Страстное искусство. Женщины на картинах Ван Гога, Рериха, Пикассо - Кристина О‘Крейн

лицо матадора в верхней части композиции, а вот черты быка весьма условны в картине, да и лошади не видно. В отношениях с Евой, о которых мы расскажем подробнее чуть позже, не было борьбы, и жертва тоже была не нужна. Пикадор правил естественно, ему не нужно было никого побеждать. А в картине 1922 года, когда в отношениях с женой Ольгой Хохловой появился раскол, Пикассо пишет «Корриду» с умирающим матадором. Чтобы не умереть окончательно, он находит вдохновение в Саре Мерфи, а с 1927 года в Марии-Терезе Вальтер.

Пабло Пикассо. Поцелуй. 1925. Музей Пикассо, Париж

Пабло Пикассо. Танец (три танцора, три танцовщицы). 1925. Британская галерея Тейт, Лондон

За два года до встречи с новой 17-летней возлюбленной Пабло пишет картину «Поцелуй» так, как будто это выражение любви двух людоедов. Вроде бы и страсть есть, но она уже переходит во взаимное пожирание. Период неоклассицизма заканчивается, и, творчество Пабло приходит сюрреализм.

Когда Ольга Хохлова увидела сюрреалистическую картину «Три танцора», она пришла в ярость. Как когда-то для русских философов, для нее эта картина была оскорблением в лучших чувствах любви к балету. Она предпочитала академический стиль в живописи, и крупнейшему новатору в искусстве приходилось все годы совместной жизни с Хохловой сдерживать себя. Правда, благодаря Ольге мы имеем удовольствие созерцать картины Пикассо в классическом стиле.

Пабло Пикассо. Портрет Ольги в кресле. 1917. Музей Пикассо, Париж

Пабло Пикассо. Ольга Хохлова в мантилье. 1917. Музей Пикассо, Малага

Пабло Пикассо. Ольга Пикассо. 1923. Частная коллекция

Пабло Пикассо. Женщина в кресле. 1927. Фонд Бейелер, Риен

Пабло Пикассо. Натюрморт. 1927. Музей искусств округа Лос-Анджелес

Находясь в браке, Пикассо не мог открыто выражать в живописи свои чувства к Марии-Терезе. Поэтому он вписывал ее фигуру в натюрморт с гитарой (Натюрморт) или писал женщину в кресле так, чтобы никто никогда не узнал, кто ему позировал в этот момент. Этот прием Пабло использовал и раньше, когда влюбился в Еву Гуэль, находясь в отношениях со своей постоянной спутницей и натурщицей Фернандой Оливье. Интересно сравнить два похожих по цветовой гамме натюрморта 1920 и 1927 годов (Ваза для фруктов и гитара). В более поздней работе предметы натюрморта находятся в непосредственной близости. В них есть что-то общее, их окружают объединяющие линии. Тогда как в более ранней работе предметы находятся на почтительном расстоянии, их линии не перетекают друг в друга. Их объединяет общий стол, но на нем каждый занимает свое, отведенное ему место.

Ежегодно летом Пикассо с Ольгой и их маленьким Пауло отдыхали на море, на Лазурном Берегу. И в 1927 году, после большой выставки работ Пикассо в галерее Розенберга, тоже. Прошло уже полгода, как Пикассо встретил Марию-Терезу, и это была пора самых волнующих тайных свиданий. Мадмуазель Вальтер вспоминала, что это было время сплошных поцелуев, ревности и объятий. Фантастические фигуры купальщиц, написанные Пабло в 1927–1928 годах, связаны с его тайной любовью к Марии-Терезе (Композиция). Некоторые из них сохраняют антропоморфность, другие просто передают образы половых признаков. Известно даже высказывание Пикассо о том, что у него есть глаз на конце пениса. Иногда Ольга и Мария-Тереза появляются на одном полотне одновременно.

Пабло Пикассо. Ваза для фруктов и гитара. 1927

Пабло Пикассо. Композиция (женская фигура на пляже). 1927 ($1,4 млн). Частная коллекция

Пабло Пикассо. Купальщица, открывающая кабинку. 1928. Музей Пикассо, Париж

Пабло Пикассо. Сон. 1932 ($155,0 млн). Частная коллекция

Дом Пикассо в Буажелу, 1930-е. Фото – Брассай

Часто на картинах этого периода купальщица держит ключ. Этим ключом она открывает и сердце горячего испанца, и дверь коттеджа (Купальщица, открывающая кабинку), который Пикассо снимает рядом с летним лагерем, куда направилась Мария-Тереза и где неподалеку отдыхал он сам с Ольгой и маленьким Пауло (Пауло на ослике, Сын художника в костюме Арлекина).

В 1930 году Пикассо купил замок в деревушке Буажелу под Парижем, где собирался поселить Марию-Терезу. Этого не случилось. Но там были скульптурные мастерские Пикассо, и именно там он создал наиболее яркие портреты возлюбленной. Обратите внимание на очень нежный и чувственный портрет Марии-Терезы «Сон» («Мечта»). Один из самых знаменитых того времени. Здесь как раз голова девушки написана как будто рассеченной. Фотограф Брассай, с которым Пабло связывала многолетняя дружба, создал целый цикл фоторабот, где Буажелу. Сегодня в бывших мастерских Пикассо – небольшой музей, L’Atelier du sculpteur.

Пабло Пикассо. Сюита Воллара (009). Изнасилование. 1931. Оттиски находятся в Национальной галерее Австралии, Канберра, Музей Людвига, Лондон

Пабло Пикассо. Сюита Воллара (049). Изнасилование. 1933. Оттиски находятся в Национальной галерее Австралии, Канберра, Музее Людвига, Лондон

Мария-Тереза была необходима Пикассо как воздух. На протяжении почти десяти лет наиболее активной стадии их романа они много времени проводили вместе. Зачастую гуляли в парке, ходили в цирк с его шестилетним сыном Пауло. Мария была очень спортивной девушкой: любила плавание, лодки и каяк. А в вопросах интимной близости была очень раскрепощенной. Пикассо стал для нее проводником в мир реализации его сексуальных фантазий, имеющих садомазохистские наклонности. Последние вызывали у Марии-Терезы смех, который Пабло весьма расстраивал. Часто девушка должна была плакать, чтобы исполнить волю художника. Позднее она вспоминала эти слезы как часть произведений искусства, которые создавал Пикассо. В лице Марии-Терезы Пикассо нашел ту самую жертву, с помощью которой он мог выпустить внутреннего монстра. Пабло не воспринимал девушку как свою вторую жену, а видел в ней младшую сестру или даже дочь, с которой вступал в преступную связь.

Мария-Тереза вспоминала, что, имея садистские наклонности, Пикассо не испытывал удовольствия от причинения физической боли, хотя и создал несколько гравюр с недвусмысленным названием «Изнасилование», он жаждал полного подчинения и психологического превосходства. В творчестве это выражалось в том, что, изображая себя и Марию-Терезу в виде монограммы, он показал латинскую букву «Р» гораздо большего размера. А провокационные гравюры вошли в большую серию «Сюита Воллара» по имени коллекционера и арт-дилера