Тайна нечистой силы - Фиона Келли

— Что это? — спросила Холли.

— Читайте завтрашний номер «Экспресс». Вас ожидает сюрприз.

ГЛАВА 14

Рядовой Гибинс

«ОБРЯД НА ЦЕРКОВНОМ ПОГОСТЕ». Такой была шапка первой полосы газеты на следующий день. Но главный сюрприз был в подзаголовке рядом с фотографией Лавинии: «Целительница связана прямыми узами с нечистой силой».

То, что репортер подобрал внутри кладбищенской ограды, оказалось флакончиком от лекарства для очистки кожи с этикеткой настоя трав от Лавинии.

— Но это вовсе не означает, что Лавиния была там. Кто угодно мог его там бросить, — горько жаловалась Холли. — А если бы она там и была, ну зачем бы ей понадобился пузырек с жидкостью от угрей?

— Ты абсолютно права, — соглашалась миссис Адамс.

— Но в статье не говорится, что она там была, — возражал мистер Адамс. — Просто констатируется факт, что пузырек от ее лекарства был найден рядом с тем местом, где совершалась черная месса.

— Я не о том, что конкретно написано, а о впечатлении, которое создается у читателей. Люди сейчас же свяжут ее имя с нечистой силой, — настаивала Холли. — Может быть, на ее стенах опять пишут гадости. А добраться туда, чтоб остановить их, трудно.

Мистер Адамс отложил газету.

— Если то, что я слышал, — правда, она не сможет больше жить одна в такой дали.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Не обращай внимания, — отрезала миссис Адамс.

Но Холли прицепилась к словам отца.

— Ну пожалуйста, скажи. Так нечестно.

— Это слухи, — ответила за мужа миссис Адамс. — У нас в банке чего только не наслушаешься.

— Например?

— Например, я слышала, что кто — то хочет купить Топ — Милл — Холл. Превратить его в роскошный отель со всякими развлечениями.

— Так это была бы хорошая новость для Лавинии, — сказал мистер Адамс. — Они бы заплатили ей кругленькую сумму, раз им нужно.

— Если ее признают владелицей, — уточнила миссис Адамс.

— А ты думаешь, могут не признать? — спросила Холли.

— Говорю, что знаю. Больше не спрашивай меня ни о чем.

— Если это так, то нашлись люди, которые хотят выжить ее из этого дома, — заключил мистер Адамс.

— Я так и подумала, — согласилась Холли.

Детективный клуб собрался недалеко от редакции «Виллоу — Дейл экспресс». Девочки ждали Мэги Диксон. Было решено, что четыре пары глаз быстрее выудят из старых газет то, что нужно. За это время Холли рассказала подругам о слухах.

Трейси предложила разузнать, кто именно хочет превратить Топ — Милл — Холл в шикарный отель.

— Какой — нибудь делец, — предположила Белинда. — Кто занимается недвижимостью. — Вдруг бросила быстрый взгляд на Трейси и сказала, обращаясь к ней: — Агент по недвижимости.

— Вот кто! — закричала Трейси. Они обе запрыгали.

Холли понимала, что это неспроста.

— Я надеюсь, вы меня посвятите в свою тайну, — буркнула она.

— Прости нас, Холли, — искренне извинилась Белинда. — Но когда мы ездили в архив, отец по дороге остановился у гольф — клуба…

Трейси перебила ее:

— И мы подслушали разговор Гибинса с каким — то типом, который называет себя агентом по недвижимости.

Холли сразу спросила:

— Они говорили о чем — нибудь таком?

— Тогда их слова были пустым звуком для нас, — вздохнула Трейси. — Но теперь я вижу, что скорее всего Гибинс хочет выкинуть Лавинию из Топ — Милл — Холла.

— Гибинс?!

Трейси кивнула:

— Тот тип сказал, что он хочет, чтобы «место» было открыто к лету. И что, если рабочие не начнут вскорости, он потребует от Гибинса вернуть ему деньги.

— Но разве Топ — Милл — Холл — собственность Гибинса? — не могла взять в толк Холли.

— Может быть. Если они действительно в родственных отношениях.

Такой поворот был возможен — Холли это понимала.

— А если спросить ее в открытую? Беда в том, что она не подходит к телефону после статьи. Не хочет нарываться на ругань.

— Кто? — неожиданно вклинилась в разговор Мэги. Она выходила уже из редакции.

— Долго объяснять, — ответила Холли. — А ты что здесь делаешь?

— Я добралась сюда намного раньше. Решила не терять времени даром и начать просматривать старые подшивки.

— Нашла что — нибудь?

— Не поверите! Пошли покажу.

Газета была желтая, с лохматыми краями, от 15 июня 1917 года.

— Мне бросилось в глаза имя, — пояснила Мэги. — Правда, нельзя ручаться, что это та самая Лавиния.

Заголовок гласил: «Таинственное исчезновение Джорджа Гибинса». Вот о чем говорилось в статье:

«Сегодня суд присяжных вынес решение о том, что рядовой Джордж Гибинс покончил с собой, бросившись в расщелину Корис — Казм. Рядовой Гибинс самовольно оставил армейскую службу, когда узнал, что его жена Клер, которая ждала второго ребенка, заболела. Его обращения к командованию о предоставлении ему отпуска были отклонены. Вернувшись в Виллоу — Дейл, рядовой Гибинс узнал, что его жена умерла во время родов, произведя на свет дочь Лавинию. Предполагается, что, боясь преследования военной полиции и неминуемой кары по законам военного времени, рядовой Гибинс сам лишил себя жизни. Его военная форма и предсмертная записка были найдены на краю Корис — Казма. Огромная глубина этой котловины не дает основания думать, что тело может быть обнаружено. У рядового Гибинса, кроме упомянутой новорожденной дочери, остался сын по имени Фрэнк. Оба ребенка находятся на попечении отца покойной миссис Гибинс, мистера Добсона. Мистер Добсон, уважаемый владелец мельницы, взял на себя заботу о детях, хотя и не одобрял брака своей дочери с рядовым Гибинсом. Суд присяжных официально объявляет рядового Гибинса погибшим».

— Какая грустная история, — сдавленным голосом проговорила Белинда.

А Трейси спросила:

— Интересно, Лавиния знает все это?

— Наверняка знает, — убежденно ответила Мэги. — Весь город знал об этом, когда она была девочкой. А ты как думаешь, Холли?

Холли кивнула довольно рассеянно. Было видно, что в глубине ее сознания копошатся какие — то другие мысли.

— По крайней мере, выяснилась одна важная вещь, — сделала свой вывод Трейси.

— Какая? — не поняла Белинда.

— У Лавинии был брат. Его звали Фрэнк. Адвокатская контора Гибинса работает под вывеской «Фрэнк Гибинс и сын».

Сознание Холли мигом прояснилось.

— Тогда мистер Гибинс — сын Фрэнка, следовательно… племянник Лавинии!

— Тогда это тот еще гусь. Он хочет выкинуть из дома родную тетку, — заключила Белинда.

Мэги переводила глаза с одной девочки на другую.

— Хоть кто — нибудь объяснит мне, о чем речь?

Для членов клуба день принес удачу, чего нельзя было сказать о Мэги: никакого упоминания фамилии Клер ни в одной из просмотренных старых газет найти не удалось.

— Может быть, я ошибаюсь, и мой дед Клер вовсе не из Виллоу — Дейла, — вздохнула она.

— Расстроилась, — посочувствовала Мэги Белинда, глядя вслед своей новой знакомой, которая удалялась в сторону отеля «Голова королевы».

— Еще бы! — кивнула Трейси. — Прилететь из другого полушария, чтобы найти семью деда, — и все впустую. Ни слуху ни духу.

— Я знаю, как поднять ей настроение, — не успокаивалась Белинда. — Надо устроить ей прием. Приготовить что — нибудь специально для нее.

— Твоя стряпня может вообще ее доконать, — скривилась Трейси.

— Я говорила о нас, а не о себе.

Холли идея понравилась.

— А когда?

— Прямо завтра. Мои печально знаменитые предки завтра едут в Лидс — слушать оперу или что — то в этом роде. Их не будет до поздней ночи. Мы сможем даже переночевать у меня.

— А еда? — спросила Трейси.

Белинда распорядилась так:

— Каждый из нас приготовит что — нибудь одно: Холли — закуски, Трейси — горячее, а я — сладкое.

— Ну и каким мороженым ты собираешься нас угощать?

— Кто сказал, что я собираюсь угощать мороженым?

— Так. Случайная догадка.

Холли не могла заснуть. В голове снова и снова мелькали слова статьи о несчастном Джордже Гибинсе. Что — то не сходилось. Но что? Она не могла докопаться. Беспокойная мысль не оставляла ее даже во сне.

На следующее утро, проснувшись, Холли сразу села. Голова была ясная, сон как рукой сняло. Она нашла ответ.

Разгадка была в военной форме! Вот что не давало ей покоя. Зачем понадобилось тому, кто собирался броситься в пропасть, снимать с себя одежду? Какой смысл? Однако смысл был, если этот Джордж Гибинс хотел, чтобы все думали, будто он покончил с собой. Тогда лучше всего оставить одежду — рано или поздно ее найдут. А если с ней найдут и предсмертную записку — тем лучше.

Когда в армии сочтут, что он мертв, его перестанут искать. Тогда он волен начать новую жизнь в каком — нибудь другом месте.