Тайна розового бриллианта - Ивонн Линдсей

— Конечно, нет. Просто в следующий раз ставь меня в известность заранее.

Мэтт отступил назад. Рейчел проскользнула мимо него, и тело ее оказалось в опасной близости. Он молча сжал зубы. Да, его жуткое настроение по большей части было связано с няней его сына, а не с чем-нибудь еще. Легкое касание ее теплого бедра оставило на нем горящую рану. И он хотел, чтобы это рана горела по всему его телу.

Помрачение ума — так назвала она их последнее физическое сближение. Но он не считал то чувство, которое испытывал, помрачением ума. Это была страсть, потребность, жажда, тесно переплетенные вместе и сконцентрированные у него глубоко внутри.

И было так легко поддаться им. Схватить Рейчел в объятия, ощутить ее сладкий запах, насладиться теплом ее гибкого тела. Ему хотелось пойти на кухню, где, как он слышал, она готовила ужин, взять ее за руку и отвести в свою комнату. А там он будет снимать с нее одежду — один предмет за другим, — пока не обнажится ее нежная белая кожа. А затем он исследует каждый дюйм ее тела — не спеша и детально, как привык делать все.

Руки его задрожали. Нет, эта фантазия, которая преследовала его ночью и днем, не могла стать реальностью. Мэтт собрал свои смятенные мысли вместе и запер их в дальний холодный уголок его разума.

На кухне Рейчел наскоро готовила ужин для них двоих. Миссис Кинкейд всегда имела в запасе замороженные полуфабрикаты, и Рейчел следовала примеру матери — она достала из морозильника домашнюю лазанью и поставила разогревать в печь.

Рука Рейчел все еще ощущала жесткие пальцы Мэтта, когда он схватил ее при входе. Ей не было больно, но он показал ей свою силу и превосходство, и, будь на его месте другой мужчина, Рейчел бы крайне возмутилась.

Сегодня вечером с Мэттом было что-то не так. Она не могла понять. Может быть, ему удалось продвинуться в своем намерении доказать родственную связь между Марисой и Говардом? Возможно, он разговаривал с Кимберли Перрини? И это причина того, что он так… взвинчен? Страшно хотелось расспросить об этом, но Рейчел знала, что не должна выходить за рамки отношений работник-работодатель, которые он решительно желал сохранять.

Она взяла сумочку с кухонного стола, куда ее поставила, захватила куртку и понесла вещи в свою комнату.

Оказавшись наверху, Рейчел услышала странный шум, доносившийся из обычно пустующей спальни. Она быстро положила вещи и отправилась посмотреть, что все это значит. К своему удивлению, она обнаружила там Мэтта. Он вынимал вещи из платяного шкафа и, внимательно рассматривая каждую, складывал на кровать.

— Мэтт? Что ты делаешь? Тебе помочь?

— Я ищу волос, волос Марисы. Мне надо отправить его в Австралию.

— Значит, ты разговаривал с Ким. — Да.

— И вы договорились? — не выдержала она.

— Да, мы договорились сделать генетический тест.

Рейчел закусила губу и смотрела, как Мэтт выкладывает вещи. Он явно что-то недоговаривал.

— Должно быть, ты очень обрадовался.

— Не совсем, — Мэтт присел на краешек кровати. — Они выдвинули мне условие.

— Условие?

— Да, и, можно сказать, я не удивился. Они хотят, чтобы я отказался от покупки контрольного пакета акций. И до тех пор, пока я этого не сделаю, они не представят мне официальные результаты теста.

— А ты? — Рейчел подошла к шкафу и стала складывать обратно вещи Марисы, которые вытащил Мэтт.

— Еще не решил. Сначала я должен найти что-то от нее, что сгодилось бы для теста. Без этого не может быть дальнейшего разговора.

— А какого рода вещи ты ищешь?

— Что-нибудь, на чем остался след ее ДНК. Ким сказала — зубную щетку или гребень для волос, но все эти вещи давно утрачены. Сгодилась бы салфетка, которой она стирала губную помаду, а также волос, оставленный на одежде. Но ничего этого здесь нет.

Рейчел стала осматривать вещи — у нее сложилось впечатление, что это вещи постороннего человека. Того, кто прошел здесь и не оставил никаких следов.

Неожиданно в голову ей пришла мысль.

— А как насчет ее автомобиля? Может быть, в бардачке осталась щетка для волос или губная номада?

— Хорошая мысль. Сейчас проверю. Оставь это. — Он жестом показал на разложенные вещи.

— Мне пойти с тобой? — спросила Рейчел.

Секунду он колебался, одной рукой поглаживая золотистое шелковое платье, в котором, как вспомнила Рейчел, Мариса была сфотографирована сразу после свадьбы. Его пальцы крепко сжали тонкую ткань, затем он решительно отбросил платье в сторону, будто оно обожгло ему руку.

— Да. Все это надо унести отсюда. Неважно, куда. Просто унести, и все.

Он вышел из комнаты широкими шагами, и она еще раз оглядела комнату. Когда ее мать сказала ей о женитьбе Мэтта, Рейчел постаралась убедить себя, что очень рада за него.

Но в глубине души она тайно надеялась на то, что однажды завоюет его сердце. Ей казалось, что она любила его всю жизнь. Сначала, ребенком, Рейчел обожала его как старшего товарища, но затем, когда повзрослела, в ней вспыхнула другая страсть. Пятилетняя разница в возрасте уже не казалась огромным расстоянием.

И тогда Мэтт вызвался сопровождать ее на выпускном вечере. Она ясно помнила, как он тогда выглядел. Его светлые волосы были зачесаны назад, и от этого он казался более строгим и взрослым. Когда он зашел за ней, чтобы отправиться вместе на бал, у нее перехватило дыхание. Когда-нибудь, подумала она, он наконец поймет, что она любит его, а он любит ее.

Губы Рейчел искривились, ею овладели воспоминания. Когда он обнял ее и они занялись любовью в тесном салоне автомобиля, она преодолела короткую боль и отдалась наслаждению, которым он окутал ее. Но когда волна страсти, охватившей их, отхлынула назад, словно отлив на пляже, Мэтт мгновенно превратился в чужого человека. Он стал собирать одежду — свою и ее — и снял ее руки с шеи, когда она хотела его обнять.

Выражение его лица говорило обо всем. Он извинялся за то, что ею овладел, и давал понять, что этого больше никогда не повторится.

Рейчел вздохнула, выключив свет в спальне, и плотно закрыла за собой дверь. Она разберется с вещами Марисы завтра днем, когда Блейк будет в детском саду.

Мэтт ждал ее в холле, с пластиковым пакетом в руке.

— Ты была права. В машине у нее оказалась расческа. Я отправлю ее в Сидней. Спасибо за совет.

Рейчел улыбнулась и кивнула.

— Не стоит благодарности. Ужин уже готов. Где ты хочешь сегодня поесть?

— Так как Блейка нет дома, я воспользуюсь затишьем и поработаю в библиотеке. Ты можешь принести мне туда еду?

Рейчел кивнула. Значит, он снова отстраняется от нее. Неожиданно ей захотелось уехать. Есть несколько вещей, которые женщины не должны прощать, и равнодушие — одна из них.