Ловец духов - Григорий Константинович Шаргородский

занимался разведкой. К здоровяку тут же присоединился брат Аркадий. Дождавшись высадки и разбора оружия, включая духовые ружья с парализующими дротиками, он тихо заговорил:

– В доме недавно закончилась попойка с развратом. Сейчас все спят, так что возьмем их тепленькими. Твои ведьмовские штуки не пригодятся.

Это он о газовых гранатах, которые я несу в наплечной сумке. Вот бедолагу плющит от двойных стандартов – гранаты ему не угодили, а духовое ружье с дротиками, сдобренными составом от той же самой ведьмы, обнял как родное. По договору оно останется у бесогона, как и запас Виринеиного зелья. От противогазов бесогоны тоже отказались, но это их проблемы, потому что сумку с двумя баллонами я оставил при себе. Находились мы в небольшом переулке, за выходом из которого просматривал еще один монах. Освещение здесь было слабым, лишь керосиновый фонарь внутри фургона позволял хоть как-то ориентироваться. Когда вышил из проулка, стало понятно, что и прилегающая улица тоже погружена в полутьму, слабо подсеченную уже ушедшей за дома луной. Ближайшие фонари не горели, явно стараниями тех же бесогонов. Олег Остапович хотел пойти вместе со всеми, но отец Никодим шепотом убедил его остаться с ним у выхода из переулка. Мол, нечего старикам соваться туда, где не всякий молодой сдюжит.

Я совершенно не ориентировался на местности, в отличие от помощника брата Аркадия. Здоровяк уверенно вел нас сначала по улице, затем какими-то закоулками, пока не подошли к невысокой дверке, у которой уже копался самый щуплый из монахов. Ждать пришлось недолго, всего с минуту, затем щуплый открыл дверь и отошел в сторону. Благодаря старейшине мы знали где находится личная спальня Дубыни и как пройти к ней от задней двери. Пришлось пересечь обширную гостиную, явно предназначенную для общих посиделок ватаги, а затем по лестнице подняться на второй этаж. Двигались парами – впереди брат Аркадий и его здоровяк. Позади мы с Акирой. Все-таки у бесогонов опыта ловли людей и нелюдей побольше нашего.

Я уже давно распрощался со своей неуклюжестью, так что тишину спящего дома мы не нарушили ни топаньем, ни скрипом. Зато за нас с этим с лихвой справилась девица, внезапно вышедшая из боковой двери коридора, ведущего к спальне хозяина дома. Я не видел подробностей немой сцены встречи Аркаши нос к носу с совершенно голой девицей, но ее реакцию услышал очень хорошо. Впрочем, как и все обитатели дома.

Я не могу знать наверняка, но, скорее всего, бедный монах опешил так, что не смог заткнуть девицу на вдохе, поэтому визг продолжался секунды три, пока не оборвался от сильной оплеухи, отбросившей крикунью обратно в комнату. А затем все пошло кувырком. От двери в конце коридора повеяло знакомой стылой опасностью. Дубыня не только проснулся сам, но и растормошил прикованного к нему духа. Я рванул вперед, протолкавшись мимо обоих слегка опешивших бесогонов и стараясь добраться до дверей раньше, чем бесноватый коллега начнет отстреливаться. Не успел. То ли благодаря интуиции, то ли просто неугомонные мысли сложили два и два, но к стене я успел качнуться за пару мгновений до первого выстрела. В двери образовалась изрядная дыра. У меня в сейфе лежит дробовик, заряженный в первую очередь резиновыми пулями. Дубыня предпочел картечь. Еще две дыры показали, что он совсем не шутит. Впрочем, мне хватило бы и одной. Все еще прижимаясь к стене, я достал из сумки баллончик, выдернул чеку и забросил его свозь дыру, вполне позволяющую сделать это. Через несколько секунд вместе с шипением до меня донесся радующий слух кашель, а вот звон стекла озадачил. Для начала я натянул на себя противогаз, затем на всякий случай пальнул из револьвера в замок двери и ударил туда же ногой. Можно было и не стрелять – дверь оказалась незапертой. Спальня уже пустовала, лишь холодным ветерок влетал свозь раскуроченное окно. Я подбежал ближе к окну и выглянул наружу. В темноте и сквозь стекла противогаза рассмотреть что-либо было трудновато, но бегущую к переулку фигуру все же увидел.

Ничего, сейчас мы исправим это дело. Коротко рыкнув, я выглянул из себя и прижал приклад духового ружья к плечу. Расстояние для выстрела из духовушки не очень удачное, хорошо хоть ауру беглеца в духовном мире было видно отчетливо, как и энергетику двух стариков, вставших у него на пути. Мой выстрел был почти бесшумный, зато из коридора громыхнуло так, что я непроизвольно присел. Потом бамкнуло еще раз. Похоже, мы растревожили целое осиное гнездо. Я прислушался к себе и не уловил ощущения, которое испытывал, когда неподалеку появлялись опасные духи или бесноватые в активном состоянии. В здании остались лишь люди, точнее ушкуйники. Сейчас они у себя дома и имеют полное право использовать огнестрел, что и делали с каким-то нездоровым азартом.

Бесогоны заскочили в спальню вслед за Акирой и тут же дружно закашлялись. Вентиляция не особо помогла проветрить комнату. Брат Аркадий попытался выразить свое возмущение, но, чихая и кашляя, получалось не очень убедительно. Понимая, что другого выхода нет, Аркаша без особых сомнений сиганул наружу. Здоровяк проделал тот же трюк, несмотря на то что уже был ранен в плечо.

Вот отморозки! Второй этаж, конечно, не такая уж большая высота, но шансы подвернуть или вообще сломать ногу довольно высоки. Повторять трюк бесогонов я не собирался, впрочем, как и оставаться под обстрелом.

Умница Акира вошел в комнату уже с противогазом на голове. Язык глухонемых он изучал не особо усердно, но основные команды знал. С их помощью я донес до ватажника необходимость обустройства безопасного спуска и, увидев утвердительный кивок, подскочил обратно к двери. Попытка выглянуть в коридор вызвала заполошную стрельбу и грохот, с которыми преследователи попрятались от возможных выстрелов в боковых комнатах. Но у меня для них другой сюрприз – не хватало только запятнать руки кровью братьев-ушкуйников, пусть даже таких гниловатых. Но не уходить же просто так – без прощального подарка.

Быстро оглянувшись, я увидел, что Акира успел разодрать сдернутые с окна шторы на пару полос и связывает их вместе. Глубоко и с натугой из-за плотных фильтров вздохнув, я достал из сумки еще один баллон. Дернул за скобу и тут же забросил газовую гранату подальше в коридор. При этом постарался не поймать рукой шальную пулю.

В коридоре зашипело, как десяток рассерженных змей, затем послышалась ругань и кашель. Бросившись к окну, я помог Акире подтащить поближе кровать. Он набросил на столбик спинки петлю из шторы и по моему кивку первым выбрался из