Проделки близнецов - Барбара Босуэлл

– Люк, я выдохся. Все, что мне нужно, – это пойти домой и завалиться спать. – Мэт хмурился, но Люк тащил его за собой, не обращая внимания на протесты брата.

– Идем, Мэт. Самое время немного развлечься, – бросил Люк через плечо. – Ты просто отвоевал эту дотацию для округа. Подумай только, сколько рабочих мест даст новый сталеплавильный цех, не говоря уже о том, как это скажется на всей экономике города с точки зрения теории «просачивания благ сверху вниз».[11]

– Праздновать преждевременно, – напомнил ему всегда осторожный Мэт.

– Дело в шляпе. Ты уломал их сегодня, – сказал Люк с нахальной улыбкой. – Сейчас надо немного развеяться. Тебе понравится в «Бутлегёрз». Саксофонист и бас, когда разойдутся, сведут тебя с ума, а ударник разгорячит твою кровь. Не могу поверить, что ты никогда там не был. Это одно из самых популярных мест…

– Чтобы подцепить девушку, я полагаю, – неодобрительно прервал Мэт. – Я слышал обо всех твоих похождениях, братишка. Ты знаешь тысячу способов, как это делается, и не упускаешь случая сразу же после знакомства отправиться с нею в постель. С тех пор как Стив Сарасени женился и стал важным мужем и отцом, к тебе по праву перешло звание самого ловкого обольстителя в Харрисберге.

– Я знаю, что ты хотел меня пожурить на правах старшего брата, но я воспринимаю это как комплимент, – весело отозвался Люк, ничуть не смутившись. – И это женщины, Мэтью. Женщины. Девушек раздражает, когда их называют девушками, если только им не меньше восемнадцати или не больше семидесяти. А «Бутлегерз» действительно отличное место для знакомства с женщинами, хотя я и музыку здесь охотно слушаю.

Мэт внезапно ощутил острое чувство «дежа вю».

– Теперь все здесь знают, что вы моя девушка, – сказал он, держа Кейлу на коленях, на том обеде по сбору средств в прошлую пятницу вечером.

– Женщина, – поправила она.

Он слышал ее, но его гораздо больше интересовали ощущения, которые он испытывал, соприкасаясь с ней, теплой, мягкой, женственной у него на коленях. Он вспомнил, каким непреодолимым искушением была она для него, как отчаянно он хотел передвинуть руку вверх, на те несколько заманчивых дюймов, и обхватить ее грудь своей ладонью, овладеть ее нежным, сочным ртом в поцелуе, таком же жадном и зовущем, как и его. Позже, в темном уединении номера в отеле, он делал все это и многое другое…

Эти мгновенные видения из прошлого разбудили в нем примитивные инстинкты. Его тело напряглось, стремительно и болезненно остро, и он вынужден был замедлить шаг и судорожно вздохнуть. Не глядя по сторонам и ничего не видя вокруг, он следом за Люком прошел внутрь клуба, а потом к столу в комнате, заполненной музыкой, примитивной, сладострастной и волнующей.

Барабанный бой, казалось, сотрясал его изнутри. Мэт опустился на стул, игнорируя попытку Люка завязать беседу. Кейла Макклур. Мысленно он снова и снова повторял это имя, слыша его, а не слова исполняемой песни. Ее полное имя было Микаэла, но она предпочитала его короткий вариант – Кейла. Он пришел к мнению, что ему нравятся оба имени и что любое из этих двух подходит ей больше, чем Кристина.

И его поразило, что в настоящий момент ее имя было одним из того немногого, что он знал о ней. Когда он убеждал главу администрации губернатора и секретаря по вопросам торговли штата инвестировать средства в их округ, он успешно отгонял мысли о головоломке Кейла—Кристина, но сейчас ничто не мешало ему вновь пережить абсолютный шок при виде сестер Макклур бок о бок. И понять, даже без чьей-либо подсказки, которая из женщин взбудоражила его чувства и унесла его к таким высотам, о существовании каких он и не подозревал.

А она ненавидела его. Сегодня вечером она дала ему это понять совершенно определенно – тем, как она на него смотрела, тем, что она ему говорила. Я никогда больше не хочу разговаривать с вами. Я никогда больше не хочу видеть вас! – эти фразы едва ли допускали иное толкование.

– …и Дейв Уилсон хочет, чтобы ты провел за него агитацию в его избирательном округе, – голос Люка прервал беспокойные грезы Мэта. Это было желанное вмешательство: он терпеть не мог подобных размышлений и, кажется, многовато времени посвящал им последнюю неделю. Даже слишком много. Он заставил себя полностью сосредоточить свое внимание на словах брата.

– Похоже, Дейв начинает опасаться за исход перевыборов, – продолжал Люк. – Все в законодательном собрании знают, какой Уилсон подлый, лицемерный и наглый сукин сын, но избиратели его округа об этом не знали… до настоящего времени. Здесь есть одна несговорчивая медсестра, которая будоражит избирателей, рассказывая им, как и почему избранный ими представитель в Харрисберге работает не на них, а против. Народ прислушивается к ней, и Уилсон начинает бояться. Я сказал ему, что ты выступишь несколько раз в его пользу и…

– Но я не выношу этого парня, Люк, – перебил Мэт, хмурясь. – Все в Харрисберге терпеть его не могут. Он двуличный, злой и не внушает доверия. Он умудрился каждому, начиная с губернатора и ниже, хоть раз нанести удар ножом в спину. Я не виню избирателей за то, что они хотят отказать ему в доверии. Он в такой мере настроил всех против себя, что ни один проект, выдвигаемый им, не находит поддержки. Оставаясь на этом месте, он наносит округу вред.

Люк пожал плечами.

– Но он в партии, Мэт, и его округ граничит с нашим. Это делает его нашим соседом и союзником. Он поддержал твою кандидатуру, когда ты впервые баллотировался в сенат штата, и он поддерживает тебя на выборах в Конгресс. Ты ведь знаешь, что он мог бы выступить против выдвижения твоей кандидатуры и сам баллотироваться на это место. Но он посторонился, уступая дорогу тебе.

– Не думаю, Люк, что отойти в сторону и предоставить мне свободу действий его побудили лояльность или альтруизм. Уилсон понимает, что мне легко его победить.

Люк передернул плечами.

– Мотивировка не имеет значения. Партийная лояльность определяет игру, Мэт, ты знаешь это так же, как и я. В любом случае мы не хотим, чтобы какая-то медицинская сестра, ренегатка, которая является абсолютным новичком в политике, заняла… У-у-ух!

Мэт насторожился.

– В чем дело? – Он повернулся на стуле, чтобы проследить за взглядом Люка, и увидел одну из сестер Макклур, сидящую за седьмым столиком от них.

– Я не знаю, которая это из них, но советую тебе держаться от нее подальше, от обеих, – стиснув зубы, прошипел Люк. – Ты явно не в себе, когда любая из них рядом с тобой, и что нам меньше всего нужно, так это еще один небольшой скандал, подобный тому, что уже произошёл сегодня вечером.

Мэт не слушал. Он-то знал, которая это из близнецов, и был уже на ногах и направлялся к столу Кейлы, Она не видела, как он подошел; она была погружена в музыку, покачиваясь в такт и восхищаясь мастерством музыкантов, успевающих одновременно играть и танцевать.