Ностальгия по крови - Дарио Корренти

Тут зазвонил телефон, и Джорджо, нахмурившись, встал, чтобы выйти и поговорить.

– Извините, это из центрального управления.

Спустя несколько минут он вернулся бледный, а его бритая голова блестела от пота.

Безана вскочил на ноги.

– Можно, мы тоже поедем?

Илария, застыв от ужаса, смотрела на него вытаращенными глазами. Она не была уверена, что выдержит картину места преступления. Особенно того преступления, которое себе представляла.

– Сомневаюсь, что я готова к такому зрелищу. Можно, я подожду вас в гостинице?

Безана кивнул. Илария заволновалась еще больше. Мысль, что придется остаться одной в мрачном мотеле, когда на воле разгуливает убийца, приводила ее в ужас. Она шумно вдохнула.

– Давайте мы проводим вас в комнату консьержки, и вы закроетесь там на замок. Никому не открывайте: преступник очень опасен.

20 декабря

Илария толком не знала, что такое страх. При каждой мелькнувшей тени, при малейшем шорохе сердце у нее подпрыгивало и начинало колотиться. Не мешало бы забаррикадироваться, но в комнате было два выхода, а закрывался и открывался только один, ведущий на улицу. Второй вел к черному ходу, но к нему не было ни ключа, ни цепочки. Любой, у кого имелся универсальный гостиничный ключ или простая отмычка, мог свободно войти и так же свободно выйти. О господи… Ей вдруг захотелось позвонить Безане и сказать: «Слушайте, я, пожалуй, сменю гостиницу. В этом мотеле слишком мрачно». Но выйти на улицу, вызвать такси, а потом ехать в темноте ей тоже было страшно. Пришлось подтащить к двери черного хода письменный стол.

Она включила телевизор: может, человеческий голос сможет ее успокоить и создать ощущение, будто в комнате есть кто-то еще. Илария выбрала кулинарный канал. «Сколько груш надо положить в ризотто?» И сразу же выключила: за дверью послышались шаги, потом женский смех. Наверняка это постояльцы мотеля. И что она дергается? Илария снова включила программу. «Подгоревший лук немного горчит. Ты все время мешаешь?» Снова выключила. Может, принять душ? Из крана в ванной потекла мутная красноватая вода, и она выскочила обратно в комнату. Вот идиотка, это же ржавчина.

А потом раздался крик, громкий и свирепый. Шел он из соседнего номера. Илария ринулась к телефону и позвонила портье.

– Крик был ужасный, ужасный… – задыхалась она.

– Синьора, мы находимся в мотеле, – ответил портье.

– Я знаю, но все же…

Но тот уже повесил трубку, и линия перестала работать. Сколько бы она ни нажимала на кнопки телефона, в ответ шли только короткие гудки. Потом Илария услышала шум в коридоре: кто-то толкал перед собой тележку. В дверь постучали. Ни за что. Ни за что не откроет никому. Но стучали очень настойчиво. Илария подошла к двери, затаив дыхание и пристально глядя на стол, который ее заслонял.

– Кто там?

Молчание.

– Кто там? – повторила она громче.

– Обслуживание номеров, – отозвался мужской голос. – Вы забыли взять полотенца.

Она побежала в ванную, проверить, на месте ли полотенца. Ясное дело, их не было. Илария сердито сплюнула.

– Оставьте их перед дверью.

– Вы не сможете ее открыть, это смогу сделать только я универсальным ключом.

В этот момент Илария услышала, как в замочную скважину вставляют ключ. Письменный стол был легкий, он без труда сдвинулся с места и поехал по полу. Она уже собиралась закричать, но тут дверь открылась. За ней стоял парень, державший в руках полотенца. Илария осторожно взяла их дрожащими руками.

– Спасибо.

Она попыталась быстро закрыть дверь, но парень придержал ее рукой.

– Зачем вы сдвинули письменный стол?

Илария, не двинувшись с места, смущенно тряхнула головой и очень тихо сказала:

– Здесь бродит опасный убийца.

Портье посмотрел на нее с двусмысленной улыбкой, словно она была сумасшедшая или пьяная.

– Понимаю, – ответил он. – Будьте спокойны, я здесь, с вами.

У Иларии не было сил даже поблагодарить его. А вдруг это он? Но портье быстро вышел и захлопнул дверь. А она буквально рухнула на кровать. Ей хотелось плакать. О том, что страх заставляет плакать, она тоже не знала. Илария с надеждой посмотрела на телефон. Девушка отдала бы сейчас что угодно, лишь бы услышать голос Безаны.

Но телефонный звонок раздался только через полчаса:

– Вы правильно сделали, что остались в гостинице. У нас блевали все, в том числе и Джорджо.

– Ее убили так же, как Элизабетту Паньочелли?

– Да. Внутренности наружу, икроножная мышца отрезана. Задушили веревкой.

– Господи… И иголки тоже были?

– Три штуки. Воткнуты в спину.

– Кто жертва?

– Пока неизвестно. Документов при ней не было. Женщина лет сорока.

Одна и та же разница в возрасте, что и у Паньочелли с Мотта. Тринадцать-четырнадцать лет.

– Да, но тут есть кое-что новое.

– То есть?

– Надпись на стене, сделанная кровью: «ViVe».

– И что это значит?

– Не знаю.

– Вы еще долго там пробудете?

– Вам страшно?

– Да. Тут люди какие-то странные. Не нравится мне это место.

– Успокойтесь, я сейчас приеду. Буду у вас через десять минут.

– Спасибо, Марко.

– Вам нельзя больше оставаться одной.

21 декабря

В три часа ночи Безана решил отвезти Пьятти в Милан. Когда он вошел в номер мотеля, она была в довольно плачевном состоянии. Ее всю трясло, и она с трудом говорила. Безана поискал в Гугле круглосуточные аптеки, где есть успокоительные, и нашел одну в Суизио.

Дверь была заперта, но звонок работал. В маленьком окошке показалось лицо пожилой докторши в сиреневых очках, которые на ней смотрелись довольно дерзко. Мазок яркого цвета словно разбивал сплошную белизну медицинского халата и седых волос. У Безаны возникло впечатление, словно он где-то ее видел, но где, вспомнить не мог. Ах да, это та самая женщина, которая сидела с ними рядом в пиццерии и видела Вимеркати вместе с Альбу возле мотеля.

– Прошу прощения, мне нужен пузырек ксанакса. Я знаю, что требуется рецепт, но дело срочное: у девушки приступ, похожий на паническую атаку.

И он указал на смотрящую из окна машины Иларию.

– Она принимает наркотики?

– Нет, мы журналисты, – ответил Марко, показав удостоверение.

– Вы здесь по поводу того убийства?

– Именно.

Но женщина была непреклонна:

– Без рецепта я ничего не могу вам продать. Обратитесь в «Скорую помощь».

– Прошу вас, дело в том, что только что было совершено еще одно убийство. Моя коллега еще молода, она не привыкла к таким ужасам. У нее шок.

И Безана рассказал об увиденном во всех подробностях, надеясь, что этого хватит на упаковку бензодиазепина.

– Боже мой, какой ужас…

Докторша исчезла в глубине аптеки и вернулась с пузырьком ксанакса и пластиковым стаканчиком с водой.

– Начните