До рассвета - Катерина Лазарева

до отъезда хозяин дома однажды предоставил прислуге проявить самостоятельность. А уж за год его отсутствия такое стало своего рода обыденностью.

Казалось бы, ничего особенного не случилось.

Но непонятная тревога не умолкала.

Рейчел только к вечеру поняла, в чём дело. Она весь день не видела Дэвида. И это бы ладно, но, как оказалось, не только она. Никто больше.

Сначала слуги пытались вести себя, как обычно. Но к концу дня стали бить тревогу.

Это перенеслось и на кухню.

Занятая делами и мыслями Рейчел не сразу прислушалась к разговорам. Но уловив, что обсуждалось исчезновение непредсказуемого хозяина дома, она обратилась в слух.

— Нет, никто не видел, — ответила поварёнку кухарка. — Сегодня день рождения у покойного господина. Мы подозревали, что Дэвид пошёл к нему на могилу, но быть там целый день?

Некоторые переглянулись недоумёнными взглядами. Рейчел почему-то только украдкой наблюдала за происходящим, не решаясь выказать участия.

Повара ещё немного обсудили, куда мог деться Дэвид. В конце концов, они условились — скорее всего, он у могилы отца. Конечно, странно, что на целый день. Но никому не хотелось верить в другие версии.

— Будем надеяться, с ним ничего не случилось, — выразила общую мысль самая молодая девушка на кухне.

— Может, кто-то проверит? — обеспокоенно предложил повар, начавший диалог.

— Мало кто знает, где могила Яна, — задумчиво ответила главная кухарка. — Слуги не присутствовали при похоронах.

— Я знаю, — вдруг вырвалось у Рейчел. — Моего отца похоронили рядом.

Все обернулись в её сторону. Минутная пауза, и кухарка неожиданно предложила:

— Ты не могла бы проверить? А то волнительно.

Рейчел нахмурилась. Меньше всего она ожидала, что её пошлют туда, да ещё и одну.

Что, если Дэвид действительно там? И Рейчел нарушит его уединение?

Вряд ли на могиле отца он продолжал оставаться холодным и непроницаемым.

— Не думаю, что мне простят такую вольность.

— Нет, Рейчел, — на удивление уверенно возразила кухарка. — Если кто и сможет убедить Дэвида вернуться, то только ты. Поговори с ним. Он послушает.

Рейчел озадаченно перевела взгляд на кастрюли. Такой напор кухарки удивлял.

Но лишь сначала. Рейчел вдруг поняла: эта убеждённость могла значить только одно. Ей не показалось. Дэвид на самом деле неравнодушен к ней. Настолько, что это было заметно даже кухарке.

Интересно, как давно? Может, поэтому он и поцеловал Рейчел тогда?..

Что, если Дэвид всегда был расположен к ней, а она просто не замечала?

Да, он вёл себя холодно. Но вдруг это лишь способ подавлять чувства?

Рейчел ощутила дрожь по телу. Её странно будоражило осознание истинного отношения Дэвида к ней. С одной стороны, у неё появилось своего рода превосходство в их негласном противостоянии. Она уже победила, когда он сдался перед её чарами. Причём Рейчел не приложила для этого никаких усилий.

Но с другой стороны… Она не чувствовала победы — почему-то было неспокойно. Да, симпатия Дэвида льстила. Но… Это не сулило ничего хорошего.

***

Рейчел ступила на землю. Поблизости не было ничего, указывающего, что Дэвид сюда приезжал. Ни кареты, ни лошади.

Что ж, возможно, он шёл пешком. Так далеко. Вдруг хотел этим привести мысли в порядок, выплеснуть отчаяние? Рейчел могла понять. Бывали моменты, когда просто сидеть на месте казалось невозможно.

И это объясняло бы такое долгое отсутствие.

Оставив сопровождающего слугу в карте, Рейчел пошла до могилы. Ей нужно убедиться, там ли Дэвид.

И почему-то Рейчел не сомневалась, что обнаружит его у могилы отца. Девушка настроилась на встречу, призывая себя отбросить непонятное волнение.

И вот, ничуть не удивившись, она увидела Дэвида. Он стоял у могильного камня, опустив голову. Хотя Рейчел не видела его лица, её сердце ёкнуло. Ещё никогда он не был так переполнен нескрываемыми чувствами, как сейчас. Не нужно даже смотреть на него, чтобы ощутить это.

Рейчел нерешительно подошла ближе, остановилась. Дэвид не повернулся, но почувствовал — едва заметно напрягся.

— За вас волнуются, — тогда как можно мягче заговорила Рейчел.

Небольшая пауза, и он неожиданно посмотрел ей в глаза. Она растерялась. Странный взгляд.

— Кто?

Сердце Рейчел пропустило удар — в его вопросе отчётливо слышался подтекст.

— Все, — она старалась ответить непринуждённо. — Дома.

Дэвид усмехнулся одним уголком губ. И не сводил с неё внимательного взгляда.

— И ты тоже?

Рейчел тут же вспомнились слова кухарки. И собственный вывод о неравнодушии Дэвида к ней.

Вроде бы отступившее волнение снова охватило. Она не хотела отвечать. Ни положительно, ни отрицательно. Хотелось избежать любого намёка на их изменившиеся отношения.

А потому Рейчел отвела взгляд на могильный камень его отца. И почувствовала, что Дэвид сделал то же.

Пауза тянулась ощутимо, но он её не разрывал. И не повторял вопроса. Хотя Рейчел чувствовала, что прошло достаточно времени на ответ.

А потому можно разорвать тишину новыми словами.

— Мне очень жаль, что ваш отец погиб, — сказала Рейчел, бросив быстрый взгляд на могильный камень с именем Джеймса Маккензи. Он стоял недалеко от надгробия Яна. — Я не знала его, но уверена, что он был достойным человеком.

— Да, — ровно согласился Дэвид. И, помолчав немного, вдруг добавил: — Вот только он не был моим отцом.

Рейчел мгновенно обернулась к нему. Но он продолжал смотреть на могилу Яна. Стоял практически неподвижно.

— В каком смысле? — всё же решилась уточнить Рейчел.

Слишком ошеломляюще заявление.

— В прямом, — спокойно подтвердил её опасения Дэвид. — У матери был любовник, ещё когда они с Яном были помолвлены. Этот любовник, мой кровный отец, отказался от сына. Он не хотел детей. Тогда она быстро вышла за Яна, и внушила ему, что я — его сын. Только любила она не его, а моего настоящего отца. Всю жизнь. И, когда он опять дал о себе знать, бросила нас и сбежала к нему.

Дэвид говорил непроницаемо, излагая сухие факты. Никаких эмоций.

Но Рейчел понимала, как ему, наверное, тяжело. Вот так просто признаться, что он — незаконнорожденный, да ещё и брошенный родителями?..

В голове не укладывалось.

— Но почему она бросила вас обоих?

— Потому что я по-прежнему не нужен отцу, — озвучил её худшую догадку Дэвид, зачем-то усмехнувшись. — Он просто захотел вернуть маму. А она… Какая-то безумная любовь, ненормальная.

Да уж, по-другому и не скажешь. Это ведь даже унизительно — вернуться к тому, кто отказался от тебя с ребёнком.

Не говоря уж, чтобы променять сына на этого человека.

Но самое страшное — Дэвид всё это знал. Интересно, как давно? Это ведь могло серьёзно испортить детство.

Рейчел не решилась спросить.

— А как Ян узнал? — вместо этого уточнила она.

— Мне кажется, он