Квартира в раю - Татьяна Витальевна Устинова

кто за Клюшкиных, врать не буду. Квартир пятнадцать, наверное. И все трех– и четырехкомнатные. Там богатые люди живут, им по двадцать – двадцать пять тысяч на оплату дождевой воды не жалко.

– Какой дождевой воды? – простонала Натка.

– Да самой настоящей, – соседка поджала губы. – Есть такая строчка в содержании жилья – «утилизация дождевой воды». Нам Ванадий этот на собрании рассказывал, что за один только дождь с крыши дома стекает около десяти тонн воды, и вся она собирается и утилизируется в канализацию, а за это же надо платить. Вот мы и платим. Плюс еще за обеззараживание.

– Какое обеззараживание? От чего? – Натка схватилась за голову.

– А от всего. Что там во время дождя с неба льется? Какие химикаты и кислотные осадки? Вот их и обеззараживают. По словам Ванадия, разумеется.

– Так, а еще какие чудесные услуги предоставляет нам наше ТСЖ? – спросила я, невольно заинтересовываясь все больше и больше.

– Содержание мусоропроводов, которые, само собой, заварены. Все жильцы пакеты сами выносят на контейнерную площадку. Ее мы, разумеется, тоже содержим и каждый день моем с пеной и хлоркой, судя по отчетам.

– А на самом деле?

– Дворник подметает. Дворник у нас хороший, Иван Степанович. В чистоте двор держит, что есть, то есть. Но уж контейнерную площадку с мылом не моет. Ни он, ни правление. Еще у нас есть платеж за общее кондиционирование подъездов, хотя мы его как-то вообще не ощущаем. Прошлым летом жара стояла, в подъезде, конечно, прохладно было, так это само собой получается, поскольку солнце внутрь не попадает, а стены камнем отделаны. Но нет, акробаты уверяют, что есть система кондиционирования, и за поддержание ее в рабочем состоянии надо платить. Ну, лифты, само собой. Там и техническое обслуживание, и камеры видеонаблюдения, и доплата дежурным техникам. Потом отдельно еще платеж на содержание подвала, где надо травить грызунов и насекомых, а еще бороться с сыростью. Еще есть абонентская плата за мойку наружных окон и фасадов. Фирму клининговую вызывают раз в год, считается, что два, а платеж на ежемесячный разбит. Сколько они берут, поди разбери, а каждая квартира кругленькую сумму вносит.

– Так это ж Клондайк, – не выдержала Натка.

– Да. У нас еще и мойка полов и стен внутри подъездов по метражу считается, а ступеньки лестниц поштучно. И тоже в содержании жилья строка, представляете? И ничего сделать не можем. Внеочередное собрание созывали, чтобы отчет о трате денежных средств заслушать, так сначала не могли большинства голосов собрать, чтобы дату назначить и в очной форме собрание провести. Почти все квартиры за, а по итогу в протоколе нехватка голосов.

– И как же так может быть? Это же бред какой-то, – опешила я.

– Бред. А выходит, что может быть. – Клара Захаровна встала и снова щелкнула кнопкой на чайнике. – В сто пятнадцатой квартире Васятка Зайцев живет, так он протокол собрания носил юристу какому-то показывать, и тот сказал, что все правильно и законно. То есть на основании устава.

– Ясно, надо будет этот самый устав раздобыть и почитать, – сказала я.

– А ты умеешь? – с подозрением уточнила Клара Захаровна. – А то Васятка мне показывал, там буковки маленькие и все сноски, сноски. Ничего не понятно. Да и язык больно уж мудреный. Юрист нужен.

– Я как раз юрист. Так что устав прочитаю. Ладно, Клара Захаровна, спасибо за чай и беседу, мы пойдем, а то время уже позднее. Надо отдыхать, завтра на работу.

Распрощавшись, мы с Наткой вышли на лестничную площадку.

– Ты думаешь, эти два брата-акробата дадут нам устав? – с сомнением спросила Натка.

– Во-первых, он должен в открытом доступе храниться в помещении правления. Так что мы можем сходить и попросить его, – терпеливо объясняла я. – Во-вторых, сходить может Костя. Уж бравому майору Таганцеву эти Клюшкины вряд ли откажут. Но у нас есть и третий план – отправить к Клюшкиным Миронова. Он сам мне говорил, что с ними знаком. У него же клиника в одном из помещений пристройки.

– То есть Виталий – владелец части площадей?

– Понятия не имею. – Я пожала плечами. – Может, помещение под клинику выкуплено, может, в аренде, но Аркадия и Ванадия он знает и в помощи точно не откажет. Ты же его знаешь.

Однако, к моему удивлению, Миронов, к которому я на следующий день обратилась с просьбой достать устав ТСЖ, наотрез отказался влезать в эту историю.

– Лен, ну, какой устав, – чуть раздраженно отмахнулся он. – На каком основании я должен его просить? Я – простой арендатор, не собственник, в голосовании участия не принимаю и прав никаких не имею.

– Хорошо, а у своего арендодателя ты можешь спросить? – уточнила я. – В конце концов, аренда наверняка обходится в круглую сумму. Ты приносишь ему неплохой доход, и вряд ли он откажет тебе в такой пустячной просьбе.

– Скорее всего, не откажет, – согласился Виталий. – Только просить я его не буду. Я не собираюсь выглядеть неадекватным человеком, которого почему-то интересует сбор дождевой воды.

– Но он же наверняка включен тебе в арендную плату, – удивилась я. – Тебе самому не хочется во всем разобраться и в итоге платить меньше?

– У меня коммунальные платежи включены в цену аренды. А она довольно низкая. Гораздо привлекательнее, чем во многих других моих филиалах. Дополнительно я плачу только за электричество и вовсе не рвусь ничего менять. И тебе не советую. Если тебе дорого платить за коммуналку, то я готов тебе помочь. Предлагал же уже. А если дорого Натке, то Костя тоже может решить эту проблему. Он знает как.

– Как? – удивилась я. – Ты что, считаешь, что Таганцев может воспользоваться своим служебным положением, чтобы ему сделали скидку по квартплате? Виталий, ты в своем уме?

Миронов замолчал, поняв, что правда сказал глупость.

– Лена, что-то я подустал за последнее время. Да и по тебе соскучился, мы же два дня не виделись. Сегодня заберу тебя вечером из дома, поедем ко мне. Я привез из Питера свежей корюшки, угощу тебя настоящим деликатесом. Ты как, за?

– За! – Я решила, что глупо ссориться из-за ерунды, дав себе слово, что найду устав товарищества собственников жилья комплекса «Мой РАЙ-ОН» другим способом. В конце концов, я вполне себе самостоятельна. Справлюсь. Не впервой.

* * *

Майор Константин Таганцев сидел в своем служебном кабинете вполне довольный собой. Во-первых, на новом месте работы под его руководством было раскрыто первое уголовное дело, причем довольно громкое. Все документы для передачи дела в прокуратуру, в задачу которой входило утвердить обвинительное заключение, подготовлены и им, Константином, подписаны.

Особенное