Пиджин-инглиш - Стивен Келман

З-Омби:

— Бах!

Он выстрелил. В животе у меня сделалось холодно, и дятел забарабанил. На этот раз было совсем не так забавно. Хоть бы кто-нибудь прикрыл меня от пули, но тут я вспомнил, что пистолет ненастоящий. Просто жохан.

Шиззи:

— Ты куда это усквозил, очкозавр? Мы запомнили, ломоть говна.

З-Омби:

— Держи хлебало на замке, сечешь, Гана? Без шуток.

А мне и сказать нечего. Кое с какими понятиями меня уже ознакомили. Пистолет из пальцев означает: проболтаешься — убьем. Только врагов мне и не хватало, да еще таких могущественных. Надо быть настороже. Жалко, глаз на затылке нет.

Терри Шушера давно уже размахивал ногами — лупил Эшафотку. Бьет и бьет. Чокнуться можно. Собачка нашла в кустах мясо. Чью-то ногу, что ли. Терри и так барбоску пинал, и этак, но Эшафотка только скулила и не желала уходить. Я хотел вмешаться, ну, там, убить Терри Шушеру, но куда мне. Силы наши неравны, ничего у меня не получится.

Мы подошли поближе, и картина прояснилась. Терри Шушера не пинал Эшафотку, вовсе нет! Наоборот. Это собачка вцепилась ему в ногу. Ржака та еще. Эшафотка хотела вытащить мясо из кустов, но вместо этого ухватила ногу Терри Шушеры, да так, что не стряхнешь. Мясом от него пахло, что ли, вот собака и решила, что он — кусок говядины.

Терри Шушера:

— Пошла, пошла! Брось! Фу! Эшафотка!

Терри Шушера лягался и вопил, а собаке по барабану. Сейчас обглодает ногу до кости.

Терри Шушера:

— Гарри, помоги! Палку возьми! Вон там!

Дин поднял с земли ветку и помахал перед носом Эшафотки. У Эшафотки клыки как у акулы. Дин потыкал веткой ей в зубы, чтобы выплюнула ногу Терри Шушера подхватил мясо и швырнул в кусты. Эшафотка кинулась за мясом и выпустила Терри. Он был весь красный и потный и все хватался за ноги. Хотел убедиться, на месте ли они.

Терри Шушера:

— Пасибки, балабоны. Увидела мясо и словно взбесилась. Тупая сучка.

Эшафотка показалась из кустов с мясом в зубах, гордая и счастливая. Мы попробовали выхватить кусок у нее из пасти, да фигу вам! Может, там в кустах покойник? Откуда мясу-то взяться?

Я:

— Ты, случаем, не пришил кого?

Терри Шушера:

— Да вроде в последнее время нет. Ты это к чему?

Я:

— Да тут все готовы друг друга поубивать. Прямо никуда не деться. Полиция его схватит?

Терри Шушера:

— Кого?

Дин:

— Типа, который убил пацана.

Терри Шушера:

— Шутишь? Схватят они, как же. Насморк разве что. И то вряд ли.

Я:

— Точно. Мы сами его поймаем.

Дин:

— Назначено вознаграждение.

Терри Шушера:

— Удачи.

Дин:

— Тут не обойтись без собаки-ищейки, такие все вынюхают. Они даже страх чуют.

Эта мысль пришла нам в голову обоим, только у меня мозги вертелись быстрее. Я первый и сказал.

Я:

— А собаки могут унюхать зло?

Дин:

— И я про то же подумал.

И мы произвели эксперимент. Терри Шушера тоже участвовал. Он взял Эшафотку на поводок, чтобы не убежала, а та прямо вгрызлась в свое мясо. И уж такое оно оказалось вкусное, что собака забыла про все на свете, и про нас тоже. Я закрыл глаза и постарался думать о плохом: кровь льется, ножи кромсают руки-ноги, гремят выстрелы, тело рвут когти, вампиры впиваются в горло. И еще представил, что я — убийца, вышедший на дело. Весь этот ужас я мысленно скатал в плотный шарик, открыл глаза и типа швырнул этот шарик прямо Эшафотке в нос. И еще вскрикнул при этом, чтобы эффект был посильнее. Сработало. Эшафотка насторожила уши и испуганно посмотрела на меня. Значит, шарик угодил куда надо. Теперь собака знала, как пахнет зло. Ну, правда, потом она снова принялась за мясо.

— Теперь как унюхает убийцу сделает вот такую стойку.

Терри Шушера:

— Она и так делает стойку Когда пердит.

Я:

— Но если она при этом делает стойку на человека, то в голове у этого человека зло. Он преступник. Подозреваемый. Можешь вязать его собачьим поводком до прибытия полиции.

Терри Шушера:

— Целый план, надо же.

А вот сейчас мы этот план и проверим. По лужайке топали З-Омби, Шиззи и Убейца. Я даже не испугался, ведь с нами был Терри Шушера, а уж он бы им показал, случись что. Он в армии служил, пока не запил. Мы с Дином подпрыгнули, отвлекли внимание Эшафотки, и Терри забрал у нее мясо и швырнул обратно в кусты. Собака была на поводке, за мясом не побежишь. Тут З-Омби пихнул меня. Он всегда меня толкает при встрече. На этот раз я был даже рад, пусть Эшафотка принюхается как следует.

