Мастер меча - Дэвид Чейни

Йоши попытался проглотить слюну, но рот его был сух, как земля знойным летом. Он вспомнил: вечером князь Фумио ушел к Нии-Доно. Значит, дядя в безопасности. Но Нами! И матушка! Амида, помоги им, защити от страданий! Йоши продвинулся вперед, держа меч наготове, и опять замер. Нет! Он не станет убивать! Он не причинит вреда гнусному поджигателю. Йоши обезоружит его, возьмет в плен, но оставит в живых, чтобы узнать, что сталось с Нами, с матерью, со слугами. Убивать монаха – значит потерять единственный источник сведений о них.

Йоши легко перепрыгнул через кучу пепла. Монах понял, что он не один, и резко наклонился вперед, поворачиваясь, чтобы вынуть меч. Он обладал великолепной реакцией: меч очутился в его руке раньше, чем монах закончил разворот. Йоши прочел во взгляде врага ненависть. Лицо монаха было ему знакомо: бледное, одутловатое, обрамленное китайскими усами с бородкой. Медлить было нельзя.

Йоши направил в голову противника проверочный выпад. Как он и ожидал, клинок его был легко отбит. Монах умело нанес ответный удар, заставив Йоши отступить. Потом монах прорычал имя Йоши и навязал ему комбинацию атакующих выпадов, которую мастер меча легко заблокировал.

– Не помнишь меня, Йоши-деревенщина? – прошипел противник, отступая.

Йоши никто не называл деревенщиной с детских лет, со времени обучения в Конфуцианской школе. Йоши напряг память.

– Цадамаса? – неуверенно спросил он. Монах тяжело дышал. Его рот полуоткрылся, глаза налились кровью.

– Раньше Цадамаса, теперь Канген, монах-воин храма Энряку-дзи, – выдохнул противник.

– Значит, Канген. Теперь я вспомнил тебя: ты дразнил меня, когда я был ребенком. Чего ты хочешь от меня теперь? Что ты сделал с моей семьей?

Канген не ответил. Он собрался с силами и злобно атаковал, тесня Йоши к двери. Тут мастеру боя ударил в нос запах дыма. Его сознание разделилось на две части: одна следила за клинком врага, другая искала источник запаха. Есть! Огонь, который, казалось, потух, лизал кучу мусора, временами вспыхивал и вновь угасал. Если Йоши не кончит эту схватку быстро, займется все здание.

– Хватит, Канген, – холодно произнес мастер боя, прыгнув на белую фигуру, Кисть сенсея работала так быстро, что на месте клинка образовался белый свистящий полукруг.

Канген парировал несколько ударов и отступил к стене. Дальше отходить было некуда, монах стал вращать мечом, защищаясь в стиле «мельница». Йоши встал на границе досягаемости, пропустил три оборота клинка, потом в какую-то долю секунды неуловимым движением ухватил врага за запястье и, вывернув ему руку, обезоружил его.

Канген, удивленно открыв рот, следил за своим мечом, который, крутясь колесом, пролетел по комнате и упал в темном углу. В тот же миг короткий клинок Йоши был приставлен к его горлу. Лезвие рассекло кожу врага ровно настолько, чтобы на дымчатой поверхности стали появились несколько алых капелек.

– Пожалуйста, сохрани мне жизнь, – заговорил монах, и страх исказил его лицо. – Я скажу тебе, куда отправили твоих близких. Прошу тебя!

Слеза выкатилась из круглого, словно пуговица, глаза и исчезла в складках одутловатой щеки. Колени Кангена подкосились.

Глава 15

В зале для медитации маленькой часовни, притулившейся на задворках гигантского комплекса Энря-ку-дзи, шла тайная беседа.

– Сможет ли Канген его обмануть? – спросил великан Дзёдзи. – Когда человеку сопутствуют духи…

Священник Теме резко оборвал монаха:

– Чепуха! Не строй из себя идиота: Йоши человек, ни больше и ни меньше. Умелый воин, он имеет те же слабости, что и мы все. Не говори мне больше о волшебстве и чарах.

– Так-то оно так, – пробормотал Дзёдзи. – Но все же он так удачлив.

– Кончилось его счастье. Мой план сработает. Муку, монах из крестьян, проворчал:

– Куда бы лучше было устроить засаду в доме Фумио. Твой план слишком сложен. С чего ты взял, что он потащится сюда?

– Муку, как бойца я тебя ценю, но думать предоставь мне. Я изучил Йоши. Он не убьет Кангена. Его любовь сильнее желания мстить. Я приказал Кангену убить Йоши. Теме пожевал губами и продолжил: – Если он сделает это, мы отпустим заложников. Если Канген будет побежден, Йоши заставит его говорить. Канген будет юлить до тех пор, пока не почувствует настоящую угрозу. Тогда он выложит все. И Йоши явится сюда».

