Капризы женской любви - Людмила Леонидова

Но его тело манило. Мне стало не по себе.

«Форма ему явно шла больше. — Я старалась убедить себя, что не хочу стоящего тут рядом с собой почти раздетого мужчину. — Форма все же создавала какой-то невидимый барьер!»

Мои глаза невольно скользнули вниз, но дальше изучать было не очень-то ловко.

Воспользовавшись минутной заминкой, обнаглевший кран принялся разбрызгивать воду еще сильнее, значительно увеличивая радиус полива.

Влад нажал какую-то кнопку и, утихомирив разбушевавшуюся воду, с облегчением произнес:

— Ну вот, а то я прямо с работы, сегодня такая жара, дома только форму успел скинуть, даже в ресторане чувствовал себя плохо.

Оправдание прозвучало просто и убедительно. Торчал там у своих контейнеров, растаможивал грузы. Пыльно, не успел себя привести в порядок, хотел чистеньким меня поцеловать.

— Однако. — Влад сочувственно улыбнулся и, оглядев меня, мокрую с ног до головы, заметил: — Теперь я вижу, что тебе тоже не мешало бы привести себя в порядок. Ванная там.

Я хотела отказаться, объяснить, что я принимала душ перед рестораном, но, бросив взгляд на свою грудь, поняла, что не права.

Несмывающаяся тушь растекалась по моей блузке, не говоря о других красках, сползших с моего лица. И я направилась в ванную.

— Там есть халатик, — крикнул он мне вдогонку.

В халатик могла поместиться только половина моего тела, вторая оставалась бы неприкрытой, причем он был мне не по росту.

«Чей бы это мог быть?» — ревниво подумала я. Но роскошь ванной комнаты отвлекла. Она поразила мое воображение больше, чем кухня. Мне приходилось видеть такие джакузи, умывальники на выставках «Твой дом». Я мечтала о них в своей будущей жизни. Когда буду зарабатывать, как отец или этот музыкант, друг Влада. В сказочной квартире не хватает только золотой рыбки. Но отражение в зеркалах портило настроение: на меня смотрела поблекшая русалка в мокрых, обвисших тряпицах.

— Тебе помочь? — услышала я голос Влада.

Срочно нужно привести себя в порядок.

Я замыла пятна на блузке, отчего та промокла полностью. На халатик дюймовочки я посмотрела с сожалением.

Выскочила в гостиную. Восхищенный взгляд Влада приободрил меня.

Он успел сварить кофе и налил в огромные бокалы коньяк.

Я залпом выпила кофе, а коньяк стала медленно смаковать, стараясь не смотреть на Влада, стоявшего со мной рядом. Его близость была волнительно-сладкой. Он потянулся ко мне. «Это судьба», — решила я и, закрыв глаза, приготовилась к страстному поцелую. Он начал расстегивать мою мокрую блузку. Пуговицы не поддавались. Его дыхание стало прерывистым. В это время кто-то повернул ключ в замке двери, послышались быстрые шаги из прихожей в комнату. Открывать глаза совсем не хотелось. Ведь это была моя первая близость с мужчиной после долгого перерыва. Влад мне очень нравился.

— Извините, я, кажется, не вовремя, — послышался до ужаса знакомый голос.

Если бы я увидела отца, маму или даже бабушку Василису, то удивилась бы меньше. Я дернулась.

— Надя, это ты-ы? — Вопрос повис в воздухе, а Влад, сделав неловкое движение рукой, вылил остатки коньяка из моего бокала на все то, что можно было назвать моей одеждой.

— У вас чё, тут конкурс мокрых маек проходит? — Я открыла глаза и увидела, как через хлюпающий лифчик остатки спиртного стекали по ногам, и еще я увидела Таньку, свою сводную сестру.

Глава одиннадцатая

— Что ты делала в квартире моего учителя по музыке? — словно старшей была она, а не я, строго спросила Танька на следующий день по телефону. И пока я не успела сообразить, что ей ответить, тут же затараторила: — Не говори, не говори, я догадаюсь сама. Если я догадаюсь, то придумаю тебе наказание. Договорились? Чур, с трех раз! Вы там занимались сексом? Так?

— Как тебе не стыдно!

— Это мне стыдно? Сначала ты приставала к нашему водиле. Я подумала — обкурились, чтобы так, на глазах у всех! Знаешь, даже самые отважные секси в нашем классе и те от посторонних глаз прячутся. А ты? Потом выяснилось, перепутала его с кем-то! Теперь к моему учителю музыки кого-то в дом притащила. Это как? А?

— А ты что там делала? — Я решила, что пора мне взять инициативу в свои руки. — Ключами дверь кто открывал? Вот отец узнает, тогда…

— Ты не о том подумала!

— И думать нечего.

— Ты, моя любвеобильная сестричка, всех по себе меряешь?

— Не о том? А халат твой что в ванной делал?

— Отдыхал. Так вот, чтобы я не сообщила о твоих похождениях папочке, ты меня с ним познакомишь?

— Ему знаешь сколько лет? — возмутилась я нахальству малолетки.

— Какая разница! Я на него запала — настоящий плейбой! И волосы на груди!

— Он даже старше меня!

— Прикольно!

— У вас не будет общих интересов! Чем ты будешь с ним заниматься?

— Это тебя в твоем педвузе об общих интересах учат?

— Нет, это я сама догадалась.

— Тебе не дано догадаться, чем я буду с ним заниматься.

— Это чем же?

— Ну уж не обливать друг друга коньяком, стоя в мокрых майках. Ты фильм про Лолиту смотрела?

— Таня, я брошу трубку!

— Не бросишь. Тебе ведь хочется узнать, почему мой халатик грустил в такой шикарной ванной? Что ты молчишь? Моя взяла?

— Взяла!

— То-то же! Слушай, моя испорченная сестра. Учитель музыки, которого мне, кстати, папочка нашел, так вот, он уехал на гастроли за границу, а мне оставил ключи, чтобы я его любимую пальму поливала, а также… — после длительной паузы продолжила Танька, специально чтобы я понервничала, — могла воспользоваться его роялем. Потому что мачеха вместо музыкального инструмента в дом дрова притащила. Это папа так сказал. Она в этом ни бум-бум! Ей интерьер главное.

— Убедительно. Только при чем тут халат?

— А халатик? Я прихожу, переодеваюсь, поливаю пальму…

— Ты же пальму поливаешь, а не себя? Или ты ее из шланга?

— Тебе для того, чтобы целоваться, тоже нет необходимости быть мокрой…

— Я случайно.

— А я предусмотрительная девушка. Он хотел, чтобы я каждый листочек мокрой тряпкой. Ты видела, какой она высоты? Я ее, ты точно заметила, шлангом из кухни. Подтяну пальму, тряпку подложу и поливаю. Кран этот у него, идиотский, выскакивает. Я пару раз облилась, а потом халат принесла. Как полью, сажусь за рояль и репетирую. Все ясно? Теперь колись ты.

— Меня пригласил знакомый.

— Этот красавчик — твой знакомый?

— Да.

— К другу?

— Нет, вроде сказал к себе. — Я решила соврать.

— И ты пошла? — В голосе сестрички сквозило ехидство.

— А что? Кофе попить и вообще… — Я чувствовала, что оправдываюсь перед своей малолетней сестрой.