З-Омби:

— Чел, убери сучку.

Терри Шушера:

— Гляди, куда прешь. Проблемы?

Эшафотка принялась за дело. Сопела так, будто свежее мясо прибыло. Мы во все глаза смотрели, не сделает ли она стойку — уши торчком, глаза мрачные — в знак того, что дело тут серьезное. Троица попробовала быстренько прошмыгнуть мимо, но Терри Шушера отпустил поводок подлиннее, и Эшафотка прыгнула на Убейцу. У того глаза на лоб полезли. Вот молодчина! Уткнулась носом прямо ему в яйца.

Убейца:

— Эй, чел, убери барбосину!

И достал отвертку Своими глазами видел.

Терри Шушера:

— Себе в жопу засунешь?

З-Омби:

— Убери, баклан.

Терри Шушера:

— Ага, слушай кореша. И чеши домой, пока мороженое не растаяло.

Те пошли своей дорогой. Уши у Эшафотки стояли торчком. Преступные мысли прямо в воздухе порхали, как мошки после дождя. Парни хотели нас убить. Эксперимент закончился успешно. Правда, вопросов появилась масса: если они всех хотят убить, то почему выбрали именно того мальчика? как отличить один грех от другого, если с виду они так похожи? Нелегко быть сыщиком, весь день новые и новые вопросы приходят в голову Хорошо бы этих типов связать, только кто мне позволит?

Домой мы шагали вместе с Терри Шушерой. Эшафотка трусила впереди, время от времени оглядывалась, а вдруг мы куда-то делись? Прикольная собачка.

Терри Шушера:

— Твоей мамуле чайник не нужен? Новенький, восемь монет. С фильтром и прибамбасами. В магазине двадцать стоит.

Я:

— Вряд ли. Она не берет краденого.

Терри Шушера:

— Флаг ей в руки. Шесть монет? А ты что скажешь, ржавая башка?

Дин:

— Нет, спасибо.

Терри Шушера:

— Да ты не стесняйся. Эшафотка, ко мне!

Если Эшафотка поможет поймать убийцу, часть вознаграждения ее по праву. Пусть собачка потратит денежки на большую косточку и на специального слугу, чтобы всю жизнь чесал пузо!

Тех, кто не с Богом, называют неверующими. Они заблудились во мраке и ничего не чувствуют, у них внутри пусто, как у роботов, из которых повыдергали провода. Когда происходит что-то хорошее, они об этом даже не знают и не понимают, когда делают плохое. Чесслово, тоска. Вампиры — они такие же. У вампиров нет души и крови, потому они вечно такие мрачные.

Пастор Тейлор:

— Это страх заставляет их творить такое. Они боятся истины обетования Господня. Мы должны простить их и помолиться за них. Они в руце Божией.

Мистер Фримпонг:

— Еще раз увижу их, то головами столкну. Хьюлиганы!

Мистер Фримпонг очень смешно произнес «хулиганы». Он, конечно, не хотел смешить, просто так получилось. Я едва сдержался.

В церкви стало тихо, как и полагается. Мистер Фримпонг сегодня не пел. Плохо дело. Он даже не попробовал. Вот что получается, если тебя сбили с ног, ты тогда всех сил лишаешься. Мистер Фримпонг показал свое колено, в нем огромная дырища со сплошной заразой. По-моему, он гордится.

Мистер Фримпонг:

— Посмотрите только. Повязка содержит серебро, против инфекции. Никто даже не пытался их остановить, ни один человек. Так-то.

В Англии упадешь, так к тебе никто не подойдет. Не спросит, вы всерьез упали или придуриваетесь. Мне даже не хватало песен мистера Фримпонга. Как-то не по себе в церкви без них. С Агнес тоже так, она попрощается со мной, а ее голосок еще долго звенит у меня в ушах. Даже щекотно от него. Так здорово.

Я:

— До свидания, Агнес!

Агнес:

— …Свиданя!

И когда я ложусь спать, голос ее все еще щекочет мне ухо.

Мама:

— У Харрисона даже куртку украли. Слыханное ли дело! Они на все способны.

Мистер Фримпонг:

— Наверное, те же мальчишки, что сбили меня с ног. Хьюлиганы!

Окно в церкви отмыли, но ругательства все еще угадываются. Словно шепот самого дьявола, притаившегося в засаде. Я вот никак не мог сосредоточиться на молитве, в голове все эти мерзкие слова вертелись. Пастор Тейлор-то слова молитвы правильно произносил, а у меня в башке черт-те что получалось.

Я:

— Сраный Боже, мать-твою-блядь, избави нас от всего этого говна. Благодарю. Аминь.

Хорошо еще, я вслух этого не произнес! Мой сверхчеловеческий дар — это, наверное, умение превращаться в невидимку. Зуб крокодила оказал свое действие. Потому-то мистер Фримпонг меня не увидел, когда его сбили с ног. Я там был, а он и не знает. Это все крокодилий зуб, не вижу другой причины. Он волшебный, поэтому папа и дал его мне.