Узурпатор ниоткуда - Дмитрий Дубинин

— Это как так — «по частям»? — мне стало по-настоящему страшно.

Очень спокойно, словно о самых обыденных вещах, сержант рассказал о делах ТАФИМПа — «Трансафриканского фонда интернациональной медицинской помощи». Несмотря на отдающее благородством название, эта лавочка занималась тем, что отлавливала по некоторым экзотическим странам заблудившихся иностранцев и продавала их в развитые государства для трансплантации органов. Нигерия, кстати, относилась к особенно активным поставщикам.

— И что, это все так просто? — поразился я, хотя чему уж тут удивляться — все знают, в каком мире мы живем. — Пристукнут — и в клинику?

— Ну, не так чтобы просто… Смотря в чьи лапы попадешь. Возможно, сначала будут выкуп вымогать, а потом подстроят аварию, а то и спишут на происки террористов… Ну ладно. Ты отдыхай, отдыхай. А я тоже подремлю здесь. Ах, да… с тебя десять долларов.

— За охрану?

— Конечно.

Я расстался с десяткой уже почти совсем легко, а сержант развалился на скрипучем секционном стуле и скоро захрапел. Охранник, мать его! У меня, как легко догадаться, сна уже не было ни в одном глазу. В полумраке аэропорта уже мерещились пляшущие людоеды и хирурги с громадными ножами. Скрежет зубов и звон стальных лезвий стал почти реальным. Кто-то разговаривал громким шепотом, и если бы не храп сержанта, мне стало бы совсем худо. Хотя толку-то от этого типа! Еще неизвестно, какие цели он преследовал, рассказывая мне всякие страсти про

местные порядки!

Неожиданно с улицы в окна ударил свет фар, затем до меня донесся визг покрышек, а несколько секунд спустя со стороны дверей раздался шум, послышались голоса, и в зале зажглась часть ламп. В аэропорт вошел неизвестный мне толстый африканец в светлом костюме. Его сопровождал низенький тип в плоской кепке, похожий на пигмея, отсчитывающий на ходу купюры одному из полицейских. Второй страж порядка стоял возле выключателей — он только что зажег светильники. Толстяк окинул пристальным взглядом зал, и, увидев меня, прямо-таки кинулся ко мне, жестикулируя и причитая на скверном инглише:

— О, это же вы, мистер Маскаев? Здравствуйте, какое счастье вас тут видеть! Идемте скорее, машина уже ждет!

Я так и подскочил.

— Кто вы? — удивленно спросил я. Этого дядьку я никогда в жизни не видел.

— Идемте, идемте! Я от мистера Катлера, он меня за вами послал.

Ну наконец-то! Неужели мои страхи заканчиваются?

Я встал, набросил на плечо сумку, но тут меня словно что-то остановило. Что-то здесь было не так. И меня вновь охватил холодный и липкий страх.

— Простите, сэр, но я с вами не пойду, — решительно заявил я и, сбросив с плеча сумку, уселся на свою скамью. Дремавший рядом сержант проснулся и, делая вид, что спит, с интересом прислушался к нашему разговору.

Толстяк, похоже, этого от меня не ожидал.

— Почему? Мистер Катлер очень вас ждет, он специально заказал машину и даже оплатил дорогу обратно…

Нет, здесь происходило нечто совсем неправильное.

— Самолет мистера Катлера готов? — спросил я.

— Конечно, конечно, готов… — охотно залопотал толстяк. — Уже стоит на стоянке, заправлен, пилоты на месте…

Пилоты на месте… Ну-ну. Нет, пусть меня проглотит акула, если я добровольно поеду куда-нибудь с этим типом.

На шум откуда-то выбрался заспанный начальник смены Трелони. Он увидел приплясывающего вокруг меня толстяка и тут же подошел с очень недовольным видом. Походило на то, что оба африканца друг друга хорошо знают, но при этом без взаимной симпатии — они явно не обрадовались друг другу и, отойдя чуть в сторону от меня, принялись шипеть, выясняя какие-то вопросы.

«Интересно, от кого этот жирдяй узнал, что мне нужен Катлер, — с тревогой подумал я. — Либо от девчонки с паспортного контроля, либо от этого сержанта… Или от начальника смены, а сейчас они валяют дурака, делая вид, что им есть чего делить… А уж не меня ли они делят?»

Действительно, кошмар какой-то. И никто не поможет — ни полиция, ни сотрудники аэропорта. Я вдруг отчетливо понял, что все еще жив и относительно свободен лишь потому, что на меня охотятся представители как минимум двух разных группировок и они пока никак не могут договориться между собой… Что делать?

Сержант не спал.

— Я могу обратиться к вам за помощью? — спросил я, постаравшись, чтобы в моей интонации нигериец услышал язвительность.