– Когда же? – спросил Дзёдзи.

– Думаю, не позже, чем через час.

– А если он дождется дня?

– Тем лучше. Мы не обязаны демонстрировать мужество, как самураи. Как только Йоши минует рощу, он будет виден из храма, я ударю в колокол и десять лучников поразят цель.

– Скажи еще, – попросил Муку, – почему ты так уверен, что он полезет под наши стрелы?

– Он будет взбешен и потеряет контроль. Он посчитает, что монахи – несерьезные противники. Как человек прямодушный и честный воин, он бросит нам вызов и встанет против нас с мечом в руке.

– А если он проникнет в храм раньше, чем лучники заметят его?

– Я не дурак. По всем дорогам рыщут наши люди. Они будут сообщать о его продвижении криком совы.

– Значит, неудачи быть не может? – Дзёдзи нервно сжимал огромные кулаки. Мысли о сверхъестественных возможностях Йоши не покидали гиганта.

Теме покачал головой и, скрывая раздражение, твердо произнес:

– Неудачи быть не может.

Несмотря на уверенный вид, Теме нервничал не меньше Дзёдзи. Он смотрел на угрюмое лицо бородача Муку и завидовал этому лишенному воображения крестьянину с грубой душой. Конечно, все пройдет хорошо. Но… почему у него так щемит под ложечкой?

Священник проинспектировал свой замысел, Он великолепен. Теме изучил характер и прошлое Йоши. Он знал, как тот будет действовать. Теме представил себе, как Йоши в эту минуту, пришпоривая лошадь, взбирается по крутому склону горы Хией, продвигаясь так быстро, как позволяет влажная почва. Он рядом. Он будет здесь самое позднее через час.

Теме то и дело стискивал пальцами рукоять меча. Священники-воины были больше монахами, чем бойцами, и с большим удовольствием изучали сутры, чем сражались. Сам он никогда лично не участвовал в операциях уничтожения.

Теме передернул плечами, прогоняя тревогу. Что ж, пусть сражаются сохеи, он будет наблюдать.

Священник загляделся на первую узкую полосу света над горизонтом. Стоя у ворот храма, он любовался великолепной панорамой, раскрывавшейся перед ним. Ему видны были северо-восточные леса округа, и равнины, и озеро Бива за ними, и все пространство за озером до далеких гор.

Храмовые постройки возвышались над крутым обрывом. Дорога из Киото вела через лес криптомерии. Среди этих деревьев по бокам дороги прятались соглядатаи. Когда Йоши появится, каждый из них, заметив его, криком совы подаст сигнал соседу. Непосредственно к храму ведет узкая лестница. Она выходит на окруженную лесом поляну. Здесь и укрываются лучники.

Йоши сойдет с лошади, взбежит по ступеням. Тут ударит колокол, свистнут стрелы…

Вдалеке прозвучал крик совы!

Сердце священника забилось быстрее. Он кинул взгляд на место действия. Лучшего времени для операции нельзя было желать: света ровно столько, что он с трудом мог рассмотреть расплывчатые белые фигуры. Они были готовы.

Еще один крик совы, на этот раз ближе. Йоши двигался быстро.

– Он приближается, – сказал Теме, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Помолимся, братья, помолимся, – боязливо произнес Дзёдзи.

Муку с отвращением взглянул на великана.

– Пусть этот хвастун явится, – проворчал он. – Я не боюсь. Если лучники промахнутся, я покажу, на что способен.

Крик совы прозвучал с края поляны. Свет, отражавшийся от облаков, сиял на поверхности озера Бива. Лес шелестел ветерком. Стали видны хребты далеких гор. Скоро должно было совсем рассвести, и стоявший в воздухе аромат предвещал чудесный весенний день.

Прекрасное утро для смерти, подумал Теме, когда из-за деревьев показалась фигура человека, неуклюже бегущего к храму. Он облачен в доспехи… как будто это может защитить от стрел. На голове защитный шлем, темно-синий плащ развевается за спиной. В слабом утреннем свете Теме показалось, что он различает герб Минамото.

Священник ударил в колокол.

Двадцать стрел поразили одну цель. Некоторые отскочили от доспехов, другие пробили их и вонзились в тело с характерным чмокающим звуком. Стрелки вновь натянули луки и дали еще залп. Синий плащ опал, словно мяч, из которого выпустили воздух, и бежавший рухнул на землю, весь утыканный стрелами, дрожащими, как иглы дикобраза.

Муку что-то разочарованно проворчал.

– Возблагодарим Будду, – прошептал Дзёдзи. – Я ни минуты не сомневался в успехе.

– Он мертв. Наш долг исполнен, – торжественно произнес Теме.

Глава 16

Йоши забрал в руку изрядный кусок белого плаща и скрутил его в кулаке, не давая Кангену упасть.

– Говори, – его голос казался еще ужаснее оттого, что звучал спокойно.