Смелые наездники - Джоуи Лайт

Виктория думала увидеть Ника распластанным на диване, он же сидел на стуле и объяснялся с Салли, которая осталась вместе с Уэсом, чтобы узнать, что случилось.

— Было душно. Я просто потерял равновесие. Все стали кричать на меня. Не люблю, когда на меня кричат. Привет, Виктория.

Виктория протиснулась сквозь толпу и села рядом.

— С тобой все в порядке, Ник? Ты так схватился за голову, как будто у тебя приступ мигрени. — Она пощупала его лоб. Нет, жара не было.

— Он ничего не помнит, — сказал Купер, закурил и повернулся к Нику: — Тебе надо обратиться к врачу.

— Со мной все в порядке. Благодаря старине Уэсу. Спасибо, что привел меня сюда. Я и Уэс, мы добрые друзья. У нас есть свои секреты, как бывает у друзей. — Ник засмеялся.

Купер поднялся.

— Я провожу тебя до трейлера.

Ник опять засмеялся.

— Не беспокойся. Я сам дойду.

— Пойдем, Ник. Надо дать людям отдохнуть.

Ник перевел взгляд с Салли, которая тихонько сидела рядом и с беспокойством глядела на него, на Викторию, тревожно ждавшую, что будет дальше.

— Ты не собираешься сказать Вик, по какой-такой причине ты здесь? — вкрадчиво спросил он у Купера.

В ответ Уэс помог ему встать и повел к двери.

Ник обернулся к женщинам и хитро подмигнул им.

— Нет, я имею в виду настоящую причину, почему ты здесь.

Уэс вывел его на улицу.

Салли поднялась с дивана.

— Ну, не знаю, как ты, а я ужасно устала. О беспорядке не беспокойся. Мужчины пошли прибрать там.

Виктория нерешительно проговорила:

— Это ненормально, что Ник вот так взял и потерял равновесие. Я думаю, ему надо к врачу.

— Не беспокойся, дорогая, это и раньше случалось. Ник изменился после смерти его Энни. Иногда с ним теперь так бывает. Без причин, без объяснений, и он никогда не помнит о случившемся. Но это не часто, вообще же он милый. Я думаю, это потому, что он один. Ты хорошо к нему относишься. Ты ему нравишься. С ним все будет в порядке. Спокойной ночи, дорогуша.

Оставшись одна в скудно освещенной гостиной, Виктория раздумывала над происшествием. Нет, поведение Ника ненормально. И что он имел в виду, когда сказал, что у них с Уэсом свои секреты? И какая это настоящая причина? Вообще, что все это значит?

Когда Уэс вернулся в гостиницу, он нашел Викторию дремлющей в кресле. Подхватив ее на руки, как не раз делал с Кэти, он пошел наверх.

Виктория проснулась и обвила его шею руками.

— Как Ник? — пробормотала она.

— Все в порядке. Не волнуйся. А что касается горожан, то к следующим танцам они забудут об этом.

Уэс ногой открыл дверь в комнату Виктории. В воздухе чувствовался ее запах. Цветочный. Пьянящий. Он уложил ее на кровать, но, когда попытался выпрямиться, она удержала его за шею. Улыбаясь, Уэс опустился на колени рядом с кроватью.

— Спокойной ночи, — сказал он, целуя ее.

Виктория поцеловала его крепче, сильнее прижалась к нему и шепнула:

— Не уходи.

И мгновенно в нем проснулись сила, энергия, желание. Всего два слова, сказанные шепотом, изменили все. Уэс думал, что будет лучше оставить ее в покое после всего происшедшего, но ошибся. Виктория протянула руки, и он прижал ее к себе. Сплетясь в объятиях, они ласкали друг друга, даря и принимая ласки. Уэс покрывал ее шею жаркими поцелуями, стараясь не спешить, заставляя себя быть терпеливым и нежным. Страсть, бушевавшая в нем, требовала контроля. Вместо того чтобы прислушиваться к себе, он все свое внимание обратил на Викторию, бережно уложил ее на кровать, глядя на ее тело и сознавая, что сегодня она будет полностью принадлежать ему, только ему. Он наклонился вперед, навстречу ее ждущим рукам.

Покоясь в объятиях Уэса, Виктория наконец поняла, что неверно судила о нем. Они принадлежат друг другу. Странный союз. Соединение двух сердец, встретившихся друг с другом по воле судьбы. Неважно, что ждет их дальше, сегодня… этой ночью они будут вместе. Виктория Клей, которая всегда была осмотрительна и недоверчива, всегда следовала правилам, отбросила всю свою осторожность и стала просто женщиной, жаждущей объятий этого мужчины.

Ее все больше охватывала приятная истома. Как ласковы его руки, его губы! Ее имя у него на устах. Виктория хотела, чтобы его ласки не прекращались. Вдруг ее охватило нетерпение, и она потянулась к молнии на его джинсах.

Уэс буквально растворился в ощущениях, вызываемых ею, его разум грозил выйти из-под контроля. Ни одна женщина не проникала так глубоко ему в сердце, в душу. Ни одна женщина не значила для него так много. Ее счастье, ее печали, ее радости, ее мечты стали принадлежать и ему. Она вошла в него и сделалась частью его, его кровью, легкими, сердцем… Пальцы Уэса пробрались к застежке ее платья. Его губы нашли нежную, сладкую грудь. Медленно, очень медленно он покрыл ее поцелуями, от прикосновения соски напряглись, а его язык пустился дальше — исследовать, пробовать, узнавать.

Виктория, запустив пальцы в волосы Уэса, крепко прижала его к себе. Так, значит, вот какая бывает любовь. Вот что значит быть любимой. Постепенно он раздевал ее. Наконец плоть прижалась к плоти, ноги переплелись.

Она поцеловала руку Уэса, пощекотала ладонь языком. Его губы скользнули по ее шее, потом ниже, по груди, и еще ниже.

Ее руки и губы тоже исследовали его тело — плечи, грудь, бедра. Виктории доставляло огромное удовольствие ощущать, как его тело отзывалось на ласки. Этот сильный, красивый ковбой был хрупкой игрушкой в ее руках, тотчас же реагирующей на легчайшее прикосновение. Мускулы начинали сокращаться, по ним пробегала дрожь, дыхание учащалось.

Уэс обещал себе, что не будет спешить. Она заслуживала большего, но его тело молило о завершении. Он хотел дать ей наслаждение. Он хотел знать, что каждое его движение приятно ей, но чувствовал, что теряет контроль над собой.

Уэс накрыл Викторию своим телом, и ее пронзила дрожь. Дрожь от ожидания стать с ним единым целым, ожидания момента, когда он войдет в нее. Жар страсти толкал ее ему навстречу. Подняв бедра, она как бы звала его, требуя соединения.

В игре света и тени Уэс мог видеть желание в ее глазах. Любовь. Он хотел, чтобы она верила ему.

Виктория лежала под ним подобно расплавленной лаве, пышущей страстью. Он чувствовал, что скользит на самом краю. На краю жаркого льда. Разум не подчинялся ему. Его сердце сжалось, когда он увидел, как доверчиво Виктория раскрылась перед ним. Закинув ее руки ей за голову, Уэс шепнул:

— Я люблю тебя.

Его слова ворвались в сознание Виктории и рассыпались цветным фейерверком. Почти не в состоянии дышать, она улыбнулась и прошептала в ответ;

— И я люблю тебя.