Пособие по выживанию - Элен Уайт

— Прямо так и сказала? — уточнил на всякий случай.

— Да, ваше темнейшество.

— Можешь идти, — кивнул ему. Ладно, с женой потом поговорю.

Поговорил. Ой как поговорил. Вот только, похоже, супруга не впечатлилась. Шутка про постель вырвалась сама по себе, но увидев, как мило краснеет жена, я и сам стал сомневаться, что это шутка. Все же она так соблазнительно выглядела!

На пару часов меня отвлек один из советников, прибывший с решением Совета магов по поводу налогообложения. Пришлось вновь засесть в кабинете часа на два. Что они ко мне пристали?! Подумаешь, не слишком высокие налоги, так какая им разница! Моя империя — что хочу, то и делаю. И так мятежи на границе с эльфами стали постоянным явлением, а графство Нормент периодически пытается получить автономию. Счазз! Я уже прямо вижу, как в центре Темной империи со «злым и ужасным правителем» появляется независимый округ.

Похоже, я давно крови не проливал, раз уже в центре империи бунт наметился. Радовало, что хоть тайная служба хорошо сработала — доложили. Нужно нанести визит. Дружественный. Чтобы на всю жизнь запомнили, если выживут, конечно…

Полный кровожадных мыслей, я решил проверить, что наворотила супруга. Нет, я ожидал всего, но не парочки, обнимающейся на диване!

— А что здесь, собственно, происходит? — поднял бровь, пытаясь казаться невозмутимым. Хорошо хоть Фина я знал давно. Этот трус не посмел бы даже глянуть в сторону моей жены. Знал, чем это грозит.

— А ничего, — быстро, слишком быстро отозвалась Элли, отпрянув от парня.

— Вышел, — тихо сказал я, прекратив препираться с женой. Нечего посторонним слушать. Фин сжался, но встал и, поклонившись, почапал к двери. Замер и попытался возразить. Возразить?! Мне?! Это все влияние моей жены. Пагубное влияние. Ну, ничего, я с ним поговорю!

— Плохо слышишь? Уши мешают? — С каждым словом я подходил все ближе, пока не оказался напротив. Парень и так был ниже меня на голову, а сейчас стал просто крошечным и жалким. Защитник нашелся!

— Нет, ваше темнейшее величество, удаляюсь. — Фин смекнул, что пахнет жареным, и скрылся. Жена что-то пробормотала, но я не расслышал, только опустился на диван рядом. Она что-то задумала, и я просто обязан узнать что. Не просто же так она с Фином дружбу водит.

— Ну, милая женушка, сразу во всем покаешься? Или мне придется под пытками выведывать информацию?

— Я ничего не задумала, — быстро ответила Элли.

— Значит, пытки, — с наигранной жалостью сказал ей и тут же улыбнулся. — Что же, этот вариант мне всегда больше нравился, но после применения парочки классических приемов я непременно возвращался к первому варианту!

— Но ведь действительно ничего, — Элли удержала меня за рукав рубашки, — ты сказал, что я могу поменять все, что хочу, в этой комнате, вот я и поменяла!

— Не помню, — пробормотал, прокручивая в голове события утра. Ах да — было. Но не настолько же! Если бы картина на диване не была более шокирующей, чем комната в целом, я бы впечатлился. А так… примерно такого и ожидал. Мелко, дорогая жена, мелко. Даже с масштабами у тебя плохо. Не могла что-то грандиозное придумать, опустилась до мелочей! — Да, точно, говорил.

Еще раз окинул взглядом комнату. Радуга. Ярко, красочно и совершенно не соответствует ни замку, ни самой обитательнице. Стоп, а с чего я решил, что она ей не соответствует?

— И как тебе? — От меня явно ждали возмущения. Разочаровать тебя, жена, — лучшее, что я могу сейчас сделать. Не поможет? Всегда остаются пытки… как запасной вариант.

— Мило, но в своем замке делать подобное я не позволю! — предупредил, пока обороты ремонта не набрали масштаба. Она может жить как угодно, но уродовать замок не дам.

— Это и мой замок! — возмутилась девушка. Алчность? Меня обуяла злость. Нужно про нее побольше узнать. Вдруг все было подстроено?

— Надо же, в девочке проснулась алчность! А может, мое бальное платье на тебе не случайно оказалось? — Я едва не шипел от ярости.

— Да мне такое счастье и даром не надо было! — возмутилась Элли. Правдоподобно, так, что я почти поверил. Но разведать нужно.

— Девочка, не дерзи и не забывай, с кем ты разговариваешь. Я могу сделать угрозы реальностью, — предупредил и пошел к выходу, обернулся на полпути: — Сегодня вечером ко мне один граф заявится. Подбери что-нибудь подобающее для торжественного ужина, хотя нет, я сам тебе кое-что подберу. Со вкусом у тебя и вправду беда — лишний раз заходить сюда не хочется! — не удержался я.

— Я сама могу выбрать себе наряд! — возмутилась супруга. Надо же, ее права ущемляют. То ли еще будет!

«Она у меня по стойке „смирно“ будет ходить!» — думал я тогда, еще не зная, как ошибался.

— Нет.

— Значит, я никуда не пойду. — Еще и руки на груди сложила. Только надутых губ обиженной девочки не хватает. Я едва не фыркнул от этой картины.

— Как знаешь! Можешь не идти. На этом прощаюсь — дела! — Я открыл дверь. На пальцах жены образовался огонек. Похоже, кто-то пребывал в большей степени злости, чем хотел показать. Чудно!

— Будет хорошо, если ты случайно сожжешь все это, или это сделаю я. — Кивнул в сторону шкафа. Мне определенно нравилось злить жену и смотреть за ее слабыми попытками меня одурачить.

— Только через мой труп! — предупредила она, едва не рыча от злости, а огонек на пальцах начал расти.

— Могу исполнить последнее желание, — улыбнулся ей.

— Ляжешь в гроб вместе со мной? — мрачно уточнила Элли, но ход ее мыслей мне определенно понравился.

— Дорогая, у тебя все мысли к постели сводятся! Лягу, но не в гроб. — Моя улыбка стала обольстительной, а девушка залилась краской.

— Извращенец! — фыркнула супруга, запустив в меня фаерболом. Ей еще тренироваться и тренироваться. Рассмеявшись, прикрыл дверь и пошел разбираться с делами.

Спровадить советника удалось только через час, да и то после обещания просмотреть все бумаги завтра еще раз.

«Конечно, завтра!» — заверил я его. Обязательно! Тем более что завтра я собирался проведать мятежный округ. Но пусть поищет! Нет, если бы это было серьезным делом, я бы читал, но Андреас, как всегда, перегибал палку в своей скрупулезности.

Не забыл я и про Элли. Приказал экономке выбрать и купить закрытое черное платье до пола и отнести жене. Если хочет присутствовать на ужине, пусть надевает, а если это не соответствует ее тонкому вкусу, то может не идти. Хуже от этого никому не будет.