Новый порядок - Артур Крижановский

– Но ты нашел время слетать в Грозный и грохнуть там одного своего давнего приятеля.

– А что прикажешь делать? – пожал плечами Ураев. – Последнее время мне приходилось разрываться на части. Кстати, как ты оцениваешь мои действия?

– В Грозном? – нахмурив лоб, переспросил Романцев. – Прекрасно. Настолько хорошо, что я до сих пор сожалею, что не успел тогда добраться до твоего горла. У тебя имеются все задатки, чтобы стать квалифицированным наемным убийцей.

– Это была идея Стоуна, – признался Ураев. – Поначалу мне эта затея и самому не понравилась, но в конечном счете он оказался прав. Ты превратился в ходячую мумию, и каким-то образом нужно было возвратить тебя к жизни. Видишь, у меня получилось.

– Что там насчет бункера? – перебил его Романцев.

Вместо ответа Ураев набрал на клавиатуре соответствующую команду и запустил сервисную подпрограмму. На одном из мониторов появился общий план объекта, затем компьютер принялся листать проекции различных изображений и служб монитора. Мелодичный женский голос озвучивал изображение на экране краткими пояснениями. Когда Романцев составил общее впечатление об устройстве бункера, у него вновь проснулись дурные предчувствия.

– Послушай, Феликс… Если я правильно понял, наш бункер ничем не отличается от тех двух, где были уничтожены люди Стоуна.

– Это чисто внешнее сходство, – пояснил Ураев. – Но в одном ты прав: бункер возводился по типовому проекту, если так можно выразиться. Во всяком случае, в свое время их построили добрую дюжину, и на первый взгляд наш ничем не отличается от других.

Ураев еще раз вывел на экран общий план бункера.

– Пока что не будем касаться того, что находится на поверхности. Смотри на экран. Весь бункер, если взять его разрез в вертикальной плоскости, можно условно поделить на четыре уровня, или, если хочешь, этажа. Один этаж – это металлический контейнер с толщиной стен триста миллиметров. В горизонтальной плоскости бункер делится на две части, в каждой из которых по четыре контейнера, всего получается восемь контейнеров-этажей. Между ними находится шахта лифта. В других бункерах проектом предусмотрено наличие четырех лифтов, у нас задействован только один. Размеры контейнеров: длина – четырнадцать, ширина – семь, и высота – три с половиной метра. Они подвешены на толстых металлических тросах…

– Чтобы здание не разрушалось от сейсмической подвижки грунта или при близком ядерном взрыве, – предположил Романцев.

– Правильно, – кивнул Ураев. – В любой из восьми контейнеров можно попасть только одним способом – для этого нужно воспользоваться лифтом.

– Я об этом и сам успел догадаться, – заметил Романцев. – В бункер можно проникнуть через подземные коммуникации?

– Исключено. Бункер окружен защитным кожухом из железобетона толщиной до семисот миллиметров. Трассы кабелей проложены так, что мышь не проскочит. В бункере имеются четыре автономных источника воды, две энергетические подстанции и по две независимых системы вентиляции и пожаротушения.

– В каком контейнере мы сейчас находимся? – спросил Романцев, вглядываясь в изображение на мониторе.

Ураев набрал команду, и на экран вернулось изображение общего плана бункера – восемь одинаковых квадратов, расположенных двумя вертикальными рядами по четыре в каждом. Третий по счету сверху квадрат в левом ряду пульсировал голубым цветом.

– Итак, контейнеры между собой не сообщаются… – задумчиво произнес Романцев.

– Нет, – покачал головой Ураев. – Никаких люков, дверей, лазов, лестниц и так далее. Контейнеры полностью изолированы друг от друга, если, конечно, не считать металлических тросов.

– Что-то здесь не сходится. Я говорю о гибели этих двух групп, работавших на Стоуна.

– Основные детали тебе должны быть известны, – произнес Ураев, набирая соответствующую команду на клавиатуре. – Мои парни реконструировали события полугодовой давности и с помощью компьютерной графики смонтировали пятиминутный ролик. Я этот ролик смотрел сотни раз. Смотри внимательно, может, у тебя возникнут какие-нибудь идеи.

На одном из мониторов появилось изображение. Чем-то это напоминало мультфильм, созданный при помощи компьютерной графики.

– Итак, май этого года. Стоун подготовил операцию, во многом схожую с нашей, и посадил четверых людей в секретный бункер, расположенный под комплексом зданий на Мясницкой, 35. Знаешь эти здания?

