История первого дракона - Дарья Кузнецова

— Да, и не удивляйся, пожалуйста, что ты сейчас выглядишь как человек, — тем временем продолжил неизвестный гость моего сна, не угадывая — опережая мои вялотекущие мысли. — Во-первых, ты до сих пор осознаёшь себя человеком. А, во-вторых, внешность значит настолько мало, — он вздохнул. — Скоро ты это поймёшь, но пока — так проще.

— Кто ты? — с трудом выдохнула я, пытаясь бороться с оцепенением.

— Я не имею права тебе говорить, — он вновь нахмурился, качнул головой и будто бы болезненно поморщился. — Я очень о многом не имею права тебе пока рассказывать, — с болью в голосе проговорил незнакомец, поднимаясь с места. Сделал шаг, присел на подлокотник моего кресла. Едва касаясь, провёл кончиками пальцев по моей щеке и отдёрнул руку, будто боясь обжечься.

— Тогда зачем? — всё так же с трудом выдавила я из себя следующий вопрос.

— Чтобы увидеть тебя. Поговорить, — вздохнул он. — Пожалуйста, не сопротивляйся оцепенению, молчи. Мне… трудно, когда ты задаёшь вопросы. Особенно те, на которые я пока не могу ответить. Можно, я буду говорить сам? Растерянная, я только кивнула в ответ, и незнакомец не удержал облегчённого вздоха.

— Спасибо. Единственное, что я пока могу тебе сказать: будь осторожна, ладно? Единственный, кому ты сейчас можешь доверять из тех, кто рядом, это рыцарь. Он по самой своей природе не способен предать, тем более — предать тебя, — он улыбнулся; мрачно, что называется, "похоронно". — Сергей, твой друг, тоже честен, но он слишком мало знает в этом мире и не сможет помочь при всём желании. Остальным не верь, для них ты — всего лишь случайный попутчик. Возможно, этот мальчик-воин, или вспыльчивый ши, или покалеченный маг, и не предадут, но совершенно точно не пойдут слепо за тобой. Командир же вашего отряда… у него просто нет выбора, а человек в такой ситуации способен на всё. Твой путь правильный, эта война должна быть остановлена, а… проклятье! — на этом месте он согнулся от боли, зажимая живот ладонью. Между пальцев сочилась тёмная, почти чёрная кровь. Я дёрнулась встать, чтобы хотя бы уступить незнакомцу своё кресло, усадить, помочь… Но он, не глядя на меня, поднял руку в повелительном останавливающем жесте. — Уходи, ты мне не поможешь!

И я проснулась.

Глава 04. Мысли о вечном

"Приснится же такое!"

До рассвета я провалялась в палатке, потом, не выдержав, выбралась наружу. Ганс, возившийся у костра, одарил меня удивлённым взглядом и кивнул в знак приветствия. Я кивнула в ответ и направилась к озеру умываться. А на самом деле мне просто не хотелось встречаться взглядом с командиром нашего маленького отряда.

У которого нет выбора. Интересно только, в чём?

В словах того мужчины я не усомнилась ни на секунду. Наверное, зря. Но… не верить ему я физически не могла, как тому странному духу, отправившему нас с Сержем в этот отсталый мир и впихнувшему в эти непонятные тела.

Но это лирика, а что он мне сказал нового? Практически ничего. И так было понятно, что вляпалась по самые кисточки на ушах. Гансу не стоит доверять? Да на него один раз посмотришь, и хочется спрятаться подальше: особист — он особист и есть. Остальные не пойдут за мной? Мать вашу, мне их и вести-то некуда! А рыцарь… На работающего по заданной программе робота он похож, вот что. Так что, наверное, не предаст, если программа не даст сбой.

