Темное искушение - Бренда Джойс

Теперь ты будешь моей Невинной.

Она дрожала. Что это значит?

Тогда в квартире, когда он заявил это впервые, тон Малкольма был наполнен собственническими нотками, и у него была собственническая интонация, когда он сказал Ройсу, что не делится. Она почувствовала жар на щеках. Он многозначительно сказал Ройсу, что «взял» ее. Вот главное. Он взял и использовал ее тело, не задумываясь, пока она приходила в себя от мучительного путешествия во времени. Не было теплых слов, обещаний, признаний в чувствах. Любовь не предполагалась. Это был чистый, примитивный, плотский секс.

Она никак не могла поверить, что приняла его ухаживания таким образом. Она все еще не могла поверить, что действительно хотела — отчаянно — его вторжения. Путешествие во времени должно быть изменило ее сознание или чувствительность, или и то, и другое. Возможно, она изменилась и физически. Ее всегда было трудно удовлетворить, и она находила облегчение в обычной рутине, но с Малкольмом это было потрясающе легко.

Она была старомодна и гордилась этим. Она не собиралась отрицать того, что он привлекателен, ну так и что? Она все время встречала в Нью-Йорке привлекательных мужчин, и даже если они не были такими мачо как Малкольм, среди них было несколько действительно сильных парней. Сила всегда заводила ее больше, чем молчаливые взгляды, но она с легкостью отделывалась от мужчин, пытавшихся быстро добиться ее. Большинство мужчин, которых она встречала, были чрезвычайно примитивными. У нее не было секса три года, потому что она нуждалась в чувствах, если не в любви, для близости. У этих сильных парней не было чувств или любви, у них были победы.

Это звучало ужасно знакомым.

Клэр не хотела более думать об этом кратком, зажигательном акте вторжения и об экстазе. Если она подумает, во рту у нее опять пересохнет и сердце начнет стучать с еще более дикой скоростью. Впрочем, ей лучше подумать об этом и приготовится к его наступлению. Он все еще хотел ее. Это было более чем очевидно. Она чувствовала каждый его взгляд в свою сторону. Его чувственность и желание исходили от него жаркими, осязаемыми волнами. Он был собственником. Он сказал Ройсу держаться подальше. Она не собиралась идти на компромисс со своей моралью или стандартами — или с мечтами — только потому, что она застряла в Средневековье. У нее никогда не было случайного или бессмысленного секса. Никогда. У нее было две связи. Она влюбилась, когда училась на втором курсе в Барнарде, но другой ее роман был более прохладным. Она хотела, чтобы это стало любовью, но вряд ли оно было таким и, в конце концов, она отступила.

А возможно это была часть проблемы. Он сразу заметил, как ее тело жаждет секса. Будучи грубым и неотесанным, он высказался откровенно. Что он сказал? Он назвал ее «голодной». Несомненно, он попал в самую точку.

В следующий раз, когда они будут разговаривать, ей надо определить границы и создать некоторые правила. Она была очень одинока в его мире. Раз он вождь клана, то он привык всегда делать, что хочет и когда хочет. Клэр знала достаточно об устройстве и культурной жизни горных кланов, чтобы знать, что лэрд был богом и королем, судьей и присяжным, полицейским и военачальником. Его слово было законом и это не оспаривалось.

Ее сердце тревожно забилось. Она вспомнила, как отбивалась и проклинала его, ей надо было лучше соображать. Она не узнавала себя, но понимала. Может он и заслужил это, но это не неважно. Она не знала его, и то, что он хотел защищать ее, не имело значения. Безусловно, здесь он был лордом, и ей лучше ублажить его, если она сможет. Так или иначе, она была в глубоком дерьме.

Малкольм вдруг оказался рядом с ней. Клэр была настолько занята своими мыслями, что его появление напугало ее, словно призрак. Она вздрогнула, ее конь загарцевал. Но он улыбнулся, потянувшись к ее поводьям, успокаивая животное.

— Я не хотел тебя напугать. Девушка, с тобой все в порядке?

Его непосредственная близость сильно воздействовала на нее, она пыталась игнорировать его мужественность, и то, что может случиться позже, если она не найдет способа держать его на почтительном расстоянии.

— Нам нужно поговорить. — Это было сдержанное высказывание, подумала она.

— Да. — Он указал вперед. — Кэррик.

Клэр проследила за его взглядом и ее глаза расширились. Белый замок возвышался над ними, на таких же белых скалах. Ее сердце дико забилось, но не от страха.

В прошлый раз, будучи в Шотландии, она почти повернула у знака-указателя к Кэррику. Ее путеводитель гласил, что от обстановки захватывает дух, и невозможно пропустить экскурсию по местности и замку. Но в конечном итоге она проехала мимо, стремясь приехать на Иону до наступления ночи.

Возможно, быть заброшенной в прошлое не так уж и плохо, подумала Клэр, взволнованно глядя вверх на внушительные бледные каменные стены, башни и цитадель. Если Малкольм будет держаться подальше, и она избежит каких-либо еще сражений, если она сохранит спокойствие и смелость, то это может стать невероятным, изумительным, случающемся-только-раз-в-жизни культурным опытом. Она может даже напишет об этом, но не затем, чтобы кто-нибудь поверил ей. Она собиралась вступить в пятнадцативековую крепость. Она увидит вещи, которых еще ни один историк не описал. И хоть она все еще боялась, она хотела войти внутрь этого замка.

Если она сможет вернуться домой невредимой, желательно раньше, а не позже, она, возможно, сможет управиться с этим удивительным поворотом судьбы. Она повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Сколько времени займет добраться туда?

— Меньше часа, — сказал он. — И когда прибудем, мы поговорим о твоих делах.

Они подъехали к крутому холму двумя шеренгами, но через очень узкий вход окруженной стеной навесной башни пришлось проходить по одному. Кэррик был расположен на вершине холма, обозревая крутые утесы со всех сторон, и местоположение, очевидно, было выбрано потому, что холм отделялся от дороги отвесным, непроходимым ущельем. Без подъемного моста, лестниц или осадных машин никто не мог войти или выйти.

Клэр вздрогнула, проезжая через разводной мост, Малкольм был все еще рядом с ней. Внешний двор замка, заполненный хижинами и домашним скотом, был сзади них, и Клэр пристально посмотрела вниз в глубокое ущелье. На сотни футов вниз, он был засыпан острыми, зазубренными камнями. Нападающие, сорвавшиеся с моста или пытающиеся взобраться на заградительные стены, разбились бы на смерть, упав на дно.

Словно читая ее мысли, Малкольм сказал:

— Никто не осаждал Кэррик.

Клэр слабо улыбнулась. Замок построенный исключительно, чтобы выстоять штурмы и атаки, в какой-то степени нервировал, как тот бой, из которого они вышли живыми. Солнце стояло высоко над башнями и крепостным валом, небо было бледно-серое, окрашенное багровыми и розовыми разводами Зрелище было бы захватывающим, как и обещал ее путеводитель, если бы она не знала, что все без исключения зубчатые камни сложены в этот овраг человеческими руками, и предназначены причинить боль и смерть.