карт Таро и даже дать им философское толкование. Кур де Жеблен считал, что арканы возникли в Египте через полтора века после Всемирного потопа, поэтому версия о египетском происхождении Таро получила широкое распространение, потому что цыган (а именно от них распространились карты) долгое время считали выходцами из Египта.

Этой же версии придерживался и Эттейла. Он рассказывал своим ученикам, в числе которых была и Мария Ленорман, что Великие арканы Таро были составлены учёными магами Древнего Египта, чтобы сохранить для потомков древние тайные знания. Те же карты могли служить для прорицания.

Однако древняя система прорицания давно превратилась в салонную игру. Древние символы теперь приняли вид королей, дам, рыцарей, валетов, цифровых карт четырёх мастей. И «картомантия» — исследование судьбы с помощью заранее установленных значений карт и их сочетаний — была забыта. И лишь Мария Ленорман попыталась вернуть им утраченный смысл.

Ей исполнилось всего восемнадцать лет, когда она открыла гадательный салон. Очень быстро салон Ленорман приобрёл огромную популярность. В нём перебывал весь цвет революционного Парижа.

В 1793 году салон посетили Марат, Сен-Жюст и Робеспьер. Всем троим она предсказала насильственную смерть. «Когда я посмотрела на их ладони, — впоследствии рассказывала Ленорман, — мои глаза как бы заволокло, и сквозь пелену я увидела их тонущими в потоках крови. „Не пройдёт и года, — сказала я, — как вы все погибнете насильственной смертью. Вы, — повернулась я к Марату, — будете первым“». Марат отнёсся к её словам равнодушно. Тогда Мария почти вплотную приблизилась к нему и прошептала: «Посмотрите мне в глаза». Марат подчинился и через мгновение в ужасе отпрянул. На расспросы спутников он ответил: «Я буду первым из вас, я видел море крови в глазах этого чудовища». «Никого из вас не украсит отсечение головы!» — услышали они вслед. Как известно, Марат был заколот в своей ванне Шарлоттой Корде, а два других через год закончили жизнь на гильотине.

Вскоре после этого случая Ленорман арестовали. В тюрьме она встретила свою знакомую, бывшую директрису придворного театра. Когда ту должны были перевести в другую тюрьму, что в общем-то не влекло особой угрозы, Ленорман спешно передала ей записку: «Притворитесь больной: перемена тюрьмы грозит вам гильотиной. Если избежите, то доживёте до преклонных лет». Директриса последовала совету, тем самым избежав казни — почти всех заключённых, переведённых в другую тюрьму, отправили на гильотину. Через некоторое время хлопоты и связи сделали своё дело, и Ленорман освободили из тюрьмы.

Клиентами Ленорман были выдающийся дипломат и мастер политической интриги Шарль Талейран, вероломный министр полиции Жозеф Фуше, но самую большую известность, конечно, принесла Марии Ленорман дружба с Жозефиной Богарне, которой суждено было стать супругой молодого генерала Наполеона Бонапарта.

Однажды в салон заглянули две дамы. Тереза Тальен хотела узнать, выйдет ли она когда-нибудь замуж за достойного человека. Ленорман предсказала ей княжеский титул и страстную любовь. «Это похоже на насмешку, — сказала Тереза подруге. — Я слишком увлеклась брачными планами, а эта шарлатанка меня на них поймала». И Жозефина Богарне решила сразу покинуть салон, даже не разговаривая с маленькой невзрачной гадалкой. «Остановитесь, сударыня, — услышала она вслед. — Через некоторое время в ваших руках будет судьба Франции». Заинтригованная Жозефина вернулась. Она была вдовой генерала А. Богарне, казнённого в 1794 году по приговору революционного трибунала. И у неё было двое детей. Карты же указывали на то, что провидение уже вмешалось в судьбу Жозефины — совсем скоро её ждёт встреча с человеком, которого она полюбит всей душой. Он сделает её знаменитой и богатой, но потом предаст. Жозефина недоверчиво слушала шёпот гадалки. Та взяла её руку и уколола мизинец золотой иглой: «Сейчас я покажу тебе то, что никому не показываю. За это ты должна будешь оберегать меня, пока это будет в твоей власти».

Капелька крови расплылась в серебряной чаше с какой-то жидкостью, стала принимать различные формы. Сначала появились изображения фиалки и тюльпана (фиалки были любимыми цветами Жозефины), затем — лилии и короны. «Тебе суждено быть императрицей!» — устало сказала гадалка. Как в полусне, уходили обе дамы из салона. Жозефина мельком взглянула на мужчину, ожидавшего в самом тёмном углу гостиной.

«А вот и вы, генерал, — приветствовала его Ленорман. — Ваш брак почти свершён, вам осталось только встретиться. Вы займёте шесть высоких постов, будете коронованы, до сорока лет будете купаться в лучах славы и роскоши, но на сороковом году вы забудете, что вашу избранницу вам послало само провидение, и покинете её. Это и будет началом вашего конца. Умрёте вы в страдании и одиночестве, а все отрекутся от вас». «Что за чёрт, — разозлился офицер артиллерии Наполеон Бонапарт. — Как я мог сделать такую глупость и пойти к гадалке?» Но вскоре он встретил прекрасную брюнетку по имени Жозефина, безумно влюбился и женился на ней, а впоследствии стал императором. Жозефина до конца своих дней пользовалась услугами мадемуазель Ленорман и оказывала ей покровительство.

Мария Анна предупреждала Жозефину, что Наполеону следует опасаться камней. Действительно, камни в изобилии встречаются на острове Святой Елены. Однако предсказания Ленорман всегда были глубже и значительней поверхностного смысла — одним из диагнозов помимо отравления ртутью была мочекаменная болезнь.