Козырь в рукаве (сборник) - Светлана Алешина

Я бросилась ему на шею.

— Витенька! Ты откуда здесь взялся?

Виктор пожал плечами.

— С тобой все в порядке? — Он отошел на шаг и внимательно осмотрел меня со всех сторон.

— Не знаю, — на меня накатила волна жалости к самой себе. — Столько всего произошло.

Виктор оглянулся на здание.

— Что там? Где Олег?

— Какой Олег? — не поняла я.

— Капитан, — терпеливо уточнил Виктор.

— Он что, с тобой пришел?!

— Скорее наоборот. — Виктор усмехнулся. — Ему помощь требуется?

Я виновато пожала плечами.

— Думаю, да.

— Садись в машину, я быстро. — Виктор поднял и протянул мне ключи. — Да брось ты свою дубинку.

— Черта с два, — я прижала палку к себе, — теперь я всегда буду носить эту штуку с собой.

С улицы к воротам подъехала машина, с шумом остановилась, захлопали дверцы. Виктор схватил меня в охапку, кинулся к входной двери.

— Всем стоять, никому не двигаться! Милиция! — заорали наперебой голоса. — Бросить оружие, руки за голову!

Виктор отпустил меня, медленно развернулся. Я выглянула из-за его плеча, стараясь не делать резких движений, менты — народ непредсказуемый.

Кроме нас, во дворе было всего два человека, но шуму они производили, как если бы их было по меньшей мере дюжина. Оба держали в руках «пушки», направленные, естественно, на нас. Продолжая орать, один из них бросился к Виктору, другой ко мне, оттесняя нас друг от друга.

— Бросить оружие, руки за голову, я сказал!

Мент смотрел на меня в упор стеклянными глазами. Я сообразила, что он имеет в виду мою палку, которую я с перепугу сжимала в поднятой руке. Так и пристрелит невзначай! Я выронила палку.

— Оставьте ее, это заложница.

Пошатываясь и потирая рукой голову, из «аквариума» вышел Бородин.

— Этот со мной, — капитан указал на Виктора. — Отбой, ребята. Вы бы еще завтра приехали.

— Так ведь, товарищ капитан, людей не хватает, — оправдываясь, произнес один. — Вы же в курсе.

Бородин подошел ко мне.

— Хотя вас, возможно, стоило бы изолировать на время, — задумчиво сказал он, — исключительно из гуманных соображений.

На капитанском лбу виднелась внушительных размеров шишка. Я виновато пожала плечами.

— Откуда мне было знать, что вы не один из них? И потом, это не моя работа, — я кивнула на шишку, — вы об пол стукнулись.

— С вашей помощью, — Бородин потер грудь. — Где Бенедиктов?

— Там, — я кивнула на здание, — в подвале.

— Я никого там не видел.

— Он в комнате, — уточнила я, — третья слева по коридору.

Капитан сделал знак коллегам. Те кивнули и скрылись внутри.

— Жив, надеюсь?

Я возмутилась:

— За кого вы меня принимаете? За новоявленную Никиту? Живехонек ваш Беня.

Бородин улыбнулся.

— Я вас принимаю за женщину, которая умеет постоять за себя. А теперь извините, пойду посмотрю, как там ребята справляются.

Виктор взял у меня из рук ключи, открыл машину, оглянулся на ворота.

— Нет проблем, — я вынула связку ключей, найденную у Бени, — думаю, один из них подойдет.

Виктор посмотрел вопросительно.

— Одолжила у одного, — пояснила я.

Я бросила ключи Виктору, а сама нырнула в машину. Из-под сиденья торчал дрожащий хвостик.

— Фимка, Фимочка! Кис, кис, — котенок слабо мяукнул, нерешительно выбрался наружу. — Иди ко мне, маленький.

Фимка издал радостный вопль, прыгнул мне в руки и счастливо заурчал.

Я погладила его, почесала за ушком, приговаривая, какой он умненький и чудный зверек и как я рада, что с ним все в порядке. Почувствовав чей-то взгляд, я подняла голову. Около машины стоял Виктор и с интересом наблюдал за происходящим. Это меня немного смутило, я хотела было сказать что-нибудь циничное, но передумала. Каждый имеет право на сентиментальность, даже главный редактор.

— Вы на чем сюда приехали?

— Я — на такси. — Виктор, как обычно, был лаконичен.

— Машину поведешь? — Виктор кивнул. Я пересела, он сел за руль.

Мне ужасно хотелось узнать новости, на языке вертелось множество вопросов, но, зная немногословность Виктора, на увлекательный и подробный рассказ из его уст рассчитывать не приходилось. На всякий случай я спросила:

— Как в редакции?

— Нормально.

Я не удержалась от улыбки.

— Витя, ты чертовски занимательный собеседник.

Что ж, у меня еще будет возможность устроить кому-нибудь допрос с пристрастием. Например, Бородину. Кстати, любопытно, почему он до сих пор всего-навсего капитан?

О, легок на помине. Из здания вышел Бородин, приблизился к машине. Я опустила боковое стекло.

— Долго жить будете, товарищ капитан, я только что о вас думала.

— Надеюсь, что-то хорошее, — пробормотал тот. — Бенедиктов ушел. Очевидно, через окно на втором этаже, там решетки открываются изнутри.

Я смерила взглядом расстояние от земли до окон второго этажа — метров семь, не меньше. Ну, Беня, прыгун, в натуре. Оклемался, значит. Зря я дверь на задвижку не закрыла, теперь браток у меня в долгу.

— Я на некоторое время с вами распрощаюсь, — сказал Бородин, — служба, но сегодня нам еще обязательно надо будет встретиться. Официально у вас свидетельские показания возьмут, очевидно, завтра, но кое-что хотелось бы уточнить сегодня. Будьте любезны сейчас отправиться в редакцию и никуда не выходить оттуда до шести часов. К этому времени я буду уже у вас.

Еще чего! Потрясающий эгоизм и не менее потрясающая забывчивость!

— У меня другое предложение, уважаемый капитан, — медленно произнесла я.

Бородин посмотрел на меня настороженно. У него был такой вид, как если бы он увидел знак с предупреждением об опасности.

— Сейчас вы сядете в нашу машину…

— Нет, Ольга Юрьевна, — капитан вздохнул и приготовился к пространным объяснениям, почему он вынужден нас покинуть.

— Да, Олег Дмитриевич, — отозвалась я ему в тон, — вы сядете в нашу машину, и мы все вместе, прямо сейчас, — я сделала многозначительную паузу, которая должна была означать, что «сейчас» также вне обсуждений, — поедем к Нине Петровне…

Бородин сделал нетерпеливый жест. Я пристально и сурово посмотрела ему в глаза. Усиленно гипнотизируя капитана, я все это время машинально гладила котенка и, надо полагать, переусердствовала. Фимка укусил меня за ладонь, я ойкнула, легонько шлепнула его по мордочке и, как ни в чем не бывало, снова сделала каменное лицо.

— А по пути, уважаемый Олег Дмитриевич, вы мне многое должны объяснить. Скажем так, у меня к вам есть несколько вопросов, и все они требуют немедленных ответов. Кроме того, вы обещали…

Бородин шутливо поднял руки:

— Все, сдаюсь. Ваша взяла.

Я удовлетворенно кивнула:

— То-то же. И вот стоило так ломаться.

— Теперь я начинаю понимать, как вам удалось уйти от Бенедиктова, — капитан рассмеялся, — вы его наверняка взяли измором.

Я неопределенно пожала плечами.

— Что-то вроде этого.

Бородин извинился, отошел к коллегам, ожидавшим в сторонке дальнейших указаний, быстро с ними о чем-то переговорил. Я в это время объяснила Виктору наш маршрут. Через несколько минут капитан вернулся, сел на заднее сиденье, и мы тронулись в путь.

— Давайте ваши вопросы.

Я закурила, Фимка чихнул, недовольно что-то проворчал на своем кошачьем языке, помотал головой и перебрался на колени к капитану.

— Предатель, — пробурчала я.

— У котов очень чувствительная и чуткая натура, — заметил Бородин, — по крайней мере, они во многих отношениях понимают людей гораздо лучше, чем сами люди друг друга. И что самое ценное, коты в отличие от людей не считают нужным заискивать или лгать. Они никогда не фальшивят в выражении своих чувств кому бы то ни было, поэтому многие люди к ним и тянутся.

Виктор жестом немедленно выразил свое полное согласие с этой одой во славу кошачьих.

— Я тоже считаю, что людям свойственно усложнять жизнь себе и окружающим только потому, что они врут направо и налево без лишней надобности. — Я задумчиво посмотрела на длинный столбик пепла, выросший на сигарете, осторожно стряхнула его в пепельницу. — Скажите мне честно, Олег Дмитриевич…

— А я вас до сих пор ни в чем и не обманывал, — сухо проронил Бородин, — у меня вообще нет привычки говорить неправду, — он подумал и добавил: — Без особой на то необходимости.

— Какие чувствительные люди работают в нашей милиции, — сказала я с сарказмом. — Итак, мой первый вопрос: как там Ирина Сергеева?

— Честно говоря, не знаю, но надеюсь, в полном порядке. Конечно, пролежать столько времени на земле при температуре около нуля — не шутка, да еще с такой дозой наркотиков в крови, но, поверьте, она в хороших руках. Нина Петровна свое дело знает.

— В таком случае как вы объясните сообщение в сегодняшних новостях?