Охота на волков (СИ) - Кас Маркус

Спрыгиваю на землю и подхожу, вызвав нервный тик у Мирона и радостные улыбки друзей. Илена с визгом бросается на шею, остальные хлопают по спине, пока я пытаюсь отцепить от себя чертовку.

Распорядитель смотрит на наши лобызания и машет рукой, всовывая в мои руки бумаги:

— Белаторский, вы уже знаете где тут что, покажите. Размещение, оформление бумаг, выдача белья и одежды, стандартно, — он тараторит, уже высматривая следующий катер. — Потом в библиотеку, за учебниками. После обеда приветственная речь совета и распределение. Давайте, давайте, не задерживайтесь.

Хватаю Каритского, уже раскрывшего рот для гневной речи и увлекаю за собой.

— Не обращай внимания, работа у него нервная, — успокаиваю я рыжего и отвлекаю. — А ты знал, что жилые корпуса смешанные?

Уловка срабатывает, Саша тут же забывает про неуважительный тон Мирона и начинает расспрашивать о девушках. Я лишь смеюсь, но внутренне уже содрогаюсь. Рыжий в замкнутом пространстве с женским полом — быть беде.

Меня беспокоит Володя. Хоть выглядит прорицатель совершенно здоровым и бодрым, мне кажется, что в его взгляде осталось немного того безумия. Но интересоваться при всех его лечением неприлично, так что откладываю разговор до того момента, когда мы сможем поговорить наедине.

— А я буду жить отдельно! — радостно заявляет рыжая бестия.

— В смысле? — я пытаюсь разобраться с конвертами, выданными мне распорядителем.

— Вместе с ее императорским высочеством конечно же, — объясняет она. — Я же в ее свите.

Спотыкаюсь и чуть не улетаю носом в землю, если бы не поймавший меня Богдан. Конверты рассыпаются по дорожке и я собираю их, скрывая свое удивление. Ну конечно же неугомонная наследница тоже тут. Если она умудрилась выбить себе поездку в пустыню, то обучение в академии тем более.

— И мой братишка мог быть в свите ее высочества, а он, дурак, отказался, — продолжает рыжая, помогая мне.

— Спасибо, мне своей свиты хватит, — высокомерно отвечает он и получает мощный подзатыльник от Покровского. — Ай! Нашей, хорошо, нашей.

Я, воспользовавшись остановкой, вскрываю конверты с ключами и записками с номерами корпусов и комнат. И молю богов о том, чтобы больше не спасать принцессу. Благо тут есть кому и без меня, а мне хватит императорской благодарности.

— Так, Илена, императорский корпус, — начинаю я изучать записки. — Это дальше, за жилыми.

А я то подумал, изучая план, что это тоже какой-то особый учебный корпус. Теперь понятно, что относительно небольшое строение предназначено для размещения членов императорской семьи и их приближенных. Ладно, рыжая будет под охраной, уже хорошо.

— Тааак, а вам, друзья, добро пожаловать во второй корпус! — ржу я.

По удивительному стечению обстоятельств, которое я уже не считаю случайным, всю нашу команду размещают вместе. Кого за это благодарить, я не знаю, но мне плевать. Радуюсь я тому, что мы будем рядом. И немного от мысли промолчать о живом будильнике второго корпуса.

Володя вдруг начинает хмуриться, заставив меня напрячься. Но задать ему вопрос я не успеваю, потому что слышу надрывный вопль:

— Белаторский! Белаторский!

Со стороны причала несется парень. Поднимаю руку вверх и машу ему, чтобы он перестал так орать. Он ускоряется и подбегает к нам, окончательно сбив дыхание.

— Белаторский, вас срочно вызывают на причал, — он сгибается, упирая руки в бедра и тяжело дышит.

— В чем дело? — от нехорошего предчувствия по рукам пробегают мурашки.

— Не знаю, срочное дело, велено передать, чтобы вы явились как можно скорее. Я провожу их, — он указывает на застывших в недоумении друзей. — Поторопитесь.

Тревога нарастает, поэтому я, бросив «до скорого», и сам пускаюсь в бег. Мчусь, лавируя между прибывающими и их сопровождающими, умудряясь никого не сбить с ног. И еле успеваю притормозить перед Мироном, нетерпеливо расхаживающим у пришвартованного катера.

