Тени прошлого - Ярослав Солдатенков

Остановившись посреди крупной залы, перед отрядом встала проблема. От помещения во все стороны расходились восемь туннелей.

— Всем поделиться по парам. Один из Культа, другой из Братства — скомандовал Владыка.

Тут же выстроились шесть пар. Одному не повезло, и он остался стоять в стороне, тот самый, который боялся встретить призраков. Явственно было видно, каким печальным казалось ему его положение. Сложив руки за спиной, он, часто моргая, уставил взгляд в пол. Мартину стало его жалко, и он сказал Владыке:

— Я могу пойти с ним, а Томас составит вам компанию.

Том без энтузиазма воспринял это предложение, но Дарктон кивнул в знак согласия и приказал:

— Расходимся. Стараемся не теряться. Если кто-нибудь найдет то, что мы ищем — не трогайте. Еще раз повторяю — не трогайте. Вернитесь в это место, где мы сейчас стоим, и ждите пока я не приду.

Отряд согласно зашумел и все, кто был в просторной зале, разошлись парами по туннелям. Мартин улыбнулся своему напарнику и сказал:

— Ну что, пойдем искать не знаю что, не зная где?

Парень из Братства нервно моргнул, будто хотел прямо сейчас расплакаться. «Великая богиня, да он же еще совсем мальчишка» — подумал Мартин, шагая по туннелю. Через триста метров им стала попадаться какая-то темная порода. Застывшая давным-давно магма, сразу понял Сэйвел. Они шли прямо в жерло потухшего вулкана. Напарник неожиданно, чудесным образом обрел дар речи и тихо промямлил:

— Ты не подумай, я не трус.

— Я и не думал так думать — ответил с улыбкой Мартин. Парень кивнул головой. Сэйвел не знал, что означал этот кивок, но спрашивать не хотел.

— Я их видел — произнес парень неожиданно для Мартина.

— Кого?

— Призраков. — Пояснил напарник.

— Ну, у на у всех есть свои призраки — философски заметил Мартин.

— Да нет же — расстроился парень — я видел именно тех самых призраков, живых.

Мартина чуть не пробил дикий смех, но он постарался не расхохотаться. «Живые призраки — это что-то новое» — подумал он, поглядывая по сторонам, в поисках артефакта.

— Они приходили ко мне, когда я проходил обряд посвящения в Братство. На кладбище, в полночь, я зажег свечу, а на ее свет из своей могилы явился дух Верховного Жреца Богини, умершего от черной хвори.

Мартин не знал, что Верховный жрец умер от той болезни, от которой они искали лекарство. Всего два месяца назад он посещал Тортвен, где проводил молебен в честь Богини и не казался больным.

— И что он сказал? — спросил Мартин.

— Сначала ничего, а потом подлетел к моему уху и прошептал: «Скоро все умрут. Они томились слишком долго в ожидании. Они близко». Я испугался и убежал.

— Погоди, а чего тебя туда вообще понесло? — удивился Сэйвел. Парень ссутулился и всхлипнул носом.

— Кодекс Братства гласит, что любой его член, должен посетить место скорби, где должен познать горечь утраты других, чтобы сделать крепкими узы братьев в бою.

— Жуть — вырвалось у Мартина.

— Я с вами согласен — сказал парень и добавил — меня зовут Кир.

— Мартин — ответил Сэйвел.

— Я знаю, кто вы — произнес Кир — сэр Корнелиус сказал, что у вас своя цель в этом походе. Что он имел в виду?

Мартин вздохнул и неожиданно поперхнулся от витавшей вокруг и повисшей густой пеленой пыли.

— Мой отец болен. Черная хворь подкосила его. Я ищу лекарство, чтобы спасти его и королевство. Погоди, а разве Братство занято не тем же?

Парень понял, что сболтнул больше, чем следовало, и сделал вид, что не расслышал вопроса, но Мартин ждал и Кир сдался.

— Честно, я не знаю — сказал он — я в Братстве пять дней и меня не посвящали в его планы. Сэр Корнелиус один из Семи, это все, что я знаю. Мы же с братьями охраняем и выполняем то, что прикажут Семеро.

«Культы, Братства — когда же это все кончиться — подумал Мартин — Неужели у нас у всех разные цели? И что же будет, когда они пойдут вразрез с планами других?». В этот момент он понял, что самым мудрым из всех участников похода был его слуга Том. Он с самого начала предупреждал, что не стоит никому верить. «О Том. Как он там?» — пронеслось в голове Сэйвела.

Дышать становилось хуже, и Мартин понял, что в этих местах давно никто не был. Возможно, почуяв затхлый воздух с нотками серы, рудокопы решили не рисковать и, вернувшись назад, стали долбить новые туннели. Дорога, как заметил Кир, имела наклон и шла на приличную глубину. Неожиданно Мартин оступился и покатился кубарем вниз, не разбирая куда он летит. Потолок, стены — все смешалось в его голове. Он лишь успел услышать неистовый крик Кира, который очень за него испугался. Мысли как нити клубка спутались и наезжали одна на другую. Наконец, он перестал катиться, больно ударившись спиной о затвердевший кусок лавы.

Тупик. Боль во всем теле была жуткой, руки содраны в кровь, лодыжка странно вывернута в другую сторону. Попытавшись шевельнуть ею, Мартин вскрикнул от боли. Лежа на камне, он пытался дышать так, чтобы легкие меньше соприкасались с ребрами.

— О, великая Богиня! — услышал он крик Кира. Пока Мартин катился вниз, парень пытался догнать его — не двигайтесь! Я схожу за помощью!

«Если я двинусь, то умру» — подумал Мартин, лежа на камне. Он был теплым и согревал нывшую от боли спину. Кир убежал, оставив Сэйвела умирать в одиночестве. Мартин и не думал, что он успеет привести хоть кого-нибудь до того, как шок отключит его сознание.

«Что ж, сэр Малькольм — подумал он — уйдем вместе. Причем я явно раньше. Зря только врали королю…». Камень грел спину, и Мартину казалось, что дышать стало легче. Еще беспокоясь о ребрах, он медленно делал вдох и также медленно выдох. Еще раз вдох и выдох. Руки саднили, а ободранная кожа горела. Но Мартина не покидало ощущение, что он неплохо расположился. Разум его просветлел, а нога судорожно дернулась. Невероятная мысль пронеслась у него в голове. Неужели он все-таки нашел то, что они так долго и упорно искали. И словно в подтверждение своей идеи, ему удалось поднять корпус и сесть спиной к стене. Опустив взгляд на руки, его сердце заколотилось, готовясь выпрыгнуть из груди. Раны на руках затягивались чудесным образом, а кожа на их месте была такой же, как и до этого, вместе с волосами, будто и не было повреждений вовсе. «Спасибо Богиня!» — поблагодарил он Великую Мать, не бросившую его в трудную минуту.

Через какое-то время он услышал приближающийся гомон, среди которого он узнал голос Тома. Тот чихвостил несчастного Кира, почем зря, а парень, заикаясь, оправдывался. Спустившись наконец до тупика, он яростно рявкнул:

— Я говорил тебе о беде! Надо было вырубить тебя зельем, как в тот раз с «Морской девой», но нет, тебе приспичило стать героем из легенд, спасителем всего и вся. Лежи и не двигайся!