Женихи счастью не помеха - Лана Кирр

мной сделает Его сиятельство, если я не оправдаю его надежд, не хотелось. Достанется и мне, и Леону. Уверена, что в плане интриг у графа большой опыт, оглянуться не успею, как окажусь в Вороньем гнезде без средств к существованию и чёрным рабочим билетом на всю жизнь. Охнув от ужаса, постаралась побыстрее закрыть глаза и улететь от проблем в мир сновидений.

Спокойно отдохнуть не удалось. И дело не только в утреннем гонге, с первыми звуками которого я привычно подскочила на кровати. Дело в одном сероглазом маге, который упорно преследовал меня во сне всю ночь. Его холёные пальцы нежно гладили меня по руке, поднимались всё выше и выше, а я не сильно сопротивлялась, и сама подавалась навстречу ласкам. Вспомнилось и ощущение горячего тела за спиной, когда мы скакали во дворец. Тогда я не придала ему значения, не до этого было, цеплялась за жизнь, а сейчас поняла, что чувство мне понравилось, даже очень, с трудом убежала во сне от себя. Проснулась совершенно разбитая, долго стояла под холодными струями воды, пытаясь прогнать из головы и с тела ощущения. Только окончательно замёрзнув, покинула ванную комнату, оделась потеплее и поплелась завтракать.

— Милена! — ураган по имени Тина налетел на меня в коридоре женского корпуса и потащил в сторону столовой. — Что с тобой? Бледная какая-то.

— Не выспалась, — я потёрла виски, голова начала противно гудеть. Надо бы вернуться и выпить лечебную настойку, но вначале еда.

— Приятно проведённый вечер? — хихикнула всё неправильно понимающая подруга. — Тебе сегодня к какому уроку?

— К третье… ой, я же в отпуске.

— Да ну?! — нимфа остановилась. — Как тебе удалось выпросить отпуск в середине учебного года? Расскажи, а?

— Сама не поняла, но неделя в моём полном распоряжении.

О непосредственном участии придворного мага говорить не хотелось, тогда пришлось бы рассказать и остальное, от неуёмного любопытства Тины так просто не отделаться. А информация секретная, насколько я помню. И горячие губы графа рядом с моими, и его рука, нежно поглаживающая меня по бедру, вызывавшая хоровод мурашек. Стоп! А это когда?

— Ты чего? — Тина испуганно вздрогнула.

— Задумалась, — вымученно улыбнулась я, приветственно кивнула нахмуренному демону и принялась за кашу. Вкуса не чувствовала, с трудом впихнула в себя крупяную массу, залила настоем и поспешила к себе. Сегодня важный день, надо попытаться расположить возможный источник информации к себе. А если это не он? Как-то этот вопрос я не обсудила с его сиятельством. Придётся ждать следующей встречи, а она только послезавтра.

Вот сейчас я собралась быстро, одела самое скромное платье с длинной юбкой и полностью закрытым горлом из личных запасов, собрала волосы в пучок, на ноги меховые сапожки. Любимый тёплый плащ, не забыла снять брошку, и я готова.

Гвардеец в тулупе обычного горожанина ждал меня возле ворот Академии.

— Привет, — я поцеловала его в щёку и подхватила под руку.

— Милена, не в моих правилах интересоваться дальнейшими планами подопечной, но хотелось бы услышать, куда мы идём.

— К портному на Цветочную улицу, — я полна благодушия.

— Зачем?

— Поговорить с ним наедине.

— Зачем?

— Ты всегда такой дотошный?

— Нет, из женщин только с тобой.

— И много их у тебя? — остановившись посреди улицы, я упёрла тяжёлый взгляд в гвардейца. Неведомое доселе чувство ревности противно сжало грудь, захотелось стукнуть обладателя голубых глаз чем-нибудь тяжёлым.

— Кого?

— Женщин!..

— Милена, душа моя, прости, ляпнул, не подумав, — нежно зашептал он, обнял и оттащил на тротуар. — У меня только ты…

— Угу, — неопределенно отозвалась я, поговорим об этом после. Я указала на дом, на фасаде которого красовалось изображение ножниц и иголки. — Мне туда.

Вот не поверила, ни капли не поверила. Ни виноватой улыбке, ни нежным словам. И вообще, что со мной? Он клятв верности не давал, я тоже. Опять всплыли вчерашние губы мага, я невольно покраснела.

— Не бойся, я рядом, — по-своему истолковал мой румянец Леон.

На звон колокольчика выскочил высокий худощавый сэр в длинном сером фартуке. Он внимательно рассмотрел улыбающуюся меня, бросил неприязненный взгляд на Леона и распахнул калитку.

— Что желает уважаемая сэна?

— Платье, — скромно ответила я.

— Прошу.

Приёмной для клиентов портному служила небольшая комната на первом этаже дома. Выполненная в светлых тонах, она совершенно не впечатлила. Какое-то всё запущенное и пыльное, везде валялись обрывки ниток и куски ткани. Смахнув со стульев и стола мусор, портной, называвшийся Жераном Перье, предложил садиться. Сам он пошёл за эскизами и образцами тканей в соседнюю комнату.

Леон внимательно осмотрел помещение и вышел, громко сославшись на важные дела, сказал, что подождёт на улице. Мы остались вдвоём, у меня затряслись поджилки. Смогу ли втереться в доверие? Пришедший Жеран смерил меня оценивающим взглядом, сел на соседний стул и развернул книгу с вариантами платьев. Поколебавшись, ткнула в первое попавшееся и тяжело вздохнула.

— Сэна чем-то недовольна? Если фасоном, давайте полистаем, поищем. Вот, посмотрите, чудесный вариант с завышенной талией.

— Нет, всё отлично… Понимаете, мой молодой человек очень ревнив, — дождавшись от портного осторожного кивка, продолжила. — У понравившегося мне варианта слишком открытое декольте, вы сможете ушить?

Жеран с сомнением посмотрел на рисунок. Платье с расклешённой юбкой до колена назвать вызывающим ревность можно было с крайне большой натяжкой. Воротник-стоечка лишь слегка приоткрывало горло, а уж до груди так было так же далеко, как от Призападной низменности до Альтиры. Но менять направление поздно, я уловила вопрос и недоверие в глазах портного, и меня понесло дальше.

— Если ему не понравится, он сожжёт его на мне, а мне очень бы не хотелось этого, я ведь не смогу себя защитить, — добавила я в голос жалости.

— Хорошо, сделаем воротник повыше, юбку удлиним.

— Вы меня не поняли! Дело не в воротнике, а в том, что ему нравится меня истязать!

— Зачем же вы с ним встречаетесь? — искренне удивился портной.

— Разве же он меня спрашивал. Разве маги считаются с теми, кто не может им возразить? С теми, кто не имеет Дара от рождения? Да я для него никто, так,