Принц на черном джипе - Наталья Гладышева

— Что вы себе позволяете?! — тут же завелась только-только успокоившаяся девчонка и рванулась из захвата.

— А теперь посмотри сюда, — мужчина достал из кармана зеркальце и поднес к лицу Татьяны.

— Что это? — с трудом произнесла девушка, не в силах отвести взгляд от смутного отражения своего лица в зеркальце.

Ее глаза мерцали золотыми, пляшущими в зрачках, искрами в полутьме, пугая этими нечеловеческими проблесками.

— Ты, — ответил Серега и убрал зеркальце в карман.

— Но как? — Таня все никак не могла поверить, что это действительно были ее глаза и ее лицо в отражении.

— И ты мне говоришь, что дара нет? — изумленно покачал головой Сергей. — Мой тебе совет, лучше контролируй эмоции, иначе сила раньше или позже вырвется из-под контроля. И не ты будешь управлять ею, а она начнет тобой. Понимаешь, дар, это и не дар вовсе, а скорее проклятье… Сколько тех, кто пытается заработать на нем деньги? Не сосчитать. Но волшебство не любит меркантильных побуждений и радений о своей шкуре. Если ты поставишь все это во главе угла, ты рискуешь остаться без дара. Одно дело, когда ты используешь его себе во благо для того, чтобы выжить… И другое, если для того, чтобы получать от жизни плюшки и денежный доход. Я пытаюсь предостеречь тебя. Не знаю зачем. Может, вспомнилось мне то, каким я глупым и наивным когда-то был, поняв какую силу имею? И не хочется того, чтобы ты повторила мой путь? Не знаю. И знать не хочу. А просто предостерегаю… Будь осторожна… Сила кружит голову вседозволенностью и так же легко и быстро истаивает, стоит использовать ее не по назначению. Во зло ли, в добро ли ты ее будешь употреблять, решать тебе. Какой путь выберешь, я тоже не знаю. Для каждого это свой путь, свой выбор. И сколько я ни пытайся наставить тебя на путь истинный, если ты сама не переживешь все, не набьешь шишки…

— Вы хотите сказать, что сейчас совершаете бесполезный поступок? — вычленила из этого сумбура основное Татьяна.

— Ты все верно поняла. Но не попытаться я не мог. Ты еще очень юна… и мне не хотелось бы, чтобы ты совершила такие же ошибки, которые совершали до тебя, и будут совершать после тебя люди с даром.

— Спасибо за предостережение, — серьезно ответила Таня. — Но я все равно не могу никак поверить в то, что какая-никакая сила во мне есть. Просто не могу и все. В моей семье не было никогда и никого с подобным даром. Ни знахарей, ни ведьм, ни колдунов… Никого, кто мог бы передать мне дар по наследству. Он же не мог взяться откуда-то из воздуха?

— А ты лучше вспомни о том, что когда-то и откуда-то он взялся в тех семьях, в которых передается из поколения в поколение. И задумайся, откуда он взялся там? Кто-то когда-то выступил родоначальником таких династий… — Сергей замолчал, задумавшись о чем-то своем.

— А вы можете научить меня пользоваться этим даром? — нерешительно спросила девушка и тоже замолкла, почувствовав, угадав, что это предложение собеседнику не понравилось.

— Нет! — как-то слишком резко и поспешно ответил Сергей Иваныч и поднялся с лавочки. — Мне вообще не свойственно лезть в дела ближних моих… Живи как хочешь. Я сделал то, что даже и не собирался делать… Большего я взваливать на себя не собираюсь. Ты знаешь, что дар есть… Все о ритуалах и прочих колдовских прибамбасах ты можешь вытянуть из интернета. А как ты будешь фильтровать информацию, зная, что дар использованный не во благо тает… Это уже решать тебе. Использование силы требует особой ответственности и взрослого подхода. И подстелить тебе соломки, чтобы ты взрослела без шишек… За это я точно не возьмусь. Запомни одно… Каждый, кто владеет даром, по сути своей одиночка. Будут и те, кто станет подставлять тебе подножки… Будут те, кто попытается отнять силу… Много чего будет. Но учиться ты будешь на своей шкуре. Все болячки, все удары, все порезы и царапины переживешь по полной. Иначе не узнаешь цену дару, иначе не сможешь избавиться от звездной болезни…

— Вы не правы, — спокойно ответила девушка, не глядя на собеседника. Голос ее звучал глухо, смотрела она на сложенные на коленках руки, но каждое ее слово врезалось в мозг, словно ножом по живому проходилось. — Сила дается, я думаю, не для того, чтобы мы становились одиночками и изгоями… И не для того, чтобы ломать себя через боль… Я еще ничего не знаю и, наверное, могу ошибаться… Но пока, я понимаю одно… Если бы были те, кто готов был бы поддержать друг друга и использовать свой дар для того, чтобы помочь освоиться в новом волшебном и трудном мире другому… Возможно, гораздо меньше было бы тех, кто пытался бы подставить подножку, отнять дар… Если бросать друг друга в самый тяжелый момент без поддержки… Если как щенят в реку, чтобы сами как могли учились плавать… Выплывешь, флаг тебе в руки. Не выплывешь… и не надо. Сдохни… Зачем тогда люди вообще заводят детей? Заботятся о них? Учат жить? Занимаются бесполезной работой, так выходит по-вашему? Что ж они сразу не бросают всех детей сразу после рождения? И не наблюдают со стороны, выживет или нет… Должны быть какие-то общечеловеческие ценности, понятия, мораль, в конце концов. Получается, что если у тебя есть дар, то ты дерьмо по определению, с которым изначально не стоит возиться? Неужели все люди с даром думают так, как вы? Неужели все видят в подобных себе соперников у кормушки? Я в это просто не верю… Это вам просто не повезло. Вас, окружали, наверное очень плохие люди, вот вы и решили, что все вокруг плохие и хороших нет… Но вы не правы, слышите?! Хорошие люди есть!

— Юношеский максимализм, — процедил сквозь зубы мужчина. — Долго ты с ним не проживешь. Или сама розовые очки выбросишь, или помогут это сделать. Люди по своей сути — скоты. Им начхать что там у тебя внутри, детка. Они сожрут тебя не задумываясь, что бы ты по этому поводу там не считала. Знаешь, я видел таких как ты… Пусть и без дара… Все такие правильные, верящие в светлое, человечное. Только эти люди либо остаются в одиночестве, изгоями, никому не нужными… Без денег и средств к существованию, потому как совесть не позволяет им жить как многие — за чужой счет. Либо же очень быстро учатся у других подставлять, предавать и тащить все то, что плохо лежит. И чаще мне встречался второй вариант. Жизнь жестока… И я готов поспорить с тобой на что угодно, что через два года, когда я найду тебя… А я найду, чтобы доказать свою правоту, ты будешь такой же дрянью как и другие. Тебя будут влечь и власть, и деньги… И вся твоя чистота и правильность закончатся очень быстро.

— Почему вам так нравится плохо думать о других? — Таня все так же смотрела на сложенные руки, чтобы мужчина не мог увидеть жалость в ее глазах, пусть и становилось все темнее и темнее, но молнии продолжали сверкать, а гром греметь… И в такой момент Сергей Иваныч вполне мог углядеть и выражение ее лица, и глаз… И очень не обрадоваться этому. — Неужели так проще жить? Ведь если все вокруг плохие, их не нужно уважать, ценить, любить… И они не смогут причинить боли. Я права?