– Конечно, – подтвердил Романцев. – Не так давно там размещались секретные объекты Минрадиопрома. Если не ошибаюсь, именно в этих зданиях находится оборудование, обеспечивающее правительственную космическую связь.

– Да, это крепкий орешек для любого, кто попытается засунуть туда свой длинный нос. Большинство помещений объекта снабжены средствами противодействия всем видам электронной разведки.

– Насколько мне известно, именно в этом здании находится штаб-квартира Бюро, – лукаво улыбнулся Романцев.

– Давно ты меня вычислил? – с интересом посмотрел на него Ураев. – Ладно, можешь не отвечать. Действительно, на Мясницкой находятся все основные подразделения Бюро. Оба наших парадных офиса – это всего лишь ширма.

– Но это означает, что во время трагедии там было полно твоих людей.

– Только не говори об этом Стоуну. Он огорчится, услышав эту новость.

Ураев посмотрел на своего друга с иронией.

– Ты что, считаешь меня законченным кретином? Конечно, там было полно моих людей. Я отвечал за безопасность этой группы. Смотри, как все было.

Ураев показал на экран, на котором непрерывно менялось изображение.

– Вот этот контейнер. Третий уровень в правом ряду. Видишь, пульсирует? А вот здесь четыре фигурки. Они заняты делом: получают информацию сразу из нескольких источников и пытаются слепить для Стоуна Авторитета. Если ты не забыл, скоро и нам предстоит подобная работа. Попасть к ним можно лишь единственным путем – для этого нужно воспользоваться лифтом. Лифты находятся наверху и тщательно охраняются. Видишь, вот они, все четыре…

На мониторе появились красные стрелки, указывающие на маленькие черные квадраты.

– Без команды Стоуна ни один лифт не может отправиться вниз. Все контейнеры и шахта лифта тщательно проверены незадолго до операции. Кроме этих четверых, в бункере никого не было.

Через шестнадцать часов после начала операции группа перестала отвечать на вызовы Стоуна. Организация работы у них была примерно такой же, что и у нас. Получая информацию от нескольких оперативных групп, сами они могли держать связь только с боссом. Спустя полчаса Стоун поднял тревогу, и мы перекрыли все здание. Затем мы вдвоем спустились на одном из лифтов в бункер. Остальное тебе известно.

– Я читал заключение криминалистов и медицинских экспертов, – сказал Романцев. – Все это выглядит по крайней мере странно. Как очевидец, ты можешь что-нибудь прибавить к этому?

– Странно – это не то слово, – жестко сказал Ураев. – Все четверо умерли одинаково. Им свернули шейные позвонки. Да что там говорить, – поперхнулся Ураев, – им попросту оторвали головы. Ты можешь себе представить человека, обладающего такой силой?

Романцев недоверчиво покачал головой.

– Вот, вот, – кивнул Ураев, – и я не могу.

– Никаких следов, отпечатков, улик?

– Ни-че-го. Контейнер имеет лишь один вход – со стороны шахты лифта. Эта дверь была заблокирована. Ее можно открыть только по команде с компьютера Стоуна. Такой команды не было. Вот так, Романцев.

– Хороший материал для газетенок, пишущих о всякой чертовщине и космических пришельцах. Феликс, в отчете сказано, что примерно в это же время была уничтожена одна из оперативных групп, снабжавших аналитиков информацией.

– Это может означать только одно – они нашли что-то важное. Авторитет обрубил концы сразу с двух сторон. Мы не смогли восстановить информацию, переданную этой группой в бункер. Возможно, никакой информации не было.

– Запрос аналитиков сохранился?

– Конечно. Все запросы проходили через Стоуна. Он сам решал, кто из его людей будет добывать нужные сведения. Если ты внимательно читал отчет, то должен знать текст запроса.

– Лучше бы я этого не знал, – буркнул Романцев. – Продолжим. Прошло три месяца, и в августе все повторилось. Один к одному…

– За исключением некоторых деталей, – уточнил Ураев. – На этот раз мы лучше представляли себе, с кем имеем дело, и приняли еще более жесткие меры безопасности. В команде было шесть человек, и работали они в другом бункере, там, где размещается КП Московского округа ПВО. Это почти в центре Москвы, четверть часа езды от метро «Пражская». Они действовали очень осторожно и продержались почти двое суток.

– Ты заметил, Феликс, что, как и в первом случае, реакция последовала на определенный запрос?

– Мы ожидали такого хода событий. Охрана была усилена, но результат тебе известен: шесть трупов и куча новых вопросов.