Мечты о нас - Кази Иви

Последнее предложение я не хотела говорить вслух. Как-то само вырвалось. Видимо, где-то глубоко в душе я уже смирилась.

– Всего хорошего. Или не очень. Без разницы.

Я отворачиваюсь и ухожу по ступеням вниз. Сегодня не мой день. К меланхолии после разговора с Авой примешивается гнев. Надо написать Бо, что жду его в другом месте, и я достаю телефон. Высветившееся сообщение настроения не прибавляет.

МИСТЕР АЛАБАМА: Я могу сегодня тебя подвезти?

Отправлено три часа назад, то есть до начала тренировки. Что могло произойти за эти три часа, что он подослал своего сторожевого пса избавиться от меня? Сразу хочу ему ответить, чтобы ехал домой один и оставил меня в покое.

Но не пишу. Значит, я помеха, не так ли? Назойливая фанатка, которая отвлекает его от важных дел? Какая-то дешевка, которую не одобрили родители и поэтому подослали кого-нибудь из служащего персонала, чтобы избавиться от нее?

Абсурд какой-то.

Так что я делаю то, что обычно делают с настойчивыми ухажерами, – отправляю в игнор.

И слава богу, что с завтрашнего дня у Бо будет своя машина, так что мне не придется ждать папу на стадионе. И позволит избегать встреч с Дрю.

Я лежу на диване в гостиной, закутавшись в пушистый банный халат. Бо рядом гоняет на плейстейшн зомби против магов. Какая-то сверхмодная игрушка, в которую можно играть и командой, но мне что-то не хочется.

За ужином папа почти три тысячи раз спросил, извинилась ли я перед Дрю, и я почти столько же раз вежливо кивнула.

– Хорошо. Я извинился от твоего имени перед командой и тренерами, – коротко объявляет он, не глядя на меня.

Вроде проблема с Дрю для нас решена, но меня мучает вопрос – не связаны ли извинения отца с речью Джейка? В моей следующей жизни ни за что не пойду учиться в колледж, где работает папа. Абсолютно точно.

Я раздумываю, не написать ли Пенни, чтобы поговорить, но почему-то воздерживаюсь. Наверное, это ее условие в кафетерии. Если я расскажу ей о нотациях Джейка, то из-за неправильно истолкованной солидарности она будет еще больше издеваться над Дрю. Или разболтает все Кайлу, что не облегчит для новичка жизнь в команде. Нет, я так не могу. Если я захочу разобраться с Дрю, то поговорю с ним лично. Хотя нет, это противоречит моему решению его игнорировать.

– Джулс, что с тобой? – Бо опять врывается в мои размышления, не прекращая играть.

– Ничего, – бормочу я и переворачиваюсь на спину.

Не буду с ним обсуждать. Ничего не буду обсуждать. Ни эти дурацкие комментарии о видео, которых я уже достаточно сегодня наслушалась. Ни Дрю, который сначала сказал, что его возбудило мое выступление, а через минуту поспешно оставил одну. Ни даже требование Джейка держаться подальше от его подопечного. Все это не имеет значения. Поэтому я лежу на диване, пялюсь в потолок и напоминаю себе по кругу, что самое важное для меня – это чирлидинг и учеба. Это мое будущее. Остальное – пустяки. На большинство людей нельзя положиться – иногда они уезжают, иногда просто умирают и оставляют после себя дыру, которую ничем не заполнить. Как мама.

– Что с тобой? – повторяет Бо и смотрит беспокойно. В этот раз он поставил игру на паузу.

– Я скучаю по маме.

Единственное, что могу выдавить из себя. Это правда, пусть и частичная. Я скучаю по ней с того момента, как Ава упомянула ее на тренировке. Мне так хочется спросить у нее совета. Она покинула нас так давно, что я не могу себе представить, чтобы она мне сказала.

Эй, мам. Ты же знаешь мое желание победить на первенстве и попасть в команду чирлидинга НФЛ. Быть одной из лучших в мире. Заниматься благотворительностью и быть примером для подражания. Что, если на этой дороге мне встретится молодой человек и его стремления не совпадут с моими? И этому молодому человеку достаточно мне улыбнуться, чтобы я поставила под сомнение собственную цель? Как это может быть? И что мне делать?