Ещё один важный для меня факт: во сне я была человеком, а мой странный собеседник утверждал, что внешность не имеет значения. Конечно, у меня сейчас весьма обаятельные ушки и совершенно потрясающий хвост, но при этом нет никакого желания встречаться с блохами в собственной густой шерсти, а противоблошиных ошейников тут ещё не изобрели. Но могут ли его слова означать то, на что я надеюсь? Что у меня есть шанс опять стать человеком?

Впрочем, перспектива остаться в этом потенциально блохастом виде ещё не самое страшное. Тем более, наверняка же местные с чем-то подобным сталкивались, вполне могли научиться бороться. Или, может, здесь вообще нет блох? Или есть, но мой вид не трогают? В общем, обычные бытовые мелочи, и мысли мои опять пошли не в ту сторону.

Куда более важным вопросом казались некие "обстоятельства", в которых оказался наш проводник. Но этого, боюсь, мы в скором времени не узнаем: наш мастер плаща и кинжала вряд ли ответит на прямой или косвенный вопрос. А чтобы провоцировать его на оговорки и из них делать выводы, у меня ума недостаточно.

Что заинтересовало меня сильнее всего, так это личность незнакомца, способ появления его в моём сне, странная симпатия ко мне и слова о войне, которая должна быть остановлена.

Итак, личность. Незнакомец знает о рыцаре, знает его природу куда лучше моих спутников и даже самого рыцаря. И вообще, кажется, очень много знает о реальном положении вещей в этом мире. Опять же, это его внедрение в мой сон… Сомневаюсь, что на такое способен каждый встречный, и аборигены мирно разгуливают по снам своих соседей, друзей и знакомых. Какой-нибудь сильный маг, близкий к политике?

Интересно, местные маги образуют гильдии? На эту тему надо аккуратно расспросить Зойра. От рыцаря вряд ли будет толк: откуда ему-то знать, кто разбирается в причинах и законах его существования?

Дальше, неожиданная симпатия ко мне, то есть человеку на первый взгляд совершенно постороннему. Пугающий факт, имеющий сразу несколько доказательств. Во-первых, само его явление в мой сон. Вряд ли это было так уж просто. Скорее, весьма больно и мучительно. А, во-вторых, он сел ко мне на подлокотник, гладил меня по щеке и смотрел неотрывно, будто желая насмотреться впрок, или будто мы очень давно не виделись! Да и сама цель визита весьма сомнительная: если он хотел о чём-то предупредить, почему совсем ничего не сказал по делу? Не мог? Не мог, о чём прекрасно знал. Но зачем-то всё-таки явился. Конечно, о неземной любви речь вряд ли идёт, но слишком уж много личного сквозит в его отношении.

Пугает же эта симпатия по многим причинам. Мы никогда не виделись, но он откуда-то меня знает. Или он подглядывал (что просто, но маловероятно и, честно говоря, смешно), или влюбился с первого взгляда (это уже не просто "маловероятно", а откровенная чепуха), или с кем-то меня перепутал (что тоже вряд ли — ну, не может быть человек с таким взглядом круглым идиотом!), или я похожа на ту, кого он знал и, не побоюсь этого слова, любил. Есть, правда, ещё пара вариантов, но про них даже думать страшно — вдруг накаркаю? Вроде предыдущих воплощений моей души и прочих ужасов.

А война и вовсе ничем хорошим не пахнет. Я терпеть не могу не то что войны — обычные бытовые ссоры! А слово "война" — или, как принято говорить сейчас у меня на родине, "вооружённый конфликт", — вызывает массу противоречивых негативных эмоций. Я слишком много прочитала литературы про Великую Отечественную, а ещё у меня очень богатая фантазия, и найти хоть что-то хорошее в этом любимом развлечении хомов сапиенсов мужского пола я не могу. Поэтому согласна: войну нужно остановить, уже хотя бы потому, что я "за мир во всём мире", пусть и, в отличие от движения пацифистов, искренне уверена, что этот самый мир в человеческом обществе может установить только жёсткий тоталитарный режим. Из разряда "не хотите жить мирно — заставим".