Тени прошлого - Ярослав Солдатенков

Ярослав Солдатенков

Тени прошлого

Пролог

Солнце выглянуло из-за леса, и первый луч упал на утреннюю росу. Капельки блестели и переливались как маленькие жемчужины. Повинуясь дуновению ветра, скатывались с листка на листок, с травинки на травинку, и падали на землю. Ночь выдалась прохладной, после невыносимо жаркого дня. Город начинал просыпаться.

По правде говоря, ночному отдыху предавались не все. Городская стража несла караул у Главных, Нищих и Торгашных ворот. Через первые въезжали знатные господа и короли со своим двором. Врата нищих предназначались для прохода людей незнатного происхождения, крестьян, божьих людей и иных темных личностей. Торгашные же ворота служили пропуском в город для торговцев с караванами, прибывающими по суше. Рядом с городскими стенами располагался морской порт, где все время стоял шум, гвалт, и даже крики чаек четко различались слухом только в ночи.

От всех ворот во все стороны отходили дороги, которые разветвлялись и вели в разные области королевства. Петляя по лесам, полям, лугам и горам, с высоты птичьего полета казались, похожими на ручейки из камня, булыжника и темной, без травы утоптанной земли.

Самой красивой была дорога, вымощенная разным по форме, размеру и цвету булыжником. Пятьдесят лет назад, когда вокруг крепости стали расти дома и увеличиваться поля, а поток людей утроился, король Альматер Третий издал указ, предписывающий «люду любому происхождения разного» привозить с собой по камню, который шел сначала на благоустройство зданий, а потом и на дороги.

Королевский наместник, управлявший Тортвеном жил в Зеленой башне, которая в свою очередь входила в комплекс башен Пяти Цветов. Помимо нее, над городом высились Желтая, Синяя, Красная и Белая. Крупной была Красная, где по обыкновению проводились приемы, слушались прошения горожан и обсуждались торговые сделки с иными государствами, посланники которых приплывали по морю из далеких земель. Желтая башня была вместилищем гарнизона Городской Стражи. В Белой жила семья Наместника со своей прислугой, а залы Синей отводили для гостей. Когда король прибывал из столицы в Тортвен, Наместник переезжал в гостевые комнаты, а правителя королевства располагали в Зеленой башне.

Комплекс соединяли галереи, переходы, надстройки. За годы башни поистрепались, и кое-где цвет камней выгорел на солнце. Материал для их строительства добывался на рудниках в древней горе, бывшей тысячелетия назад вулканом, ныне не представлявшим угрозы, так как давно потух.

На рудниках, в толще горы, трудились разные люди. Помимо профессиональной Гильдии Рудокопов под руководством Эмерика Вейса, тяжелой работой занимался отряд Готфрида Тарлайла, который пополнялся каждый месяц новыми работниками. В народе его называли «Гильдией Черного срока». Необычное название же было справедливым по нескольким причинам. Во-первых, в него попадали преступники из казематов, осужденные за убийства, виселицу которым заменяли рудником, разбойники, воры и святотатцы. К слову последние работали меньше, но довольно часто получали тумаки, когда начинали свои еретические проповеди. Больше всего, людей раздражали «пророки Конца света», приплывавшие на кораблях с миссионерской задачей, обратить Тортвен и его жителей в другую веру. Они становились на городской площади, пока Стража не выволакивала их за руки и ноги, а иногда и в процессе, орали про приближение Конца Света, о том, что Древние боги вырвутся из небытия и низвергнут глупцов и королей. Во-вторых, все, кому удавалось выйти наружу, были с ног до головы в грязи, саже и пыли. В-третьих, срок свой отбывали не все, умирая в глубине туннелей.

Город помимо Башен Пяти Цветов располагал кузницами, которые размещались за крепостной стеной, дабы снизить риск пожара, кожевенными мастерскими, фермами у поймы реки и на полях. Там же была «Скоморохова Площадь» на которой проводились ярмарки. Внутри стен располагался арсенал, амбары, небольшая постройка для караульных стражников у каждых ворот, и двухэтажный с высокой крышей дом Мудрости и Знаний, где обитали служители Богини. Они же лечили Наместника и лордов при необходимости, и отпевали покойников. Чернь шепталась, что за каменными стенами, Просвещенные занимаются черной магией на крови. Слухи были верны отчасти, ибо мудрецы имели в своем распоряжении большую библиотеку, уходящую глубоко под землю, в которой хранились старинные алхимические гримуары. И, конечно же, внутри стен располагались жилые дома, давно уже вышедшие за пределы крепости.

Как раз в одном из таких домов жил искатель приключений, любитель женщин и вина Мартин Сэйвел. Тридцати лет отроду, пятнадцать он посвятил погрузке и разгрузке различной клади и багажа на корабли в порту. Он использовал это прикрытие, за неимением собственной посудины, чтобы всегда быть в курсе событий и возможности для путешествий. Изредка ему удавалось уговорить какого-нибудь капитана, идущего под парусом в далекие земли, взять его с собой. На борту Сэйвел не расслаблялся, драил палубу, заряжал пушки и всегда внимательно слушал. Однажды, ему довелось крутить штурвал, пока капитан и старпом, трезвели после бурной ночи в таверне одного из множества портовых городков. После, ему устроили за это взбучку, но скорее для профилактики, ибо кораблем он управлял не плохо, и не нанес, ни одного повреждения. А еще ему нравились рассказы о дальних странах, внутренних дрязгах, невероятных чудовищах и невероятных королях.

Еще ребенком, он решил стать мореплавателем, но мечта так и осталась мечтой, если бы не случай произошедший в таверне, где работала его мать и пил, проигрывая в карты последнюю рубашку, его отец. Это произошло далеко от Тортвена, в портовом городке Силения, на Восточном берегу королевства Килона. Именно там Сэйвел родился, жил до семи лет, а потом оказался на улице, когда мать убили в пьяной стычке, а отцу отрубили голову за шулерство. Но до того как это произошло, папаша поставил сына как залог и проиграл. Осознав свою ошибку, он попытался смухлевать, но замахнулся на большие деньги и был изобличен. Началась драка, отцу сняли голову с плеч закругленным клинком, а подоспевшей матери проткнули чрево мечом.

Мальчишку сгребли в охапку и отвели на корабль, полный таких же как он невольников, которых специально собирал капитан судна, для продажи на рынке рабов в Арке, городе Амокианского королевства, известного своими безумными нравами. Сэйвела и еще пять парней чуть постарше, он оставил на корабле, чтобы те ему готовили, стирали, убирали и были его слугами. Название судна порой всплывало яркой вспышкой и озаряло нахлынувшие воспоминания, от которых Мартин просыпался в холодном поту. На «Драконьем клыке» он провел пять лет своей жизни, но по прошествии времени не жалел о случившемся. Его семья не была крепкой и идеальной. Что могли дать ему пьянчуга отец, карточный дурак и развратник, и мать, недалекого ума девчушка, сбежавшая из-под опеки властного отца? Иногда Мартин вспоминал о них, но с годами воспоминания уходили, как облака за горизонт. Их замещали более светлые и интересные события.