– У тебя эти дни? – Бо вернулся к плейстейшн.

С мгновение я не понимаю вопроса, но потом отрицательно качаю головой. Вот зачем нужна мама. Дело не в цикле, дело в понимании.

Тишину, нарушаемую хрипом умирающих магов, взрывает боевой клич «Синие, вперед!», и Бо укладывает еще одного.

Бросаю короткий взгляд на экран. Новое сообщение от Мистера Алабама. Только сегодня утром при пробуждении я желала, чтобы он мне написал. Теперь он должен прекратить и оставить меня в покое.

Я встаю с дивана, оставляю мобильник на столе и ухожу в свою комнату. Я не читаю, я просто лежу, закрыв лицо руками. Мне стоит больших усилий подавить желание взять с полки старый фотоальбом и рассматривать фотографии с мамой. Иногда я листаю его, чтобы просто вспомнить, как она поправляла волосы, и я представляю себе, как они пахнут. Это и еще тысяча других вещей заполняют голову, пока я поглаживаю выцветшие фото и перелистываю папиросную бумагу между страницами. Но если я сейчас поддамся чувству, будет еще хуже. Мне ее и так не хватает, но сегодня особенно. И я ненавижу жалеть себя. И неважно, из-за мамы или парней – никому жалость к себе не помогала.

Завтра будет новый день. Новое начало. Новый шанс.

Посреди ночи я просыпаюсь от того, что Бо как бы случайно роняет мобильник мне на голову. Ой, больно! Я открываю рот, чтобы высказаться, но Бо меня опережает:

– Одно сообщение от Пенни и четырнадцать от Мистера Алабама, – суммирует он. – Весьма умиляет, что ты еще не переименовала его. Что сидит на дереве и машет?

– Без понятия, – бормочу я, ощупывая в полумраке кровать в поисках телефона. Что за дурацкий вопрос?

– Я тоже, но Дрю, вероятно, знает.

Дверь за Бо закрывается, и комната погружается в темноту.

Я открываю мобильник и убеждаюсь, что Бо на самом деле прочитал все сообщения. Хорошо, что между нами нет секретов. Не знаю почему, но Дрю весь вечер задавал странные вопросы. (Что это – желтое и стреляет? Что любят на обед пираты? И тому подобное.)

От Пенни было только одно: Вечеринка с командой в субботу? Надо хорошо повеселиться до того, как начнется тренировочный марафон.

Широко зевая, я оставляю телефон на прикроватной тумбочке.

Кому-нибудь захочется натереть кожу наждачной бумагой, а потом ополоснуть ее лимонным соком? Вечеринка звучит так же заманчиво. Но я соглашусь. Она права – следующие недели будут очень напряженными, и мне нужно срочно освободить голову. Один вечер с девочками поможет этому.

Я неохотно беру телефон, когда приходит следующее сообщение.

МИСТЕР АЛАБАМА: Эй, Пыльная кошечка, тебя смущает то, что нас вместе видят? Или я могу подвезти тебя завтра до дома?

Мне невдомек, почему он продолжает писать, хотя Джейк твердо дал понять, что у Дрю нет времени на меня. Знает ли Дрю вообще об этом разговоре?

Даже если и не знает, то что это изменит? В принципе, Джейк прав: и я, и Дрю должны сконцентрироваться на важных вещах, а не отвлекаться друг на друга. В конце концов, судя по тому, что сказали Пенни и Матео, Дрю предстоит многое сделать, чтобы занять достойное место в команде. И я провела целый год в ревностном ожидании первенства. Слишком долго, чтобы сейчас отвлекаться от тренировок.

ДЖУЛИ: Эй, Мистер Алабама. Меня не смущает, и ты тут ни при чем. Но завтра я еду с Бо.

Я колеблюсь – стоит мне отправлять сообщение? Может, лучше вообще не отвечать? Зачем снимать корку с заживающей ранки…

Я стираю сообщение, букву за буквой. Скоро оно вообще исчезнет, как будто и не бывало. Но только… Я вижу, что Дрю в сети. Он заметил, что я набирала ответ? Я смотрю на зеленый кружок рядом с его именем и представляю, что он тоже смотрит… Он лежит у себя в постели и ждет моего ответа.

Через несколько секунд метка меняется.