Формула бессмертия - Сергей Пономаренко

– Валентины Федоровны нет в кабинете – обедают, – сообщила она.

– Телефон у нее есть?

Женщина кивнула.

– Звоните, срочно вызывайте – у меня времени в обрез!

Дежурная снова молча кивнула, как будто ее словарный запас на сегодня исчерпался, вернулась в будку, достала мобильный телефон и стала что-то тихо говорить. В это время взревел двигатель фуры, готовящейся въехать на территорию предприятия, и, как Оксана ни напрягала слух, услышать не получилось.

– Сейчас они будут, – сказала вахтерша, вновь обретя голос и спокойствие, – наверное, разговор с комендантом подействовал на нее благотворно.

– Пропали две девушки, которые проживали здесь, Лена Рогошко и Вероника Шкиль. Что вы можете о них рассказать?

– Много их тут ходит, наштукатурятся и хвостом крутят, – хмыкнула дежурная.

– Все меня не интересуют, а конкретные фамилии я вам назвала. Что вы можете о них рассказать? Кто к ним приходил, с кем они дружили?

– Вера более степенная, всегда здоровалась. Парень к ней приходил постоянный. Ничего плохого о ней сказать не могу.

– Какой парень – имя, фамилия? Когда в последний раз приходил?

– Сейчас посмотрю. У нас порядок, в журнал записываем всех чужих, кто приходит. – Дежурная стала быстро перелистывать журнал. – Нашла! Дроботенко, звать – Федор. Аккурат неделю тому назад был здесь, 30 июля.

Оксана прикинула – в этот день Вероника написала заявление о пропаже подруги. Выходит, вечером к ней пришел ее бойфренд.

– А после этого он не приходил?

– Записи в журнале нет, значит, не был. Я дежурю сутки и двое выходных, так что о том, что было не на моей смене, сказать ничего не могу.

– Когда вы Веронику Шкиль видели в последний раз?

– Не припомню. Тут за день их лица так примелькаются, что точно и не скажешь, кого и когда видел.

– Что вы скажете о Лене Рогошко?

– Вертихвостка! Из себя строит принцессу, парням головы морочит, а сама – село селом!

– У нее имелся постоянный парень?

– У Ленки постоянный ухажер? Насмешили, ей-богу! Она их меняла по нескольку штук за раз. Хотите знать…

Входные двери открылись, и вошла невысокая женщина лет пятидесяти, в элегантном сером костюме, явно купленном не на рынке, вся такая холеная, рыжеволосая, с аккуратно подколотыми буклями. Вахтерша замолкла, сорвалась с места и вытянулась, словно взяла сторожевую стойку. У вошедшей была очень бледная кожа, мелкие резкие черты и властное выражение лица.

– Вас ожидают, Валентина Федоровна, – доложила дежурная, показывая взглядом на Оксану, что можно было двояко понять: «вот вам целый сотрудник УГРО» или «познакомьтесь, Валентина Федоровна».

– Пройдемте ко мне в кабинет. – Не останавливаясь, комендант прошла мимо Оксаны, затем через турникет, лишь скользнув взглядом по дежурной, и у той заметно перехватило дыхание.

«Похоже, Валентина Федоровна здесь всех держит в ежовых рукавицах». Манера, с какой держалась комендант, показывала, что она в своей вотчине, а тут ей и черт не страшен, не то что какой-то сотрудник УГРО. Если еще она выяснит, что сотрудник «липовый», то без крупного скандала не обойтись. Оксана пожалела, что заранее не заручилась поддержкой следователя Якимчука, с которым у нее были дружеские отношения. Выходит, действовать надо решительно, чтобы управительнице общежития было не до ее удостоверения.

Кабинетом служила комната метров на пятнадцать, обставленная светлой современной мебелью, с множеством цветов и растений в изящных горшках. Оксане она почему-то напомнила приемную нотариуса. Валентина Федоровна взяла со столика кувшин с водой и, демонстративно повернувшись спиной к Оксане, стала поливать цветы, стоящие на подоконнике.

– Слушаю вас, говорите, – сказала комендант, не отрываясь от своего занятия.

– Я не привыкла разговаривать со спиной и с тем, что ниже ее, – холодно и жестко произнесла Оксана. – У вас в общежитии произошло ЧП – пропали две девушки. Я приехала к вам, чтобы получить как можно больше информации. Поэтому слушать буду я, а не наоборот.

Комендант повернулась к ней со снисходительной улыбкой на лице.

– В общежитии ЧП нет! Усвойте это для себя. Девицы совершеннолетние и чересчур загуляли, но это не моя забота. Они не внесли плату за предстоящий месяц и согласно договору найма жилья потеряли право на проживание в общежитии. Их вещи в присутствии комиссии из трех человек переписаны и сданы в комнату хранения. Как только они появятся здесь, то получат свои вещи, а дальше это уже их головная боль.

– Девушки пропали, и неизвестно, что с ними, – чуть мягче произнесла Оксана, решив не накалять обстановку. – Возможно, они нуждаются в помощи, и время играет против них.

– Сплошные «возможно», а я в вверенном мне общежитии руководствуюсь имеющимися конкретными инструкциями и пунктами договора найма жилья. Вовремя не оплатили – прощайте! Остальное меня не касается. Вы УГРО – вам и флаг в руки: ищите и обрящете! Если есть вопросы, задавайте и прощайте, у меня время не резиновое!

Конец ознакомительного фрагмента.

Примечания

1

События романа охватывают время до переименования милиции в полицию. (Здесь и далее примеч. автора, если не указано иное.)

2

Об этих событиях рассказывается в романе С. Пономаренко «Темный ритуал».

3

Автор специально указал место, где райотдел милиции никогда не находился, так как все события и персонажи в романе вымышленные.

4

События романа охватывают период, когда Верховная Рада Украины еще не приняла законопроект № 3726 «Про приватну детективну (розшукову) діяльність» от 19 апреля 2016.

5

Киевский национальный экономический университет имени Вадима Гетьмана, «социология в сфере экономики».

6

Приятно оставаться (турецк.).

7

Я не понимаю! Простите меня! (англ.)

8

Фильм «Сонная лощина» (США, Германия) режиссера Тима Бертона вышел на экраны в 1999 году.