Час перед рассветом - Татьяна Корсакова

— Какой, к черту, генератор! Если тут у нас выбило пробки, то могу себе представить, что творилось в лесу. Светопреставление! — Ангелина раздраженно топнула ногой. — Степа, ты что, дурак? — вдруг спросила она.

— Почему дурак? — Туча начал покрываться нездоровым румянцем.

— Потому что только конченый дурак может гулять в грозу по лесу!

— Ангел мой, а с чего ты решила, что мы гуляли по лесу? — Гальяно попытался взять удар на себя, но у него ничего не вышло.

— Я не твой ангел, — отчеканила Ангелина. — Я вон его ангел, — она снова ткнула Тучу пальцем в грудь. — Машины ваши все на месте, а вас нету. Что еще я должна была подумать?!

— Все нормально. — Туча снова попытался обнять девушку за плечи и снова в последний момент убрал руку. Точно обжегся.

— Я, между прочим, волновалась, — сказала Ангелина уже спокойно. — У меня, если хотите знать, одноклассника вот так убило. Пошел в лес во время грозы, спрятался под деревом, а его молнией…

— Мы не прятались под деревом, — сказал Туча растерянно.

— Да, вы копали траншеи! — Ангелина бросила брезгливый взгляд на бурую от грязи рубашку Гальяно.

Тот в ответ виновато пожал плечами.

— Непредвиденные обстоятельства, мой ангел!

— Я уже говорила, я не твой ангел, — фыркнула она и, посчитав разговор исчерпанным, направилась к дому.

Шла она неспешно, выверенно покачивая бедрами, аккуратно обходя оставшиеся после дождя лужи. Наверное, ждала, что Туча бросится ее догонять. Туча хотел, по лицу было видно, но не стал. Вздохнул, посмотрел на них чуть смущенно.

— Вообще-то она хорошая, — сказал шепотом, — только вот такая… темпераментная.

— Была у меня одна такая темпераментная, — хмыкнул Гальяно. — Тоже, кстати, рыжая.

— И что? — спросил Туча с вежливым интересом.

— Променяла меня на колбасного короля. Не верь рыжим, друг мой Туча. Обманут!

— Ангелина не променяет меня на колбасного короля, — сказал Туча после недолгих раздумий.

— Да, в твоем случае колбасный король — это слишком мелко. Скажи, а есть кто-то круче и богаче тебя?

— Есть, но таких очень мало.

— Смелое заявление, — усмехнулся Гальяно, но развивать дальше эту тему не стал.

Они уже почти подошли к дому, когда из-за липы вынырнула закутанная в шаль фигурка.

— Степан! — Леся, а это была именно она, говорила едва слышно, почти шепотом. — Степан, с вами все хорошо? Я, то есть все мы волновались. Такая страшная гроза.

Она замерла перед ними, маленькая, хрупкая, смешная в этой своей шали и немодных очках.

— Все в порядке, Леся. — Степан улыбнулся успокаивающе и даже немного покровительственно. — Самое страшное, что с нами приключилось, это вот вымокли до нитки.

— Да, я вижу. — Леся поежилась. — Глупо было думать… Вы меня извините… — Она попятилась, наступила на бордюр и едва не упала. Дэн подхватил ее за талию, прижал к себе.

У нее были синие глаза. Не такие синие, как у Ксанки, но тоже необыкновенно красивые. Или он просто забыл, какие на самом деле были у Ксанки глаза.

— Осторожнее, скользко. — Он старался не смотреть в лицо Леси, не мог себя заставить.

— Спасибо, я такая неловкая. — Она улыбнулась самыми уголками губ, высвободилась из его объятий. Шаль соскользнула с ее плеч и наверняка упала бы на землю, если бы Дэн ее не подхватил.

— Я пойду. — Леся забрала шаль, прижала к груди. — Рада, что с вами все хорошо.

Несколько минут Дэн наблюдал, как она торопливо, почти бегом, идет по аллее в сторону, противоположную от дома, и только потом обернулся, посмотрел на дом. В окне второго этажа дрогнула штора. Тот, кто наблюдал за ними сверху, пожелал остаться незамеченным. Интересно, чья там комната?

— Никогда не поверю, что серые мышки в твоем вкусе, — шепнул ему на ухо Гальяно.

— Она не серая мышка, она просто странная.

— Да, они тут все странные, ни одной нормальной женщины… — Гальяно запнулся, изменился в лице.

Дэн проследил за его взглядом: на крыльце, прислонившись плечом к колонне, стояла Лена. Выглядела она точно так же, как в момент их первой встречи, только черных очков больше не было.

— Вы были в лесу? — Она не стала говорить о грозе и своих переживаниях, она спросила о самом важном.

— Да, — Туча остановился напротив. — Ребята решили прогуляться.

— Вы были на том месте?

— Да.

— Я видела блуждающий огонь. Максим говорил, что скоро все повторится, что зло вернется.

— Лена… — Туча успокаивающе коснулся ее руки.

— Оно вернулось. — В ее глазах блеснули слезы. — Эта сволочь взялась за старое.

— Мы найдем его, Лена, — сказал Гальяно. — Обещаю, мы с ним разберемся.

Она невесело улыбнулась и ничего не сказала, лишь кивнула в ответ, а потом снова посмотрела на Тучу.

— Степан, а где ваша трость? Вам еще рано…

Туча растерянно посмотрел сначала на свои пустые руки, а потом на больную ногу.

— Потерял, кажется. Был такой дождь, мы побежали…

— А бегать вам вообще противопоказано. Вы с ума сошли! — Волнение вернуло лицу Лены краски, сделало похожей на ту Леночку, которую они знали раньше. — Степан, я должна вас осмотреть.

— Лена, со мной все в полном порядке. Давайте завтра.

— Сегодня! — сказала она твердо, и Дэн подумал, как же изменили ее эти годы, в какую сильную женщину превратили. Ксанка тоже могла бы стать вот такой же: красивой, уверенной в себе, если бы он сдержал свое обещание.

Думать об этом было тяжело, и Дэн привычно заставил себя не думать, вслед за остальными вошел в дом.

— Я уже могу распорядиться насчет ужина?

Задумавшись, он не сразу заметил стоящую посреди холла Алекс. В отличие от Лены, она переоделась, теперь на ней было легкое трикотажное платье, целомудренное, с высоким воротом, но каким-то невероятным образом удачно подчеркивающее все то, что нужно было подчеркнуть. Дэну подумалось, что Туче удалось собрать под своей крышей разных и одновременно таких похожих между собой женщин: невысоких, стройных, изящных.

— Давайте через полчаса. — Туча осмотрел свою перепачканную одежду. — Нам еще нужно привести себя в порядок.

— Хорошо погуляли? — Алекс не улыбалась, взгляд ее карих глаз оставался холодным.

— Как видите. — Дэн пробежался пятерней по влажным волосам. — Гроза началась очень некстати.

— Гроза всегда случается очень некстати. — Алекс наконец улыбнулась. Улыбка получилась человеческой, почти нормальной. — Я слышала, в здешних местах такое явление не редкость. Я бы посоветовала вам брать с собой на прогулку зонт.

— Всенепременно! — Ему не нравился этот пустой, никому не нужный разговор. Хотелось принять горячий душ и переодеться наконец в сухую одежду.