Город - Екатерина Береславцева

– Лика любит вкусно поесть…

– А готовить, кстати, она умеет, твоя Лика? – я подхватила здоровенную миску с салатом в одну руку и тарелку с голубцами – в другую.

– А зачем? – улыбнулся он. – Я же умею…

Ужин прошёл на удивление весело и душевно. После выпитого вина Лика расслабилась, стала естественнее и проще, и это её поведение мне понравилось гораздо больше, чем манеры расчётливой бизнес-леди. В ней появился своеобразный шарм, обаяние – столь притягательное, что сразу же стало понятно, почему Вася обратил на неё внимание. Мне даже показалось, что и сама Лика без притворства влюблена в сидящего рядом мужчину, и это обстоятельство перевесило чашу весов в её сторону. А то, что хваткая, – так для замужества самое то, что нужно!

Но оставаться на ночь Лике так и не пришлось. Кто-то позвонил ей, когда старинные напольные часы, радующие прихожую своим присутствием, пробили ровно полночь. Из соседней комнаты, куда Лика убежала поговорить, она выходила собранная и как будто даже протрезвевшая. Деловая маска вновь была натянута на её лицо, только в глазах мелькало что-то такое, чему я не могла дать объяснения. Плакала она там, что ли?

– Васенька, мне нужно срочно бежать! Возникли проблемы у моего сотрудника, и спасти его могу только я!

– Что-то серьёзное? Может быть, нужна моя помощь, Ликуся? – всполошился Вася.

– Нет-нет, я же говорю – я справлюсь сама! Не обижайся, ладно?

Такси прибыло стремительно, не прошло и пяти минут. Это недолгое время Лика провела в ванной комнате и вышла оттуда подкрашенная, ещё более сосредоточенная и с холодным блеском в прекрасных глазах. Васю она поцеловала в щёку, особо растекаться не стала, мне улыбнулась с обещанием ещё как-нибудь встретиться и решительно захлопнула за собой дверь.

Мы с Васей в некоторой растерянности остались стоять в прихожей.

– Что там такого случиться могло, а?

– Не знаю, Вась. Поздно ночью, в выходной день…

– У них ненормированный график!

– Ну если ненормированный… Идём спать, Василий. И не переживай ты так, твоя девушка умеет разруливать неприятности!

– Думаешь? А я теперь мучиться буду, что не настоял, одну отпустил…

– Хочешь мучиться – мучайся, кто ж тебе запретит? А я иду спать! Спокойной ночи, Василий!

– Спокойной, Изольда…

Он остался стоять у двери, но к тому времени, как я вышла из ванной, свет в коридоре оказался потушен. Вот и славно!

Глава 9

Звонок раздался, когда меня уже начало покачивать в мягких объятиях сна. Со страшной мыслью, что стряслось что-то дома, я, даже не взглянув на номер, выхватила из-под подушки телефонную трубку.

– Алло!

– Изольда…

Голос звонившего раздавался словно откуда-то издалека, настолько далёкого, что умом не охватить, не измерить. Он был как облако, туманное и недосягаемое, но в первый же миг я его узнала.

– Матвей!

– Я вас разбудил…

– Нет-нет, я не спала!

– Лукавите, но впрочем, это хорошо… – его улыбка, пройдя сквозь всю Вселенную, предстала предо мной. – Вы очень меня браните, душа моя?

– За что, Матвей?

– За сегодняшний день. Я сам себя ругаю…

– Вы заболели?

– Да будь у меня хоть пневмония с температурой сорок, и то приполз бы, чтобы увидеть вас! Нет-нет, причина в другом… Мне пришлось уехать спозаранку, а телефона вашего я не знал!

– Но теперь же вы звоните…

– Благодаря чьей-то находчивости! В моих руках сейчас послание от вас…

– Ах, да! – Меня бросило в жар. Я совсем забыла о том листке! – Значит, вы уже в Арбузове?

– Конечно, иначе как бы я нашёл записку?

– Но уже так поздно… Вы решили прогуляться перед сном и случайно зашли в наш дворик? Только не говорите о предвидении, я вам всё равно не поверю!

– Изольда, а вы когда-нибудь бродили по ночному городу?

– По ночному городу? – я помолчала. – После выпускного. Мы с одноклассниками до рассвета гуляли.

– Прекрасное воспоминание, но совсем не то. Вы понимаете меня?

– Кажется, да…

– Тогда я жду вас. В нашем дворике. Оденьтесь потеплее…

Телефон затих, а я не могла сдвинуться с места ещё несколько минут. Он ждёт меня. Он не забыл. Не бросил. Сказка продолжается… Матерь Божья!

Из квартиры я выбегала, не помня себя от счастья. Дверь, впрочем, постаралась закрыть как можно тише и ключом не лязгать.

О дороге ничего сказать не могу. Как добралась до назначенного места – не помню, лишь вспоминается удивление тому факту, что путь, который днём обычно занимает полчаса, вдруг сократился вдвое. Наверное, это как-то связано с безлюдностью и сумраком ночным, впрочем, сейчас о такой ерунде мне размышлять не хотелось.

Ещё с улицы я заметила тёмный высокий силуэт с лёгким светящимся нимбом вокруг головы. Конечно, это был не настоящий нимб – позади фигуры проступали очертания фонаря, мерцающий свет от которого и давал такой причудливый эффект. И стоило только человеку сделать шаг вперёд, как тут же картинка из фантастической превратилась в реальную.

– Изольда!

– Матвей…

Он прижал меня к себе – ненадолго, всего на несколько мгновений, – но и этого времени хватило, чтобы ощутить поток жара, от которого полыхнуло всё внутри.

– Я тосковал вдали от вас… И так боялся, что вы меня забудете!

– Я не забыла вас. Как я могла?

– Порой эмоции и страхи не поддаются укрощению… Ну что, идёмте?

– Куда, Матвей?

– Знакомиться с городом. Считайте, что это ваше первое свидание – вчерашнее не считается…

Сколько раз потом ни пыталась я восстановить в памяти ту прогулку, какими бы извилистыми тропами не скользили нити моих воспоминаний, ни одной зацепки, ясной подробности из нашего путешествия перед внутренним вором так и не проявилось. Но ощущение счастья – порой легчайшего, порой сдавливающего голову, как тиски, мне не забыть никогда. Это счастье окутывало меня с ног до головы, путало мысли и проясняло чувства, и не было ему ни края, ни конца. Предела не было.

Город Арбузов вошёл в меня и поселился, раздвинув границы моего существа до невиданных широт и полюсов. Летящая мраморная девушка, лестница, уносящая хаос и дарящая покой, усадьбы с белыми душами вечности, полукружья мостов и арок, ветер, вспугивающий пыль мостовых, – мы стали одним, превратились друг в друга, кожей и кровью переплелись.

Не бойтесь очарования… А я и не понимала, то ли город захватил меня в плен, то ли этот человек, что рядом вышагивал и жаркой ладонью мою ладонь сжимал. Сверкающая ночь объединила всё.

– Изольда, вы понимаете теперь, что мы навечно связаны?

– Я ничего не знаю, Матвей. Ничего…

– Страх пройдёт, и на его место явь опустится. Я