Узнаю в капитане одного из наших людей. Распорядитель, увидев меня, торопит жестами.

— Белаторский, за вами прибыли. Поступило распоряжение о том, что вы срочно отправляетесь домой, — он размахивает перед моим лицом бумагой, на которой я замечаю герб академии.

— Что происходит? — пытаюсь я спросить спокойно, но получается так себе. — Эй, стойте!

Мирон разворачивается и уходит, но мою попытку догнать останавливает тихий голос капитана:

— Ваши родители, господин…

Глава 10

— Что с моими родителями? — сердце неприятно стягивает в груди.

Неужели ритуал прошел неудачно? И они… Видимо я бледнею, потому что капитан мотает головой:

— Нет, нет, они живы, простите меня. Но мне велено срочно привезти вас.

Я чуть было не начинаю орать, что можно было и позвонить, но тут понимаю, что оставил телефон в комнате. Напрочь отпала привычка таскать его с собой. Пора уже ее возвращать.

— А академия? — с сожалением смотрю я на учебные корпуса.

— Великий князь уладил все формальности. Прошу, нам стоит поторопиться, у меня приказ.

Что же, вряд ли он знает подробности, а раз вмешался дед, дело серьезное. Перестаю сомневаться и спорить, запрыгивая на борт и устраиваясь в удобном кресле. Капитан шустро отшвартовывается и со скоростью, от которой закладывает уши, везет нас в сторону столицы.

Кажется, мы нарушаем правила водного движения и законы физики. Половину пути мы просто летим над водой. От такого темпа меня даже начинает немного подташнивать, но дыхательные упражнения помогают.

И только когда мы проносимся мимо Большого канала, не поворачивая, а следуя прямо, я соображаю, что везут меня не домой. Но паранойя не успевает восторжествовать, как мы, подняв волну, останавливаемся у причала храма Хека.

Значит, они все еще у целителей? Это подтверждает и вышедшая встречать меня лично верховная жрица. Зоряна выглядит спокойной и приветственно улыбается, прогоняя тревогу.

— Верховная, — торопливо кланяюсь я, выпрыгнув на причал. — Все в порядке?

— Княжич, — она ласково касается моей руки. — Относительно здоровья ваших родных не стоит беспокоиться.

А относительно остального? Гашу поднимающийся гнев. Вот сейчас совсем не время беситься. Зоряна берет меня под руку и неспешно ведет к храму. Катер уносится в сторону дома, стоянка тут запрещена.

— Не горячитесь, молодой человек, — нежно увещевает она. — Я так и чувствую бурю, бушующую в вас.

— Извините, верховная. Меня срочно вызвали, ничего не объяснив. И, учитывая тяжелое состояние родителей, я переживал.

— Я понимаю, — жрица поглаживает мою руку. — Тут и я вам ничем помочь не могу, великий князь настоял на вашем присутствии без объяснений.

— А ритуал? Его провели?

— Да, ритуал состоялся сегодня ночью и закончился под утро. Боги были благосклонны к нам и даровали желаемое, — не слишком уверенно отвечает она.

Решаю промолчать. Захочет рассказать, расскажет. Иначе так и буду получать загадочные фразы в ответ. Но Зоряна больше не произносит ни слова и я понимаю, что меня в это таинство посвящать не намерены.

Мы проходим пышный парк, огибаем храм и идем к зданию госпиталя. Уже у дверей она останавливается и берет мои руки в свои, поворачивая ладонями вверх:

— Почему вы не желаете исцелить эти ужасные шрамы?

А ведь я собирался попросить Олега помочь мне с этим. Но теперь во мне сила хаоса. Боюсь, такое окажется не под силу любому целителю, даже его всемогущему деду.

— Я действительно благодарен вам за предложение, но не стоит риска, — осторожно убираю свои руки, пока не принялась прямо тут меня исцелять по доброте душевной.

— Что-то в вас изменилось, молодой человек, — она приближается, всматриваясь в мое лицо. — Каждый раз, когда мы встречаемся, вы другой.

— Молодой растущий организм, — пожимаю плечами, изображая из себя полного придурка. — Гормоны шалят.

Напрягает меня внимание верховной жрицы, ничего с собой поделать не могу. И меня сильно беспокоит то, что она может почувствовать слишком многое, коснись силой.