Античные битвы. Том II - Владислав Добрый

были втянуты в бой, а потом внезапно атакованы с неожиданной стороны. Либо расчленены и заперты на невыгодных позициях. А потом методично и жестоко перемолоты.

Короче, толком мы не знаем, что и как там произошло, но все источники сходятся в одном — было жестко. Персы поубивали кучу народа, и похоже даже преследовали бедных греков — македонцы бежали, оставив тела врагу. Я уже упоминал про весьма внимательное отношение к павшим в Греции. Тела убитых очень важно было унести с собой, особенно знатных предводителей. Так что, это очень жесткий косяк для греков вообще и македонцев в частности.

Македонская армия за один день потеряла от пяти до девяти тысяч человек. Больше, чем за все время похода, длившегося уже больше четырех лет. Еще раз, только убитыми от 5 000 до 9 000.

Если бы Александр загрузил своими воинами двадцать железнодорожных составов времен Великой Отечественной Войны, а потом отправил их в пропасть — потери были бы сравнимы.

О тяжести поражения, косвенно, может послужить тот факт, что Александр еще месяц оставался у Персидских Врат, не решаясь на повторный штурм. В конце концов македонцам удалось подкупить или заставить местных показать тропы в горах, по которым может пройти крупный отряд. Александр с гвардией и лучшими войсками обошел Персидские Врата по горным тропам и напал на войска Ариобарзана с тыла. Но персы не сдались и дали бой. Бой был очень упорным. Численное превосходство оказалось на стороне македонцев, но они так и не смогли реализовать его в полней мере, понеся серьезные потери. Более того, значительной части персов удалось прорубить себе путь сквозь греков и они смогли отойти к Персеполю.

И эта битва была тяжелой. Элита греческой армии была серьезно потрёпана. Но персы, пусть и после тяжелого боя, снова бежали. Это подняло боевой дух в армии Александра.

Греков, помимо упорного сопротивления персов, еще и отдельно потрясло то, что среди персидских воинов оказались женщины.

Александр смог, наконец, протолкнуть свою орду через Персидский Проход, вырваться на оперативный простор и двинуться к Персеполю. Занес руку для удара в самое сердце Державы Ахеменидов.

Источники утверждают, что отошедшие от Персидских Врат персидские войска не смогли войти в столицу. Арриан прямо говорит, что местный губернатор Персеполя был «в сношениях» (письменных, разумеется) с Александром и потому закрыл ворота перед персидскими войсками, зато открыл их для Александра.

Политика Александра в Сузах принесла свои плоды — чиновники рассчитывали сохранить свое место, а значит доходы и влияние, просто поменяв хозяина. А может, не последнее место занимала и мысль о том, что не сопротивляясь Александру, они смогут сохранить свои города и их население. Подчинение иноземцу — малая плата за спокойствие, для и без того, весьма пострадавших от постоянных смут, смен власти и гражданских войн, городов империи.

Остатки персидских войск отступившие от Персидских Врат, внезапно, дали стремительно идущим на Персеполь грекам, еще один, последний бой. В абсолютном меньшинстве, без шансов на победу. В этот раз персы не бежали, сражаясь до конца.

Пленных не было.

Что произошло с Ариобарзаном не ясно. Скорее всего он погиб. Либо у Персидских Врат, либо позже, у Персеполя.

Следующие несколько месяцев Александр оставался в Персеполе. Он захватил древнюю столицу с тысячелетней историей. Как утверждает Арриан, только серебра было захвачено 120 000 талантов (примерно 35 тонн), великие храмы и невероятные дворцы принадлежали Александру. Сосредоточение огромных, неисчислимых, невиданных никем из эллинов богатств этой сказочной, невероятно огромной и бесконечно богатой страны держал в руках царь Македонии.

И это не меняло ничего. Война продолжилась.

Царский дворец в Персеполе, реконструкция

Но в то время он был еще и богато декорирован. Золотых унитазов не было, персы же не дикари, но золотые листы в отделке использовались.

Глава 28

Поражение Александра Македонского от таджиков

Александр взял Персеполь. Сердце, мозг и кошелек Державы Ахеменидов. Казалось бы, войне конец — но нет.

Дарий сидел в Мидии и собирал новую армию, Александр сидел в Персеполе и пьянствовал. Если судить по источникам.

