Сумерки - Стефани Майер

— А ему хватит на всю дорогу одного бака бензина? — он опять подстроился под мой шаг.

— Не понимаю, каким боком это тебя касается, — дурацкий, самодовольный владелец сверкающего вольво.

— Сохранение невозобновляемых природных ресурсов касается каждого.

— Честное слово, Эдвард, — когда я произнесла его имя, меня пронзила нервная дрожь — ненавистное ощущение, — я не успеваю за твоими настроениями. Я думала, ты не хочешь, чтобы мы были друзьями.

— Я сказал: лучше, если мы не будем друзьями, но не говорил, что не хочу этого.

— О, спасибо, это всё проясняет, — довольно тяжеловесная ирония. Я осознала, что опять остановилась. Теперь, когда крыша кафе прикрывала нас от дождя, мне было легче взглянуть ему в лицо. Что, определённо, не способствовало ясности моих мыслей.

— Было бы более предусмотрительно с твоей стороны не дружить со мной, — объяснил он. — Но у меня больше нет сил избегать тебя, Белла.

На последней фразе его голос дрогнул от сильного, давно сдерживаемого чувства. Золотое сияние его глаз обжигало — я забыла, что нужно дышать.

— Ты поедешь со мной в Сиэтл? — спросил он по-прежнему взволнованно.

Говорить я не могла, поэтому просто кивнула.

Он улыбнулся, но потом опять посерьёзнел.

— Тебе действительно следует держаться от меня подальше, — предупредил он. — Увидимся на уроке.

Резко повернулся и направился туда, откуда мы пришли.

5. Группа крови

На английский я брела в оцепенении. Войдя в класс, даже не сразу поняла, что урок уже начался.

— Спасибо, что присоединились к нам, мисс Суон, — язвительно произнёс мистер Мейсон.

Я вспыхнула и поспешила к своему столу.

Очень скоро я осознала, что Майк не сидит на своём обычном месте рядом со мной. Меня начала грызть совесть. Впрочем, он вместе с Эриком, как обычно, встретил меня на выходе из класса, и я поняла, что почти прощена. Пока мы шли, Майк всё больше становился самим собой, черпая энтузиазм из прогноза погоды на ближайшие выходные. Обещали, что дождь ненадолго прекратится, так что поездка на пляж становилась всё более и более вероятной. Чтобы загладить вину за вчерашнее, я постаралась разделить с ним его воодушевление. Это было непросто: с дождём или без него, но нам ещё повезёт, если температура поднимется хотя бы до шестнадцати градусов.

Остаток утра прошёл как в тумане. Было трудно поверить, что мне не примерещились слова Эдварда и его взгляд. Возможно, это был очень яркий сон, который я перепутала с реальностью. Гораздо более вероятно, чем то, что я могу хоть на минуту показаться ему привлекательной.

Входя с Джессикой в кафе, я тряслась от страха и нетерпения. Мне необходимо было посмотреть ему в лицо, увидеть, превратится ли он опять в холодного, безразличного человека, которого я знала на протяжении последних нескольких недель. Или каким-то чудом окажется, что всё произошедшее сегодня утром было реальностью. Совершенно не замечая моего отсутствующего вида, Джессика болтала о своих планах на вечеринку — Анжела и Лорен пригласили Эрика и Тайлера, и они собирались отправиться туда все вместе.

Когда я взглянула на его стол, меня охватило разочарование. Остальные четверо были там, но без него. Уехал домой? Совершенно раздавленная, я стояла в очереди, не прислушиваясь к болтовне Джессики. Аппетит пропал — я купила только бутылку лимонада. Всё, чего мне сейчас хотелось — угнездиться где-нибудь и предаться отчаянию.

— Эдвард Каллен опять на тебя пялится, — Джессике, наконец, удалось вывести меня из задумчивости простым упоминанием его имени. — Интересно, почему он сегодня сел один?

Я вскинула голову и, проследив за взглядом Джессики, увидела, что Эдвард сидит за пустым столом на приличном расстоянии от стола своих родственников. Смотрит на меня и улыбается кривоватой улыбкой. Поймав мой взгляд, он поднял руку и движением указательного пальца пригласил меня присоединиться к нему. И подмигнул, когда я недоверчиво уставилась на него.

— Он тебя зовет? — в голосе Джессики звучало оскорблённое недоумение.

— Может, ему нужна помощь с домашним заданием по биологии, — пробормотала я, чтобы успокоить её. — Хм, надо пойти спросить, чего он хочет.

Удаляясь, я чувствовала спиной её взгляд.

Я подошла к его столу и остановилась в нерешительности.

— Почему бы тебе не пообедать сегодня со мной? — спросил он с улыбкой.

Я автоматически села, осторожно наблюдая за ним. Трудно поверить, что некто столь прекрасный может существовать в реальности. Мне стало страшно, что он внезапно исчезнет, превратившись в клуб дыма, а я пробужусь ото сна.

Кажется, он ждал от меня каких-то слов.

— Неожиданно, — всё, что у меня получилось.

— Ну, — он помолчал, а потом стремительно произнёс, — я решил, что раз уж направляюсь прямиком в ад, то могу хотя бы делать это обстоятельно.

Я ждала, что он выдаст что-нибудь более понятное. Пролетали секунды.

— Не имею ни малейшего представления, о чём ты говоришь, — заметила я, наконец.

— Знаю, — он улыбнулся и сменил тему. — Думаю, твои друзья на меня сердятся, я ведь похитил тебя у них.

— Переживут, — я чувствовала, как их взгляды буравят мне спину.

— Хотя я могу тебя и не вернуть, — сказал он с недобрым блеском в глазах.

Я судорожно сглотнула.

Он рассмеялся:

— Ты чем-то встревожена?

— Нет, — ответила я, но голос предательски дрогнул. — Скорее, удивлена… с чего всё это?

— Я говорил — нет больше сил избегать тебя. Поэтому я сдаюсь, — он улыбался, но глаза цвета охры смотрели серьёзно.

— Сдаешься? — повторила я в замешательстве.

— Да, отказываюсь от намерения быть хорошим. Теперь я буду делать то, что мне хочется, и пусть всё идет своим чередом, — пока он объяснял, улыбка померкла, и в голосе появились жёсткие нотки.

– Ты сейчас с кем разговаривал?

Умопомрачительная кривая улыбка снова озарила его лицо.

— Когда я с тобой, я всегда говорю много лишнего, и это одна из проблем.

— Не беспокойся, я всё равно ничего не понимаю, — с оттенком иронии сказала я.

— На это я и рассчитываю.

— Итак, если без затей, на простом английском, теперь мы друзья?

— Друзья… — он глубоко задумался, словно в нерешительности.

— О нет, — пробормотала я.

Он ухмыльнулся.

— Пожалуй, мы можем попробовать. Но предупреждаю — я для тебя неподходящий друг, — несмотря на улыбку, предостережение прозвучало серьёзно.

— Ты говорил это много раз, — заметила я, стараясь контролировать голос и не обращать внимания на нервно сжавшийся желудок.