— Можете.

Уже хорошо.

— Не могли бы вы сказать, что это за люди? — я указал на толстяка и коротышку, который скучал у неработающего табло, ковыряя в носу.

— Наверное, это плохие люди, — задумчиво сказал полицейский. — Не езди с ними…

— Почему же вы сразу не сказали об этом? Я ведь надеюсь на охрану?

— Правильно. Если на тебя нападут, или потащат силой, я вмешаюсь. И применю оружие, если понадобится. А если ты пойдешь с кем-то добровольно, то это, парень, уже твой страх и риск, — рассудительно проговорил сержант.

Затем он снова задремал. Толстяк и начальник смены на мое счастье так и не пришли к консенсусу. Но оба по-прежнему находились в зале. А вот коротышка куда-то исчез. К половине пятого то-то из полицейских или клерков погасил свет — за окнами занималась заря.

Спустя еще один мучительный час до меня донесся странный звук — словно звякнул рыболовный колокольчик на закидушке. Еще один, и еще… Елки зеленые, это же таксофоны оживают!

Я вскочил со своего места и направился к аппаратам. Снял трубку с одного из них — святые отцы, зуммер! Теперь осталось только вставить карту и набрать номер… Раздались долгие двойные гудки — свободно и деньги на карте еще есть — сам аллах прислал мне того бедуина! Потом заспанный женский голос спросил, какого мне собственно, дьявола нужно в такой час. Я ответил, что мне нужен Джон Катлер, и что я жду его в аэропорту согласно договоренности с мистером Кеженисом. Голос тут же стал не таким заспанным и сказал, что мистер Катлер уже выехал в аэропорт. После этого автомат телефонной станции сообщил, что деньги на карте закончились, и связь прервалась.

Похоже, за мной внимательно наблюдал весь этот обезьянник. И, судя по недовольным рожам ряда его обитателей, написанное на моем лице удовлетворение понравилось не всем. Толстяк не стал терять время и быстрыми шагами покинул аэропорт. На улице взвыл двигатель. Начальник смены тоже куда-то исчез, может быть, решил сон досмотреть? Или заняться своими прямыми обязанностями? Похоже на то — я услышал свист реактивных двигателей. В аэропорту приземлился первый за этот день самолет. Табло однако по-прежнему не работало.

… Время тянулось медленно. На моих часах стрелки подошли к шести, а никакого Катлера (в него я даже и верить уже перестал) все не было. Сержант встал, потянулся и, обратившись ко мне, еще раз посоветовал соблюдать осторожность. Я сказал, что человек, которого я жду, до сих пор не появился, и попросил полицейского разыскать по своим каналам белого англичанина Джона Катлера, пообещав пятьдесят долларов. Сержант, представившись (по моей настоятельной просьбе) Ричардом Саймоном, согласился. Еще бы! На мне он уже поимел шестьдесят баксов, а еще столько же — и зарплата за полтора месяца как минимум… Хотя, вряд ли полиция тут на зарплату живет…

Тем не менее я продолжал надеяться, что вот-вот на площадь перед аэровокзалом приедет машина с Катлером. Я стоял возле окна, глядел на облезлые такси и первый автобус, который привез только водителя, и ничего не понимал. Ведь прошел целый час…

На площади появились несколько человек, видимо, прилетевших утренним рейсом. В отличие от меня они хорошо знали, куда и зачем им надо идти…

И вдруг я увидел еще троих, настолько странно здесь выглядевших, что я даже не сразу понял, что же в них странного.

Это были белые летчики!

И среди них один, которого я неплохо знал.

Думаю, не прошло и секунды, как я оказался снаружи — если меня кто и караулил, то не успел даже ахнуть.

— Саша! — крикнул я, выбегая на площадь.

Пилоты разом остановились, вряд ли ожидая такого. Саша Короленко меня тоже узнал сразу.

— Хлопцы, та це ж Андрюха з Литвы!

Редко кому я так радовался, как этому парню из незалежной. И здорово, что они тоже были рады. Но, думаю, я больше.

Быстро познакомившись с Сергеем и Иваном, я кратко изложил ситуацию. Украинцы переглянулись.

— Здесь что-то не так, — заявил Сергей-командир. — Пошли-ка скорее отсюда, от греха подальше.

— Куда? — спросил штурман Иван.

— Да хотя бы сюда, — показал Сергей на автобус, в котором никого не было, за исключением дремлющего водителя, положившего голову на баранку. Сдается мне, что за тобой никто не приедет… А вот мы запросто сможем уехать отсюда.

Я ничего не понял, но спорить не мог. Мы подошли к автобусу, Сергей повернул ручку и открыл дверь.