Три желания на двоих - Лена Лорен

class="p1">— В игровой, — быстро отвечает, подавляя смешки. — Давай я провожу тебя.

— Не нужно! Не потеряюсь!

Как только нахожу игровую комнату, я без раздумий и без стука само собой врываюсь в неё. Красный цвет, воцарившийся в помещении от рабочих игровых автоматов, наводит на меня липкий страх. В глазах всё сливается: красный пол, красные стены, даже за окном я наблюдаю красное мрачное небо. Мне приходится сфокусироваться, прежде чем в комнате я замечаю его.

Этот индюк сидит на том же стуле, ровно на том же месте, где я видела его в последний раз. Отличие его лишь во внешнем виде: мистер Вульф, облачившись в пижамные штаны, явился сюда сразу после душа, раз с его волос по груди скатываются мерцающие капельки воды.

— Полностью одеться было не судьба? — нагло закатываю глаза на его персону. — Никак гости к тебе пожаловали!

Закинув ногу на ногу и почёсывая свой подбородок с короткой щетиной, он пробегается по мне взглядом, от которого моментально становится неуютно. И это ещё мало сказано.

— В этом доме ты не гостья, но я, смотрю, ты сама не особо заморачивалась. Так ведь, цыплёнок? — поигрывает бровями и с косой ухмылкой отвечает, указывая на пижаму, отчего мои щёки начинают болезненно жечь от неловкого смущения.

Я не гостья… Интересно, кто же я для него… Жертва? Игрушка? Мишень?

— Я танцую и на этом прощаемся. Пообещай, что ты отстанешь от меня раз и навсегда!

— Увы, пока я не могу этого сделать.

— Почему же?

— Потому что ты ещё даже не начала. Задай мне этот вопрос после того, как управишься, — произносит он, словами предоставив надежду, но его взгляд говорит об обратном.

Кровожадный взгляд ясно даёт понять, что легко мне от него не отделаться.

Глава 18d

Двинув ногой, закрываю дверь и нехотя подхожу поближе к Вульфу.  В расслабленной позе он сейчас сидит на стуле, плотно прислонившись к спинке. Я останавливаюсь в трёх шагах от него, нарочно оставляя дистанцию, чтобы не дай бог не распускал свои лапы.

Судорожно роюсь в своей памяти, вспоминая отрывки из любимых фильмов. Я ищу в них хотя бы намёки на сцены с содержанием эротического танца, но в итоге прихожу к выводу, что все те фильмы, которые мне по вкусу, не имеют сексуального подтекста.

Ну какая из Золушки и Малифисенты стриптизёрша?

Вспомнить бы, когда я в последний раз просто стояла на танцполе, не говоря уже о том, чтобы отплясывать на нём. Кажется, это было… Никогда… Танцую я исключительно дома за уборкой или перед зеркалом, поэтому с уверенностью могу сказать, что вряд ли мой танец можно будет назвать сексуальным. Скорее унывным, но мне как-то всё равно.

Вперившись взглядом в бесстыжие глаза Вульфа, в которых отражаются все оттенки красного, подобно адскому пожару, я на полусогнутых ногах начинаю вилять своими бёдрами, выписывая ими знак бесконечности. Вульф пристально смотрит на меня, но на лице его не отображается ни единой эмоции. Мои догадки подтверждаются в первую же минуту. Я привожу его в состояние уныния.

Печальное зрелище, должно быть.

Прикрываю глаза, чтобы не видеть его перед собой, и пытаюсь обмануть своё воображение мыслью о том, что я совершенно одна. Стою у зеркала в своей комнате, в которой звучит приятная музыка и никакого Вульфа в помине не существует. Но разум не провести. Воображение и моя богатая ныне фантазия совершенно не справляются с такой весьма непростой задачей. Ситуация сковывает меня до судорог в пальцах, как бы я ни старалась подстроиться под неё. Я знаю, что именно нужно делать для того, чтобы казаться хоть капельку сексуальной, но ни в какую не могу подчинить своё тело сознанию.

— Может, музыку включишь? — открыв глаза, неуверенно произношу. —  Я так не могу.

Вульф молча извлекает телефон из кармана. Пара нажатий на экран, и из динамиков доносятся первые звуки песни A Little Death by The Neighbourhood. Не так громко, как хотелось бы, но это уже что-то. Она хоть немного заглушает моё неугомонное сердце, которое грохочет, мешая мне подстроиться под такт.

— Александра, тебе сейчас же нужно расслабиться, — его безучастный взгляд сканирует меня от макушки до пят.

Либо ему действительно пофиг на меня, либо он хороший актёр.

— Не могу я расслабиться, когда ты находишься рядом. Тебе придётся смириться с этим и на большее не рассчитывать.

Вульф скидывает ногу с колена и расправляет плечи.

— Раздевайся, — командует он, ожидая сиюминутного повиновения, но чёрта с два.

— Разбежалась! — прикладываю ладони к своим причинным местам. — У меня под пижамой вообще-то ничего нет.

Клянусь, я видела, как сверкнули его глаза, подобно кристаллам на солнечном свету.

— Тем и лучше, мармеладка! Пора бы уже избавиться от этой, — махнув рукой, указывает на мою пижаму, — этой… хренотени. Кто такое носит вообще?

— Я ношу такое. Разве этого недостаточно? И я не стану раздеваться, — оцепенев, издаю полушёпотом.

Кажется, я начинаю различать эмоции на роже Вульфа. И как я сразу не заметила, что ему доставляет удовольствие вся эта ситуация? Просто пока он старается искусно скрывать свою истинную реакцию на происходящее за маской равнодушия.

— Хорошо, тогда просто подойди ближе, — доверия его слова не вызывают, тем не менее я подхожу к нему. Очень близко, почти соприкасаясь своим коленом о его. — А теперь присядь, — хлопает он по своим бёдрам. — Не бойся, Александра. Вряд ли я укушу тебя, — с усилием сглатываю, мечтая сорваться с места и бежать сломя голову, но реальность обрушивается на меня, давая понять, что свой дом нужно отвоёвывать любыми способами.

Делаю глубокий вдох и медленно разворачиваюсь к нему спиной. Я чувствую, как начинают дрожать мои конечности. Выдох — и я, наконец, присаживаюсь ему на колени. Я стараюсь удерживать вес на ногах, боясь упереться задницей, куда не следовало бы.

— Что я там говорил? Не укушу? Боюсь, что я обманул тебя, — произносит он на ухо, электризуя собой пространство между нами.

Он обвивает меня руками и вдавливает в свою твёрдую грудь, отчего я дёргаюсь, но это не спасает. Он только сильнее сковывает меня в кольце своих рук, лишая лёгкие воздуха.

Мамочки.

— Можно обойтись как-то без рук? — дрожит мой голос.

— Ещё минуту назад я даже не думал об этом, но сейчас это оказалось просто невозможно, — делает он то, о чём обмолвился с пару секунд назад — кусает за мочку уха.

Подпрыгнув на нём, я непроизвольно вскрикиваю.

— Больно же!

— Говорю же, тебе нужно просто