Я в этом сомневаюсь. Судя по предыдущим данным, македонский царь, вне всяких сомнений, был личностью деятельной. Хоть и попьянствовать не дурак. К тому же, он был окружен весьма достойными собутыльниками. Поэтому, надо полагать, захватив столицу Державы Ахеменидов, Александр пытался легитимизироваться. Получалось плохо. Опять же, я могу утверждать это только косвенно. Например, источники упоминают короткий поход на город Пасаргады, расположенный неподалеку, где было взято еще 6 000 золотых талантов (156 тонн) добычи. Древние просто похвастались удачной вылазкой, но мы то понимаем — это как сидеть в Москве и вдруг совершить набег на Нижний Новгород, вместо того чтобы, как приличные люди, послать туда налоговую инспекцию. И так и так результат один — грабеж и разорение. Но согласитесь, во втором случае все же предполагается, что ты царь, а не бандит.

Сидел Александр в Персеполе два месяца, ничего не высидел, сжег город и отправился Дария искать.

Там целая драматичная история, как именно он сжег Персеполь — дескать на очередной пьянке, одна из гетер Александра, Таис Афинская, спровоцировала Александра на необдуманные действия. Отомстим, говорит, за греческие города, персидскими тиранами пожженые. Ну и отомстили.

У греков всегда во всем баба виновата.

Это прохладная байка подвергалась сомнениям уже в древности. Александра явно не устраивала сложившаяся ситуация. Зато она полностью устраивала его воинов — ребята награбились так, что дальше просто некуда. Столица персов сожжена — поход «отмщения» окончен. Пора бы и домой?

Но нет.

Уж не знаю как, но Александр снова строит и ведет свою Великую Армию в Мидию, ловить Дария. Дарий хватает казну и бежит. Александр берет конницу и отправляется в погоню. И вот тут, и без того трудная ситуация, становится совсем бесперспективной.

Дария убивают и присылают македонскому царю его голову.

Неудивительно, что Александр расстроился.

Он приказывает похоронить Дария со всеми почестями и, как я уже говорил, пытается породниться с его семьей — но это бесполезно. Бесс, сатрап Бактрии объявляет себя новым царем царей, но по факту его никто уже не признает — вместе с головой Дария упала в пыль и вся привычная вертикаль власти. Персия перестает быть империей, теперь это воюющие провинции.

Александр конечно идет в Бактрию и Согдиану — наказывать и завоевывать. И этот поход быстро превращается в типичную изнурительную войну средних веков, которая может длиться веками.

Бесс опустошает земли на пути Александра, но это не останавливает железную поступь проведших в походах десятилетия завоевателей. А вот Бесс теряет последние крохи легитимности. В конце концов, Птолемей (будущий основатель последней династии фараонов Египта) с крохотным отрядом натыкается на городок, в котором прячется Бесс. И «царя царей» попросту выдают грекам. Бесса пытают, а потом казнят.

Это почти ничего не меняет.

Согдиана, богатая провинция на территории современных Узбекистана, Таджикистана и Афганистана.

Тут есть важный момент — в то время Согдиана действительно развитая, многолюдная, богатая страна. Там множество городов, огромное количество народу, среди которых многие искусные мастера.

Впрочем, если уж вы увидите, где до сих пор полно народу — Узбекистан, Индия, Китай — можете смело подозревать там древний цивилизационный центр. Скорее всего, не ошибетесь.

Просто в те далекие времена интенсивное земледелие еще не так убило почву, и поэтому привычные нам сейчас пустыни Ирака были больше похожи на сплошные зеленые сады. Впрочем, в Узбекистане и сейчас почти каждый клочок земли как минимум засажен плодоносящими деревьями, а то и превращен в огород.

Если ехать из Казахстана в Узбекистан на поезде, то легко определить в какой ты стране, по виду из окна. Как только выжженная монотонная степь сменяется аккуратными квадратиками бесконечных огородов, уходящих за горизонт, значит ты пересек границу и уже в Узбекистане.

А Афганистан сделали Афганистаном монголы, уже в средневековье. Вырезали там население, некому стало поддерживать систему орошения и страна, которую в арабских источниках сравнивали с Райскими садами, превратилась в пустыню.

Короче, Согдиана и Бактрия были вкусными провинциями. Но их действительно пришлось завоевывать.

Раньше воины, с которыми греки столкнулись в Согдиане, представлялись нам так: