Золотой ребенок Тосканы - Риз Боуэн

недвижимости, — медовым голоском сказала я. Я хотела подать это как сарказм, но он решил, что я говорю серьезно, и разразился смехом, хлопая в ладоши.

— А в этом что-то есть, сестренка! Добавить немного класса в бизнес.

Он сделал паузу, делая глоток.

— Знаешь, я планировал приехать и удивить старика. Я собирался привезти жену и детей и показать ему, каким я стал. Он никогда даже не надеялся, что я чего-то добьюсь. Жаль, что он умер, так и не узнав.

Я подумала, что отец вовсе не был бы в таком восторге, как на это наивно надеялся Тедди. Я не знала, что такое стрип-моллы, но даже на слух звучало не слишком респектабельно. Тедди просто набивал свой кошелек.

— Смотри, вот моя карточка. Если ты когда-нибудь будешь в Штатах, обязательно заезжай, навести нас. Моей маме было бы интересно увидеть тебя, я уверен. И дети получат удовольствие от английской тети, говорящей так, как ты.

— Спасибо, вы очень добры, — поблагодарила я.

Он встал, направляясь к двери.

— И вы уверены, что не хотите ничего взять? — спросила я, обводя взглядом комнату. — Я собираюсь отдать все это на благотворительность.

Он все еще улыбался.

— Эти старые вещи? Конечно, нет. Распоряжайся ими как знаешь.

И мы расстались. Я смотрела, как он садится в машину и уезжает, удивляясь тому, что он был малышом, когда жил в Лэнгли-Холле, и поймала себя на странной радости оттого, что мой отец умер. Вряд ли он был бы счастлив увидеть, каким стал его сын.

К концу следующего дня я была готова к отъезду. Мисс Ханивелл согласилась подержать стол и сундуки на чердаке. Я обещала приехать за ними, как только у меня появится для них место. И она любезно предложила прислать своих служанок, чтобы те пришли и привели в порядок сторожку для нового арендатора. Она даже тепло пожала мне руку.

— Я желаю тебе всего самого лучшего, Джоанна, и уверена, что ты станешь великолепным адвокатом и воздашь должное своему роду.

Я стояла у входной двери, в последний раз вглядываясь в место, что много лет было моим домом, когда подъехала машина, и из нее вышел Найджел Бартон.

— Вы поймали меня как раз вовремя, — произнесла я. — Я собралась уезжать.

Он посмотрел на два моих чемодана.

— Тогда позвольте мне подвезти вас до станции. Или вы вызвали такси?

— Нет, я собиралась пройтись, так что спасибо, — ответила я с благодарностью.

Когда мы отъехали, я оглянулась на Лэнгли-Холл.

— Ваш брат приходил ко мне, — сказал Найджел. — Это было несколько неожиданно.

— Для меня тоже, — согласилась я. — Думаю, он был ужасно разочарован в своем наследстве.

— Да, он мне прямо допрос с пристрастием учинил. Наверное, полагал, что вы что-то скрыли от него или не знали содержание завещания. Когда я заверил его, что нет ничего, кроме титула, он ушел. Не самый приятный из людей.

— Папа был бы в ужасе.

Мы остановились возле вокзала.

— Я буду на связи, — сказал он. — Думаю, что деньги начнут выдавать на следующей неделе, плюс-минус несколько дней. И ваши вещи должны быть скоро выставлены на аукцион.

— Спасибо. И благодарю вас за доброту.

— Не за что. Мне доставляло удовольствие общаться с вами. — Он сделал паузу. — Джоанна… Я ведь могу называть вас Джоанна, да? Я иногда приезжаю в город. Скажите, пожалуйста, могу я вас куда-нибудь пригласить? В театр или куда-нибудь еще?

Скарлет что-то говорила о падении с лошади и о том, что если такое происходит, лучше всего начать снова, преодолевая страх. Но мое падение было слишком больным и сокрушительным. Я не была уверена, что хочу кататься снова. «Это всего лишь театр, — успокаивал мой внутренний голос. — Ничего большего».

— Спасибо, — сказала я. — Мне было бы приятно.

Его лицо вспыхнуло. Но на спектакль мы так и не сходили, потому что через месяц я уехала в Италию.

Глава 10

ХЬЮГО

Декабрь 1944 года

После ухода Софии Хьюго еще долго прижимал бинт к ране, пока не почувствовал, что морфий начинает действовать. В помятой жестяной кружке оставалась пара глотков воды, и он выпил ее, испытывая благодарность, а потом вспомнил о каштанах, которые ему оставила София. Он содрал колючую кожуру и съел плоды. Конечно, до жареных каштанов, что он ел дома, им было далеко, но все-таки они были съедобными.

Начал накрапывать дождь, и Хьюго понял, что ему нужно придумать какое-то укрытие, прежде чем польет сильнее. Он использовал последний бинт, чтобы сделать повязку, и натянул штаны, несмотря на предостережение Софии. Не хватало еще, чтобы немцы застали его тут врасплох со спущенными штанами!

Хьюго встал, потянувшись к своему импровизированному костылю. Морфий подействовал, и он чувствовал только слабые отголоски боли, когда осторожно двинулся вперед. Первое, что он сделал, отойдя подальше, — облегчился. И после этого почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы закурить, выудив пачку сигарет и зажигалку из кармана куртки. Усевшись на сломанную скамью, Хьюго неспешно затягивался, выдыхая дым с чувством удовлетворения. У него была почти полная пачка. Если экономить, то можно растянуть курево на несколько дней. Он выкурил сигарету до основания, а потом затоптал окурок. Теперь он был готов взяться за дело.

Хьюго постоял посреди часовни, оценивая ситуацию. Материала для стройки хватало с избытком. Вся крыша рухнула, но в дальнем углу был какой-то боковой придел, образующий отдельный укромный уголок с алтарем, все еще целым. Хьюго ковылял по часовне, стаскивая куски разбитых досок в угол. Он положил на пол нечто похожее на дверь шкафа, затем прислонил несколько досок наискось к одной стороне алтаря, чтобы создать укрытие, похожее на вигвам.

Затем Хьюго достал свой парашют. Он колебался, не в силах решить, накрыть ли водонепроницаемым куполом все свое сооружение, или накрыться самому уже внутри. Он выбрал последнее — под досками у него было больше шансов остаться незамеченным — и разложил парашют на полу. Согнувшись, Хьюго заполз под доски, лег и завернулся в купол.

Лежать было мучительно жестко, но тонкий парашютный шелк хотя бы удерживал тепло. Эх, и почему он не нашел минутки, чтобы натянуть толстый летный комбинезон? Его полагалось носить поверх основной формы, но пилоты находили комбинезоны неудобными и сковывающими движения. Да и на этих заданиях они не летали так высоко и долго, чтобы успеть замерзнуть.

Хьюго достал свой табельный револьвер и зарядил его, вынул нож и убедился, что может легко дотянуться до оружия в любой момент. Затем он сунул парашютную сумку и аптечку под